Читаем без скачивания Слишком много кошмаров - Макс Фрай

Хозяин трактира вышел к нам не в белом балахоне, как я ожидал, а в обычной повседневной одежде, зато физиономия его была закрыта белой маской, имитирующей полное отсутствие лица. И я, стыдно сказать, сразу поймал себя на желании тоже так вырядиться. Мало ли что маски окончательно вышли из моды, пусть входят опять, возражения не принимаются.

«Тютюшихумский вихрь» оказался крепким, но не обжигающим, с явственным привкусом морской воды и соли – при том, что вода в здешних морях пресная и подсаливать напиток для большего сходства с ней никому в голову не придёт. Поэтому оценить удачное совпадение мог наверное только я, знакомый со вкусом совсем других далёких морей, в существование которых здесь, на самом деле, мало кто верит всерьёз.

Это вообще одно из самых удивительных открытий, какие я сделал в Ехо: жизнь в магической реальности совершенно не препятствует формированию скептического склада ума. Скорее даже наоборот. Самый распространённый подход к чудесам здесь таков: всё, что видел, трогал и умею делать я сам, мои родственники, друзья и соседи, безусловно, существует. Остальное остаётся под сомнением, пока будет не доказано обратное. Рассказывают, что многие могущественные колдуны прошлого наотрез отказывались учиться перемещаться между Мирами, поскольку искренне полагали такие путешествия не подлинными событиями, а очень достоверными наваждениями и не хотели добровольно давать им власть над собой. Причём даже личный опыт переубедил далеко не всех, вот что поразительно. Совершенно не укладывается в моей голове, тоже, в общем, вполне скептической, просто на иной лад.

Я подождал, пока Малдо сделает несколько глотков и потребовал:

– А теперь рассказывай!

– Что именно? Если волшебную сказку, тебе не повезло, их я слышал совсем мало, да и то в раннем детстве. И давным-давно забыл. А если подробности нашей торговли с Чемпаркароке, потребовавшего скидку за моё отсутствие на стройке, то ты не хочешь этого знать, верь мне! А если...

– Про Куманский павильон рассказывай. Я, конечно, говорил, что не буду спрашивать, как ты это сделал. Так вот, врал. Просто от избытка чувств. На самом деле, весь день только об этом и думаю.

– Правда? – просиял Малдо.

Он так искренне радовался нашей встрече в трактире, выпивке, разговору, моему интересу к его работе, что я почувствовал себя лживой свиньёй. Дурацкая это была идея – устроить допрос под видом дружеского трёпа. Больше всего на свете мне сейчас хотелось откровенно сказать: «Понимаешь, дружище, в твоём дворце такая фигня творится...» – а потом выслушать, что ответит на это Малдо. И придумать, как он будет выкручиваться. Вернее, как будем выкручиваться мы оба. Потому что...

Но в этот момент мне прислал зов Нумминорих.

«Сновидец бредёт по Большой Утренней улице, – сказал он. – Порошком пахнет от него, и след именно он оставляет. Удивительное дело: грязь к ним не пристаёт, даже вода наша их обычно не мочит, а этот весь в порошке перемазался! Идет он очень медленно, никого не видит, ничего не слышит, ни на что не реагирует, и выражение лица такое... В общем, не нравится мне его выражение лица. Придёшь посмотреть? Это здесь же, на Левом берегу, если что».

В глазах у меня потемнело. Потому что если в конце каждого из восьми следов порошка Кель-круальшат, обнаруженных Нумминорихом, бредёт вот такой сновидец, погружённый в пучины сводящего с ума кошмара... Ладно, хорошо, будем считать, что двоих уже нашли мы с Абилатом, третий был в колючих кустах, а четвёртый попался сейчас. Восемь минус четыре, значит, осталось ещё четверо – в самом лучшем случае, если предположить, что все они измазались в дурацком порошке, и Нумминорих ничего не упустил.

Значит, как минимум, ещё четыре человека прямо сейчас сходят с ума от ужаса, и мы ничего не можем с этим поделать, только разыскивать их методично, по одному, наугад определяя порядок. Потому что нос Нумминориха у нас один на весь Тайный Сыск, а иных способов пойти по следу спящего, похоже, не существует. Вот же чёрт.

Ладно. Делаем, что можем. Головой об стенку потом побьюсь, если не передумаю, а пока – так.

Я не стал требовать от Нумминориха: «Найди их поскорей!» Ясно, что он и сам всё понимает. В таких ситуациях людей надо не понукать, а успокаивать. Больше толку.

Поэтому я сказал:

«Очень круто, что ты его догнал. Я бы пришёл, но есть вариант получше. Леди Сотофа предложила помочь нам со спящими, сейчас попрошу её кого-нибудь к тебе прислать. И чтобы заодно Тёмным путём тебя обратно ко Дворцу Ста Чудес провели. Глупо терять время на дорогу, когда там ещё куча следов».

