class="p1">Сделал Иосиацу, к слову, на удивление много. Ценой потери небольшого куска территорий и полноценного допуска русских к технологическому потенциалу страны он сумел договориться о поставках необходимых ресурсов, особенно энергетических и продовольственных. Кое-как навел порядок в финансовой сфере. Обеспечил промышленность заказами. И, как вишенка на торте, запретил однополые браки и прочий семейный либерализм головного мозга. Теперь у них там не родитель номер один и номер два, а по старинке: папа и потерпевшая.
В общем, недовольных действиями Иосиацу хватало, тихонько ворчащих о попрании самурайского духа можно было найти еще больше, но открыто никто не протестовал. Хотя бы потому, что достойной альтернативы предложить не мог. А русский контингент на островах… Он расположился там сразу после войны, задолго до того, как Иосиацу стал премьером, и о выводе его разговор пока не шел. Мнения побежденных по такому вопросу не спрашивают. Зато собственную армию от полного роспуска Иосиацу защитил, и теперь она – его главная сила в обеспечении стабильности.
– А вам самим в отставке не надоело? – поинтересовался генерал, и по его вопросу Сергей понял, что вечер воспоминаний закончен, начинается разговор о вещах серьезных. Бросил короткий взгляд на жену и убедился, что она это тоже понимает. Ну что ж, поговорим.
– Нам здесь совсем неплохо, – очень спокойно ответил Сергей. – Особенно после того, как…
Он не закончил фразу, но все и так было понятно. Когда война наконец закончилась, нашлись светлые головы, решившие, что проект «Ангара» в его прежнем виде больше не нужен. Во-первых, существование дистанционно управляемых танков стало известно всем. Нет, утечек в России удалось избежать, но японцы чрезмерно наследили. А сложить два и два, сопоставив действия наиболее эффективных подразделений противоборствующих армий, оказалось довольно просто. Так что сейчас созданные по их образу и подобию танковые группы как грибы появляются по всему миру. Насколько они будут эффективны, сказать пока сложно, однако же ясно, что эксклюзивным козырем русская разработка быть перестала.
Ну а во-вторых, ревнителям уставов не нравилась царившая на базе махровая партизанщина. Это когда не было выхода и от действий элитных танкистов зависела порой судьба целого фронта, их приходилось терпеть. Платить большие деньги, закрывать глаза на их выходки… Сейчас же за пультами сидели аккуратненькие, в хорошо подогнанной форме, операторы, дисциплинированно козыряющие любой мелкой шишке в погонах и марширующие на «ать-два», порой даже не включая при этом мозги. А герои минувших дней, способные на одном таланте выиграть сражение, оказались не у дел. И вполне закономерно, что их деликатно попросили уйти.
Конечно, троицу героев не выгнали пинком под мягкое место – все должно было выглядеть чинно-благородно. Всем троим навесили ордена, не высшие, но вполне пристойные. Дали новые звания… Сергей вышел в отставку аж целым майором, Леночка и Сурок – капитанами. Но любому, кто хоть что-то понимал, было ясно: чины и ордена – не более чем брошенная кость. Чтоб, значит, не гавкали. И это было обидно.
Хорошо еще, уходили не на пустое место. Все же не зря Сурок успел и покрутить деньги, и удачно вложить их… В общем, они были обеспеченными людьми, не олигархами, конечно, но на хорошие дома и машины хватало. Опять же, организовали небольшую, но дающую стабильный доход фирму по оптовому завозу оборудования для нефтяной промышленности – после того, как вновь открылась международная торговля и были сняты все запреты (а куда деваться проигравшим?), на изрядно обедневший внутренний рынок пошел вал продукции. Только вот ввозить ее разрешили не всем, а немногим избранным фирмам. Пришлось ребятам попросить содействия у Кузнецова, и тот честно продавил разрешение через свои связи. И, хотя об этом официально никто ни полслова не сказал, Полтавец был с ним в доле. Так что можно было гордиться – теперь все они принадлежали к мелкоэлитарному торговому клубу, и примерно через год организационных работ их детище начало выдавать неплохую прибыль. Опять же акции, которые Сурок успел приобрести еще в бытность их на службе. Что-то продали, что-то оставили, как приносящее стабильный доход. Правда, в управление не лезли, чревато это, но все равно имели свои дивиденды. Плюс мозги Пашки – все же он талантливейший эксперт по инвестициям. В общем, жить можно.
Полтавец все это прекрасно знал – как-никак, ребят негласно держали под колпаком, о чем они не знали, но, разумеется, догадывались. И не протестовали – смысл? Тем более, во что-то серьезное они не лезли. Во-первых, по совету генерала, а во-вторых, им пока хватало того, что имели. Умение вовремя остановиться тоже многое значит. Вот только придется в эту идиллию влезть грязными сапогами. И не факт, что его предложение воспримут адекватно.
– Скажите мне, только честно. Вам не надоело такое вот… растительное существование?
– Честно? – понимающе улыбнулась Леночка. – Абсолютно не надоело. Да и не такое уж тут болото, как издали кажется.
Сергей лишь кивнул, подтверждая слова жены, однако от Полтавца не укрылось, как оба подобрались, словно перед прыжком, и взгляды как-то разом изменились, стали холодными и острыми. Почти физически ощутимыми, причем настолько, что генерал почувствовал себя неуютно.
Однако дело есть дело. Полтавец вздохнул:
– Ребята, я все понимаю, но прошу вас вернуться.
– Вот как? – приподнял брови Сергей. – А подробности можно?
Спросили они это в один голос и даже с одной интонацией – высший уровень семейного взаимопонимания. Интонация, к слову, была скептической. Полтавец снова вздохнул:
– Ребята, если коротко. Нас переориентируют на что-то новое. Вот честно, я даже пока не знаю, на что, но проект не только не закрывают, но еще и расширяют. Финансирование бешеное.
– Это настораживает, – задумчиво сказала Леночка. Сергей только кивнул, соглашаясь. Полтавец даже не удивился такому распределению ролей – успел в свое время убедиться, что в ситуации, требующей размышлений, именно она играет первую скрипку. А вот когда надо реагировать быстро и жестко, вожжи перехватывает муж. – Когда много дают, много и спрашивают.
– Вот именно. Я не знаю, что будет и на что мы нарвемся, поэтому собираю тех, на кого могу опереться.
– Угу. И наши… нестандартные способности могут пригодиться.
– И это тоже. Но главное, прикрытая спина.
Да уж, спина, прикрытая людьми, которые не промахиваются – это серьезно. Он еще про маленький женский секрет не знает… А ведь Леночке сейчас приходилось очень тщательно себя контролировать, чтобы при госте размешивать чай рукой – ложечка, вращающаяся в нем сама по себе, может привлечь излишнее внимание. Что поделаешь, к преимуществам телекинеза привыкаешь мгновенно.
– Допустим… Пока только допустим, что мы согласились. Наши плюшки?
– Восстановление в рядах с
