Читаем без скачивания Том 17. Убийца среди нас. Непристойный негатив. Звездой помеченный любовник. Начни все сначала,Сэм - Картер Браун

Глава 2

Мы с Трейси отыскали уголок потише в большом баре «Ранчеро» и уселись там с выпивкой. В другом конце бара два длинноволосых парня из какой-то английской рок-группы орали друг на друга. Их короткие однообразные ругательства создавали что-то вроде шумового фона, который нисколько нам не мешал. Трейси Саймон нервно поигрывала бокалом.

— Она рассказала вам о том, что с ней случилось?

— Насколько могла припомнить. С памятью у нее что-то неважно.

— Когда человек находится в психопатическом состоянии, которое к тому же постоянно поддерживается наркотическим опьянением, память не улучшается, — сухо просветила меня Трейси.

— Благодарю вас, доктор, — отшутился я. — Интересно, а не сможете ли вы вылечить меня от ужасной болезни? Дело в том, что стоит кому-нибудь произнести слово, состоящее больше чем из двух слогов, как у меня тут же возникает эрекция.

— Что ж, прошу прощения. — Она пожала плечами. — Но Сэм действительно было очень тяжело.

— Как она потеряла зрение?

— Кто-то плеснул ей в лицо кислотой, — бесстрастно пояснила Трейси. — Видимо, очень искусный хирург сделал ей пластическую операцию на лице. Даже с близкого расстояния можно заметить только несколько тонких шрамов. Но врачи не смогли пересадить ей новые глазные яблоки вместо сожженных.

— Вы так живо все описали, что у меня аж мороз по коже!

— Вы же спросили. — Она бесцельно вертела бокал в пальцах.

— И это произошло на борту яхты?

— Так она говорит.

— Вы ей не верите?

— Не знаю. Все случилось до того, как я ее узнала.

— А как вы встретились с ней?

— Я работала профессиональной медсестрой, потом решилась оставить это занятие, чтобы стать обаятельной женой одного обаятельного киноактера. Только через год он нашел, что мне недостает обаяния, и сбежал с другой женщиной. Я как раз подумывала вернуться на прежнее место, когда мне позвонил Дон Блейк. Он был агентом моего бывшего мужа, и у нас сложились хорошие отношения. Спросил, не заинтересует ли меня очень специфическая работа, которая потребует полной самоотдачи и абсолютной конфиденциальности. Тоже мне, нашел чем испугать! И в ближайший уик-энд отвез меня в свой дом в Монтане, о котором никто не знал. Думаю, именно в тот момент, когда я увидела, в каком состоянии находится Саманта, во мне пробудился материнский инстинкт.

— Как раз то же самое сказала и она, — живо подтвердил я. — Саманта уверена, что вы не лесбиянка и даже не бисексуалка. Но призналась, что испытывает чувство невероятного покоя и умиротворенности, когда ваши нежные руки по-женски ласкают ее тело.

Трейси скупо улыбнулась:

— Ну и паршивый же вы, Холман!

— Еще сказала, что если вам понадобится мужчина, то скорее всего им окажусь я. Только она ничего не хочет знать, если это произойдет. Я подумал, что если в точности передам вам ее слова, это все упростит.

— Хорошо, — холодно отозвалась она. — Будем считать, что вы уже все упростили.

— Ожидалось, что Дон Блейк вернется в свой дом в Монтане после уик-энда, но он так и не вернулся, верно?

— Именно так.

— Вы пытались с ним связаться?

— В том доме нет телефона. Конечно, я могла бы позвонить из ближайшего городка, куда ездила за покупками, но не стала. Подумала, что у Дона могут быть веские причины не возвращаться. Или с ним что-то случилось.

— Не захотели это выяснить наверняка?

— Буду откровенной. Я очень испугалась. Сэм рассказывала мне о яхте и людях, которые на ней плыли. Предполагаю, Дону хорошо известно, как с ней произошло это несчастье, и он умышленно спрятал Саманту в своем доме ради ее же безопасности. Боялась, что, если с Доном случилось что-нибудь плохое, они смогут выследить Саманту через меня, когда я попытаюсь с ним связаться.

— Сэм сообщила, что он положил на ваш счет полмиллиона ее денег.

— Правильно.

— Для вас это не является искушением?

— Каким еще искушением?

— Соблазном стать богатой. Вы можете в любой момент уйти от Сэм. Деньги в банке лежат на вашем счете. Кто поверит слепой женщине, которая почему-то вообразила, что она Саманта Дейн?

— Ну и дрянь же вы, Холман! — с товарищеской откровенностью отреагировала она. — Я никогда не бросила бы Саманту на произвол судьбы. А что касается денег, то всегда могу прилично заработать как медсестра. Что мне делать с такой кучей денег? Купить себе госпиталь, что ли?

— Вы пытались связаться с Доном Блейком, когда приехали в Лос-Анджелес?

