серьезна, но какие там левые взгляды.
Африкита в детстве не была бедна, ведь когда беден и голоден, несправедливость видится резче. Просто навсегда вступила на эту дорогу. Человек раз и навсегда выбранных убеждений, никогда за всю свою тяжелую жизнь не предала идеалов. Настоящий боец-интернационалист Африка де Лас Эрас — действительно очень яркий персонаж. Нравится она или кто-то не принимает ее из-за идеологических убеждений, но людей этого склада невозможно не уважать. Такой она родилась.
Ее первый муж погиб. Говорят, страдал, до конца жизни переживал, потому что очень любил ее — красивую, невероятно умную. Но что красота — мало ли красивых женщин. В ней чувствовалась несгибаемая личность.
Когда в Испании началась гражданская война, она боролась с Франко, не щадя себя. С 1937 года после знакомства с резидентом Орловым работала на советскую разведку. Да, тем самым, что потом ушел на Запад. Но здесь судьба ее щадила. Он ее не выдал, однако — как бы чего не случилось, пришлось Африке отправиться в Москву.
Не хотела жить в дорогих столичных гостиницах, куда селили до войны многих основавшихся в Советском Союзе руководителей иностранных коммунистических партий. Жила первые годы в коммуналке. Повторяла: «Мы приехали бороться, а не ездить по санаториям». И пошла на фабрику — тоже ткацкую.
Снова в разведку
О военных годах мы говорили вначале. Но закончилась Великая Отечественная война, и разведка ее не забыла. Вызвали в Центр, предложили перейти в нелегалы. Она без раздумий согласилась. Снова прошла кое-какие курсы, опять радио и еще много чего. Быстро и как-то очень естественно освоила новые способы связи да и все остальные премудрости профессии. Была радисткой классной.
Единственное, что всегда мучило и к чему не могла приспособиться, — к русским морозам. Мерзла, всегда куталась. И мы с мужем, вернувшись в середине 1970-х из первой своей далекой командировки, сразу купили Марье Павловне шубу.
Сейчас мне попадаются статьи, где пишут, будто ее отца сослали в испанское Марокко из-за коммунистических взглядов. Все это не так. Лас Эрас — фамилия благородная и в Испании, особенно в Латинской Америке. Дядю Африки — известного адвоката, выбрали алькальдо — по-нашему мэром, городским главой — персона важная. Солидная адвокатская контора, большая семья и огромный дом. Еще один дядя, повторюсь, дослужился до генерала. Из троих братьев самый скромный ее отец — армейский офицер. Понятно, что социальное положение высокое, семья — родовитая.
Используя свою реальную родословную, сама сделала себе легенду. Уезжала по некоторым собственным документам, часть биографии была действительно ее. Берет фамилию первого мужа — упоминавшегося нами Арбата. Придумывает новое имя — убирает Африку. Теперь она Мария Луиза. А чтобы там ласковее отнеслись, «сделала» своим отцом не родного папу-офицера, а дядю-генерала. Потому и ходят слухи, будто она — генеральская дочка. Нет, это лишь часть легенды. Ее же, несколько лет сидевшую в испанской тюрьме и внезапно во время гражданской войны в Испании исчезнувшую, могли разыскивать. Поэтому полностью давать свои данные она, конечно, не могла.
Марию Луизу вывозят в ГДР, в Берлин. И оттуда она, как беженка из Испании, перебирается в большую страну на Западе. Все идет плавно, гладко. В том числе и потому, что была у нее душа артистки.
Она хорошо знала Пикассо, была знакома с Дали, дружила с поэтом Гарсиа Лоркой. Познакомилась в первой после войны стране пребывания со многими писателями, художниками. Была очень интересна, невероятно интеллигентна.
Когда еще в молодости в Мадриде выпадало хоть немножко времени, занималась в Академии изящных искусств Сан-Фернандо. Уже нелегалом неплохо рисовала в художественной школе европейской столицы. Хотя не получила блестящего образования, сумела воспитать себя сама. Великолепно разбиралась в живописи, знала прекрасно историю искусств. Уже позднее, в Москве, она нас, всех своих учениц, привлекала к живописи. И это — навсегда.
Уехала после войны в страну, где ценили моду. И, представьте, каким вкусом обладала, если даже там ее модный дом сразу приобрел немало клиенток. Наряды были недешевы, но дамы оценили мастерство Африкиты. К ней ходили, приглашали к себе и, представляете, сколько всего рассказывали. Прикрытие для нелегала отличное. Она там работала несколько лет. Была в своей стихии, передавая в Центр множество полезных сведений.
А еще ночами слушала радио. Красный Крест вещал по-испански, пытаясь соединить родственников, потерявших друг друга во время гражданской войны и разбросанных по всему свету. Сколько их было!
Представляете, светская модистка, элегантная женщина. В доме ее собирается высшее общество. А ночью в списке бесконечных испанских фамилий звучало и дорогое ей имя сестры. Та разыскивала свою Африкиту и была совсем-совсем рядом. Сестра вышла замуж, у нее было уже двое детей. И она с родственниками ищет ее, Африку де Лас Эрас, исчезнувшую в 1937 году. Где их Африкита, что с ней случилось? Никто не знал правды. Знали, что она занималась революционной деятельностью. Ну и что из того? Прошли война и годы. Муж погиб, ребенок умер. Родственники, оставшиеся в Испании, страдали.
Но Африкита молчала. И молчание это хранила до самой кончины, даже когда многие испанцы после смерти Франко возвращались на родину.
Я потом спросила, а нельзя было как-то дать родным понять, что хоть жива… Призналась мне: ей было страшно больно, но службу в разведке выбирают один раз и навсегда. Объясняла мне: не могла я ответить, потому что выбрала другую дорогу. Я была верна своей судьбе, верна своему долгу, до конца верна Службе. Никогда