«Жалко, что ты меня до сих пор не научил Тёмным путём ходить, – сказал Нумминорих. И тут же с присущим ему оптимизмом, добавил: – Но наверное у тебя были серьёзные причины?»

«Ещё бы не серьёзные! Причём целых две».

«А какие?»

«То одно, то другое. Иных причин нет, прости. Исправлюсь. Но не прямо сейчас».

Вызвал обещанную подмогу от леди Сотофы и, покончив, наконец, с Безмолвными переговорами, с облегчением потянулся к стакану. Искренности в этот момент мне было не занимать. Куиррр!

Малдо всё это время наблюдал за мной с сочувственным интересом.

– Что-то стряслось, и ты сейчас убежишь? – спросил он.

– До хрена всего стряслось, но я не убегу. Без меня справятся.

– Отлично!

И я снова почувствовал себя лживой свиньёй. Но желание открыть карты, хвала Магистрам, уже прошло.

– Куманское наваждение, – напомнил я. – Самый убедительный в моей жизни сон наяву. Как ты этого добился?

– На самом деле, очень здорово, что ты спрашиваешь. Потому что мне будет нужна твоя помощь. Позарез! Не прямо сейчас, потом, время ещё есть. Но лучше я тебе заранее всё объясню.

– Моя помощь?!Но я же не специалист по наваждениям.

– Знаю. Зато ты своими глазами видел Черхавлу.

– А при чём тут Черхавла?

– Мне нужны свидетели. В этом вся штука. И основа метода, который я изо... Нет, наверное всё-таки не изобрёл, а просто сложил из множества вполне общеизвестных техник. Кумон, в котором ты нынче побывал – это же не моя персональная фантазия о столице Куманского Халифата, а воспоминание совершенно конкретного местного жителя. Чудесный, кстати, старик. Говорил мне, что всю жизнь был человеком осторожным, даже робким, но состарившись, решил, что бояться больше нечего: смерть, как говорят куманцы, уже так близка, что держит за руку по ночам. И тогда он вздохнул с облегчением, что наконец-то можно перестать беречь здоровье, деньги и репутацию, и отправился странствовать по Миру. Добрался до нас через Ирраши, прожил в Ехо почти полгода, вдоль и поперёк изъездил окрестности и говорит, только начал входить во вкус. Теперь собирается пересечь всё Соединённое Королевство, до Пустых Земель и двинуться дальше, через княжество Кебла в графство Хотта, оттуда в Лохри, Бахри, Куанкулех, а потом, если получится, морем в Умпон, и вся Чирухта к его услугам. Неукротимый оказался путешественник! Я разговорился с ним в «Мёде Кумона», куда специально зашёл в надежде на удачное знакомство: приезжие из Куманского Халифата часто там обедают, устав от нашей несладкой еды. И вот такого отличного деда я там раздобыл! Он очень заинтересовался моей идеей и был счастлив помочь.

Я чуть было не заорал: «Что ты с ним сделал?» – но вовремя прикусил язык. Ясно же, что ничего страшного с куманским стариком не случилось, о злодействах не рассказывают с таким энтузиазмом; о них вообще молчат.

Но выражение лица у меня, боюсь, всё равно сделалось то ещё. По крайней мере, Малдо встревожено спросил:

– Ты чего?

– Ничего, – отмахнулся я. – Зов опять прислали. Служебные неприятности продолжаются. Зато по-прежнему не касаются меня. Поэтому рассказывай дальше. В чём именно этот куманский дед согласился тебе помочь?

– А ты сам не догадываешься? Вспомнить он согласился! Просто вспомнить, как стоял на своей улице, здоровался с соседями, наслаждался хорошей погодой, глазел по сторонам. Говорю же, я придумал отличный метод! Один из основных приёмов Мастеров Совершенных Снов, применённый не во сне, а наяву, плюс совсем простенькое заклинание, визуализирующее фантазию, с таких обычно начинают учиться искусству наваждений, плюс так называемая «формула вечности» из арсенала древних строителей, плюс одно редкое благовоние, составленное по древнему рецепту, которое позволяет спящим заснуть ещё глубже, а бодрствующих приводит в блаженное состояние полусна, и в сумме воспоминание одного человека становится общим достоянием навсегда – ты сам видел, как оно работает!

– Работает – не то слово.

– А теперь помоги мне сделать выбор: «Вечный рассвет» или «Аудаллахская тьма»?

– Что?! – изумился я. –Откуда вдруг взялась какая-то тьма?

Но потом увидел в руках Малдо белый лист меню и сообразил, что речь идёт о напитках. Взглянул на свой стакан и с изумлением обнаружил, что он уже пуст.