— Дома у него не отвечают, а в офисе говорят, что он уехал в Европу.

— Вы верите этому?

— Просто не очень задумывалась об этом… Нет, пожалуй, не верю.

— Он женат?

— Только для своих клиентов.

— Попытаюсь найти его, — пообещал я.

— Есть один вопрос… На сколько времени вам хватит этих денег?

— На месяц, — не задумываясь, ответил я. — Конечно, расходы могут возрасти, например, если понадобится слетать в Европу, чтобы повидаться с Доном Блейком.

— Не очень-то вы дешевы, Холман!

— Разве это деньги для девушки с вашим счетом в банке, дорогая Трейси?!

Она неохотно улыбнулась:

— Я на минуточку забыла, насколько богата.

— Когда Дон положил деньги на ваш счет?

— Приблизительно за неделю до того, как исчез.

— Похоже, позаботился о вашем обеспечении на случай, если с ним что-то случится?

— Мне начинает казаться, что вы немного встревожены.

— Мне надо идти, — не стал я распространяться о моем настроении. — Приятно было поговорить с вами, Трейси.

— Хотела бы я то же самое сказать и о вас. — Она снова завертела в пальцах бокал. — Может, в глубине души все мы немного бисексуалы. Вы никогда не задумывались об этом, Холман? Саманта всегда нуждалась, да и сейчас тоже, в нежной привязанности и любви. А этого не восполнишь дружеским поцелуем в щечку.

— Вы вовсе не обязаны объясняться…

— Вы — сукин сын, Холман! — вспыхнула она. — Я надеялась, что вы, по крайней мере, постараетесь меня понять.

Я вернулся в мой небольшой дом, который снимал в Беверли-Хиллз. День заканчивался, а впрочем, более пессимистично настроенный человек раздраженно отметил бы, что приближался вечер. Хорошенько поразмыслив, я позвонил Манни Крюгеру. В течение последних восьми лет Манни работал директором рекламного агентства в студии «Стеллар», и актерам, которых он не знал, оставалось только добровольно покинуть этот свет, потому что им просто ничего не светило.

Судя по голосу в трубке, такому ласковому и томному, такому многообещающему, у него появилась новая секретарша. Манни их часто менял.

— Кто звонит? — поинтересовался этот поющий голос.

— Рик Холман, — ответил я, и секретарша тут же спросила, кого я представляю. — Новую террористическую организацию, — с готовностью информировал я ее. — Мы пока не придумали себе названия, но активно работаем над этим. Скажите мистеру Крюгеру, что в левом верхнем ящике его письменного стола находится бомба, и если он тотчас не поговорит со мной, через пять секунд взлетит на воздух вместе с половиной Лос-Анджелеса.

Трубка отреагировала мертвой тишиной, и секунд через пятнадцать на линии возник Манни Крюгер.

— Не делай этого больше никогда, умоляю! — заскулил он. — И так днем с огнем не найдешь хорошего секретаря, а тут еще ты со своими идиотскими шуточками!

— Блондинка?

— Нет, рыжая. Пока не понял, крашеная или нет, но стараюсь узнать.

— Дон Блейк, — выразительно произнес я.

— Вы ошиблись, здесь Манни Крюгер. — Он буквально захлебнулся смехом от собственного остроумия.

— Нажимаю на кнопку, — грозно предупредил я. — Хочешь сказать что-нибудь перед тем, как взорвешься?

— Он — киноагент. Довольно порядочный парень, если это вообще возможно, — нехотя выложил Манни. — Словом, вполне приличный парень.

— Я слышал, он в Европе?

— Вот как?

— А ты что слышал?

— Ровным счетом ничего. Мне незачем интересоваться Доном Блейком.

— А как насчет Мориса Дарраха?

— О нем я тоже ничего не знаю.

— Он действительно промышленный магнат?

— Если тебе самому удается так много узнать о людях, зачем еще приставать ко мне? — проворчал Манни со своей вечной рассудительностью.

— Просто приятнее все узнать от тебя. Во-первых, потому, что ты — мой друг, а во-вторых, за эти годы, дружище, у меня набралось на тебя столько всякого компромата, что ты должен на коленях умолять, чтобы я позволил тебе оказать мне какую-нибудь услугу, старая ты задница.

— В следующий раз, когда окажешься рядом, я согнусь перед тобой в три погибели и как следует врежу тебе снизу, — тепло пообещал Манни. — Ладно! Этот Морис Даррах действительно чертовски богат. Начинал с наследства, оставленного отцом, а это всегда неплохо для разгона. За десять лет превратил перерабатывающую фабрику папочки в мультинациональный концерн, а потом начал вкладывать капитал в разные предприятия. Сейчас ему принадлежат две или три газеты, телестанция и три радиостанции. Еще он владелец издательства солидной литературы и имеет контрольный пакет акций в издательстве массового чтива, ну, знаешь, этих книжонок в мягких обложках.