контролировать, – задыхаясь, призналась девушка.
– И не надо.
Дима специально не трогал ее там, где она желала больше всего, понимая, что Саша уже на грани. Ему хотелось растянуть процесс, научиться получать удовольствие не только от логического завершения.
– Ты специально, да? – заскулила Сашка. – Специально дразнишь меня? Издеваешься?
– Думаешь, только тебе можно дразнить и издеваться, м? – ответил Дима, намекая, что она нарочно торчала с Денисом в курилке.
– Это был эксперимент, – выдохнула Нестерова, прикусывая его нижнюю губу.
– Удачный?
– Я не знаю. Он еще в процессе, – и, отбрасывая иносказания и смущение, Саша взмолилась. – Димка, пожалуйста, дай мне кончить. Не мучай.
– Скажи, что ты моя, – потребовал Токарев, ускоряя движение пальцев и усиливая нажим.
– Твоя, – задохнулась Сашка, переполненная сладкой болью перевозбуждения и предчувствием скорого оргазма. – Вся твоя.
– Моя, – повторил за ней Дима, накрывая рот девушки своим, чтобы заглушить крики подступающего оргазма.
Он надавил большим пальцем, слегка массируя, и Сашка вся затряслась. Токарев продолжал ласкать ее, продлевая оргазм. Два его пальца скользнули внутрь, чтобы ощутить сладкие сокращения и там. Девушка прерывисто дышала, по ее телу проходили все новые и новые судороги разрядки. Дима глотал ее стоны вместе со своими признаниями в любви, которые грозили вырваться из его рта.
Последнее время он изо всех сил старался не зацикливаться на собственных чувства, полагая, что сейчас Саше рано о них сообщать. Но видеть, как она стонет, умоляет, кончает и при этом не сказать, как он сильно ее любит, стало для Токарева тяжелым испытанием.
Как только Нестерова обмякла, слегка откинувшись назад с блаженной улыбкой, Дима аккуратно убрал руку. Он не успел даже подумать, как было бы классно облизать пальцы, чтобы почувствовать ее вкус, а Сашка уже втянула их в свой рот, посасывая. Токарев ошалел. Девушка чмокнула подушечки пальцев, довольно улыбаясь.
– Ты даже представить не можешь, каким счастливым меня делаешь, – пробормотал Дима, накрывая ее губы своими, чтобы попробовать хотя бы с них вкус Сашкиного оргазма.
– Твое счастье недвусмысленно упирается мне в живот, – хихикнула Нестерова.
Токарев усмехнулся, поправляя на ней легинсы и подхватывая под попу, чтобы усадить девушку на ближайшую столешницу. Они снова целовались, обмениваясь шуточками и подколками.
– Теперь понятно, почему ты ни с кем не спишь. У тебя волшебные руки, – посмеивалась Сашка.
– Не волшебник, только учусь, – отвечал Дима, улыбаясь.
– Может, и меня научишь?
– Если будешь хорошо себя вести.
– А если плохо?
– Тогда я сразу покажу. Мне кажется, или ты немного протрезвела?
– Немного.
– Не пей больше, хорошо?
– Ладно.
Саша спрыгнула со стола, крепко обняла Диму. Хмель и возбуждение действительно покидали ее, уступая место иррациональной тревоге.
– Эй, голуби, вас все потеряли, – раздался у двери голос Дениса.
– Иди поиграй, – попросил Дима Сашку.
– А ты? – с тревогой спросила девушка.
– Я немного успокою свое счастье и присоединюсь, – шепнул ей на ухо Токарев, красочно скосив глаза в область паха, где у него действительно было все приподнято.
Не в силах скрыть улыбки Сашка вышла из кухни, даже не обратив внимания на Дениса, который продолжал стоять в дверях.
– Мутишь с моей женой, да, Митяй? – спросил Деня словно между прочим, как только Саша вышла.
– Она давно тебе не жена, – напомнил Дима, у которого почти сразу все упало.
– Мог бы сказать мне сразу по телефону. Я бы понял.
– Мы не афишируем.
– Да ладно. Люди же не слепые, – фыркнул Бирюков.
– Дэн, ты играть приехал или действовать мне на нервы? – начал терять терпение Токарев.
– Играть, Мить, играть. Только…
– Только что?
– Ты не обижай ее.
– Сам понимаешь, чего говоришь?
– Ты в курсе, да? Костян рассказал?
– Нет. Саша.
– Хм… Значит верит тебе. И все равно, Мит, не обижай Сашку. Ей достаточно и меня было и этого…
– Кого?
Денис поднял бровь, понимая, что Дима знает о Саше не все. Решив, что уже достаточно намутил сегодня воды, он махнул рукой.
– Никого, забей. Пошли, растрясем Нестерову, а то зазнается, – и он протянул Митяю руку.
Дима принял рукопожатие, заключая мир с Бирюковым-младшим. Однако, когда они вышли в гостиную, оказалось, что трясти некого. Сашка обналичила фишки и уехала домой со Славой. Дима был немного разочарован, но в принципе ожидал подобного развития событий. Он сел за стол и снова включился в игру, параллельно смся беглянке.
Дима: Ты удрала.
Саша: Ага.
Дима: Завтра будешь загоняться? Не звонить?
Саша: Так точно.
Дима: Сладких снов.
Саша: И тебе.
Сдержанные ответы сигналили Диме, что Сашка протрезвела и осознала, какой огромный шаг вперед они сделали. Она сделала. Токарев решил оставить ее в покое на денек, дабы позволить девушке сделать из всего случившегося выводы. Он и представить не мог, к чему их приведут эти самые выводы.
Саша вышла из кухни и увидела, что Слава собирается домой. Она почти мгновенно приняла решение – бежать. Приятель не возражал подбросить ее до дома, и Нестерова по-быстрому натянула куртку, схватила сумку и была такова. Разумеется, Слава не мог не пристать к ней с расспросами, но она отвечала односложно, и он быстро отвалил. Хотя на самом деле ничего нормального в Сашиной трезвеющей голове не происходило. Нестерова загонялась по полной, таращась в темное окно, проклиная бывшего мужа, текилу и свой слабый передок.
Совсем не так она представляла первую близость с Димой. Саша отчаянно нуждалась в романтике, неспешном темпе развития их отношений. Девушка наслаждалась с Димой все тем, чего у нее никогда не было. И пускай Костя дразнил их тормозами, но Сашке нравилось не спешить.
А тут… Трах-бах. Нарисовался Бирюков-младший. Дима впервые на нее разозлился. Она напилась и довела его до белого каления, задержавшись с Бирюковым в курилке. А потом… Трах-бах опять. И звезды. И белый свет в глазах. Его пальцы со вкусом ее оргазма. Ватные ноги. Объявлено перемирие.
Сашин разум просто не вынес столько событий за один вечер, поэтому она и уехала со Славой, чтобы спокойно все обдумать. И все тот же постепенно трезвеющий разум ее похвалил, ведь в Диминой кровати она вряд ли смогла бы думать о чем-то, кроме него и своей пульсирующей вагины, которая, к слову сказать, отчаянно протестовала, когда Сашка уносила ноги из дома Токарева.
Нестерова улыбнулась, когда пришло смс от Димы. Он все понял и не обижался на нее. Это успокоило
