- Полагаю, я должен этому радоваться?
- Да, поскольку у меня нет поводов отказать вам в приеме в ряды братства. Усомнись мы в вас хоть на секунду - и вы не вышли бы отсюда никогда.
- Я догадывался об этом, - сказал я, чувствуя огромное облегчение.
- Вместе с тем я обязан сказать вам следующее, маркиз де Квинси: ваш прием в братство - ни в коей мере не ваша заслуга. Скажу больше: я против того, чтобы вы стали фламеньером.
- Благодарю за откровенность, милорд маршал.
- К моему большому сожеланию, даже воля командоров не может вступать в противоречие с рекомендациями уважаемых братьев, которые высказались в вашу пользу. Такова древняя традиция, и не нам ее менять. А посему вы будете с сегодняшнего дня зачислены в списки братства, как опоясанный рыцарь, - маршал шагнул к столу, взял в руки стоявший на нем ларец и вытащил оттуда простой медальон из серебристого металла с голубоватым камнем. Такой медальон я видел у сэра Роберта, когда он восстанавливал в Баз-Харуме сожженные записи Вортана Караджина. - Вот ваш личный фламенант-медальон. Он обладает особыми свойствами и позволит вам пользоваться некоторыми магическими приемами, которым вас обучат впоследствии. Вы остановились в бывших апартаментах сэра Роберта?
- Да, милорд, - я с трепетом в душе взял из рук маршала медальон. Да, да, да, всем назло, вопреки всему, но я стал фламеньером!
- Сегодня же вам доставят рыцарский плащ и мизерикордию братства. Обычно эти священные атрибуты вручаются новым братьям во время публичной торжественной церемонии приема, но командоры приняли решение для вас подобную церемонию не устраивать.
- Не переживай, - сказала мне Элика, загадочно улыбнувшись. - Эльфы, порой, служат фламеньерам, но их принимают в братство без всяких церемоний.
- Значит, с этого момента я фламеньер? - спросил я, чувствуя, что готов сказать этому спесивому уроду главное.
- Да, маркиз. Поздравляю вас.
- Благодарю, милорд маршал. И, если позволите, хочу обратиться к вам со смиренной просьбой.
- Повремените с просьбами, я еще не закончил, - маршал достал из ларца свиток пергамента с привешенной к нему красной сургучной печатью. - Вы должны будете доказать, что братство приобрело в вашем лице достойного воина. Посему моим приказом вы назначаетесь шевалье братства в Форте-Авек. Это крепость на острове Порсобадо, самом большом из Марвентских островов. Там возникли некоторые проблемы с местным населением - и не только. Думаю, вы сможете на месте разобраться в происходящих там событиях. Вы получаете по милости командоров все необходимые полномочия. Какие именно, написано в приказе - возьмите его и постарайтесь не потерять. Корабль "Императорская милость", который доставит вас на Порсобадо, отплывает через неделю из Агерри. Так что поспешите, если хотите успеть в срок.
Так, похоже, первая подляна от командоров. Во-первых, нежелательного брата отправляют подальше из столицы - что называется, с глаз долой и из сердца вон. А во-вторых, дают задание, с которым, как они считают, я не справлюсь. Посмотрим, посмотрим...
- Слушаюсь, милорд маршал, - я взял приказ, поклонился и, выпрямившись, глянул на де Бонлиса с некоторым вызовом. - А теперь я могу обратиться с просьбой?
- Я вас слушаю.
- Милорд, я хотел бы встретиться с Домино.
- Это невозможно, собрат Эвальд, - с ледяным выражением лица ответил де Бонлис.
- Смею ли я спросить - почему?
- Прочитайте приказ, который получили, - посоветовал де Бонлис.
Я с самым нехорошим предчувствием сломал печать, развернул свиток и прочел следующее:
"Сим удостоверяю, что я, великий маршал братства фламеньеров, Ногаре де Бонлис, граф де Ретур, направляю подателя сего, нашего брата Эвальда де Квинси, в Форт-Авек в качестве моего шевалье со всеми необходимыми полномочиями, данными ему для блага империи и с поручением расследовать исчезновение имперского магистра Кары Донишин и магов-стажеров, Гидеона Паппера и Брианни Реджаллин Лайтор, прибывших на Порсобадо с секретной миссией братства. Приказываю содействовать подателю сего в его работе всеми средствами и способами, буде шевалье об этом попросит.
Великий маршал Ногаре де Бонлис.
Рейвенор, за три дня до Осеннего Равноденствия, года тысяча сто сорок девятого Четвертой эпохи".
2. Взгляд за занавес
Сволочи, сволочи, сволочи! Как же я вас, гадов, ненавижу!
- Эй, трактирщик! Еще вина...
- Да будет вам, милостисдарь рыцарь, - корчмарь смотрит на меня с состраданием. - Вы и так...
- Тебе что, неясно сказано? Вина, мать твою!
- Хорошо, хорошо, милостисдарь, только не кричите так... Эй, Франшез, вина господину рыцарю...
Подношу кружку ко рту и пытаюсь сделать глоток. Сразу подкатывает тошнота. Сколько я уже выжрал - два литра, три, больше? Губы кажутся огромными и непослушными, морда горит, башка тяжелая и дурная, желудок колышется, предупреждая, что вот-вот отправит это пойло обратно. А на душе как была глухая мрачная ночь, так и осталась. Эх, сейчас бы нашей русской водки!
- Заливаем горе?
Это та самая эльфийка, что была на аудиенции у маршала. Элика. Блин, как она меня нашла?
- Тебе что нужно? - буркнул я. - Уходи.
- Хочу выпить и поговорить, - Элика придвинула к себе кружку и кувшин с вином, налила, сделала хороший глоток. - Твое здоровье, сэр рыцарь.
- Уходи.
- Не хочешь поговорить?
- Нет.
- Понимаю. А я вот думаю, нам стоит побеседовать. Между прочим, найти тебя было трудно. Все кабаки в квартале обошла.
- Могла бы не стараться.
- Вы, люди, ужасно предсказуемы. Залить горе вином - как оригинально.
- Слушай, да пошла ты... магичка хитромудрая. Не хрена меня тут лечить. Без тебя во всем разберусь.
- На самом деле мне ужасно жаль, что так получилось с Домино. Но поверь, это всего лишь стечение обстоятельств.
- А мне пле-вать! - Я сделал паузу, чтобы перебороть накатившую тошноту. Странно, но с появлением Элики мое опьянение начало очень быстро проходить. Опять какая-то магия. Подняв взгляд от столешницы, я посмотрел на эльфийку. Она улыбалась. - Чего скалишься?
- Ты в самом деле ее так любишь?
- А тебе-то что?
- Просто необычно. Никогда не слышала о любви человека и эльфа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
