на себя ответственность решить знаменитый спор Аристотеля с Платоном относительно реальности идей, т. е. родов и видов, Порфирий пишет: «…я не стану говорить относительно родов и видов, существуют ли они самостоятельно или же находятся в одних только мыслях, и если они существуют, то тела ли это или бестелесные вещи, и обладают ли они отдельным бытием или же существуют в чувственных предметах и опираясь на них, ведь такая постановка вопроса заводит очень глубоко и требует другого, более обширного исследования»[97]. Эту фразу приводит в своем комментарии на Порфирия ранний средневековый философ Боэций, через которого этот вопрос проникнет в схоластическую философию и получит название проблемы универсалий (общих понятий).
Ямвлих
Ямвлих (вторая половина III в. — ок. 330) считал себя пифагорейцем, но влияние Плотина и Порфирия на него было весьма большим. Родился он в Халкиде, в Сирии, в очень богатой и знатной семье. Известно, что Ямвлих некоторое время учился в Риме у Порфирия, но разошелся по многим вопросам с учителем и вернулся в Сирию, где основал собственный кружок. Ямвлих оставил после себя огромное количество произведений, написанных по самым разнообразным философским и религиозным вопросам. Среди его работ есть и комментарии на платоновские диалоги и аристотелевские трактаты, и собственные работы. Большинство его произведений утеряно, из сохранившихся можно отметить ряд пифагорейских сочинений («Жизнь Пифагорова», «Протрептик», «Об общей науке математики», «О Никомаховом введении в арифметику», «Теологумены арифметики») и богословско-теургическую работу «О египетских мистериях».
Ямвлих предпринял попытку умножения количества ипостасей. В своем трактате «Против гностиков» Плотин доказывает, что существуют только три ипостаси — не больше и не меньше. Это он решил доказать на будущее своим ученикам, чтобы они не вздумали приуменьшать или приумножать количество ипостасей. Так вот, Ямвлих не послушался Плотина и стал говорить, что Единое можно разделить на два Единых: Единое как превосходящее, как полностью отрицающее само себя (апофатическое понимание), и Единое деятельное, Единое как благо (катафатическое понимание). У Плотина они соединялись, а у Ямвлиха они разделяются. Единое как благо называется у него благое бытие. Для этого есть у него и другой термин: Отец, порождающий самого себя. Ум Ямвлих также разделяет, утверждая, что Ум, с одной стороны, есть вечносущий Ум, как Ум или как совокупность идей. Вечносущий Ум, конечно же, выше, чем идеи, но сам вечносущий Ум также разделяется на бытие, возможность бытия и мышление возможности как действительность бытия. Таковы три уровня Ума, и каждый из них — бог. Ямвлих — уже чистый язычник: разделяя ипостаси, он давал им названия. Если Единое у Ямвлиха раздваивается, а Ум сначала раздваивается, а затем растраивается, то Душа разделяется еще больше, и таким образом получается огромное количество богов. Всего у Ямвлиха 12 небесных богов, которые распадаются на 360 божеств. Кроме небесных богов есть еще поднебесные боги, ниже их — творящие боги, ниже — ангелы, ниже их — демоны, еще ниже — герои. Здесь уже полная аналогия с античной языческой теогонией. Религию Ямвлих ставит выше философии, а богослужение — выше теории, т. е. созерцания. Именно с этим связано понятие теургии, развитое Ямвлихом. Теург — это, так сказать, жрец-философ, тонко чувствующий все уровни духовного бытия и реализующий это свое чувство в религиозной практике. Он может призывать богов, знать божественный промысл и поэтому способен направлять людей к спасению. Как уже упоминалось, Юлиан Отступник придерживался взглядов именно Ямвлиха.
Прокл и конец античной философии
Прокл (410–485), представитель афинской школы неоплатонизма, — пожалуй, наиболее известный и наиболее плодовитый из всех этих философов. Он написал комментарии к некоторым платоновским диалогам: к «Тимею», «Государству», «Пармениду», «Алкивиаду I» и «Кратилу», ряд собственных произведений: «О теологии Платона», «Начала теологии», «Начала физики» и др. Для него характерна не только плодовитость, но и крайняя сухость изложения, читать его очень скучно. Прокл также занимается умножением числа ипостасей. Так, Единое он понимает как Единое само по себе, без всякого множества и до всякого множества, Единое, объединившееся со многим, но само по себе остающееся простым и неделимым смыслом этого множества, и, наконец, объединенность Единого и многого. Далее следуют Числа, «сверхсущие единицы». Они выше бытия, ибо являются принципом самого бытия и его различения. Они выше даже мышления, поскольку выступают принципом всякого разделения и объединения, без которого мышление не может осуществиться. Число есть расчленяющая и объединяющая «творческая сила». Плотиновский Ум у Прокла также не совсем прост. Он подразделяется на уровни, соответствующие Бытию, Жизни и Мысли. Ниже Нуса лежит область Души, промежуточная между сверхчувственным и чувственным мирами. Область Души подразделяется на три подобласти — божественных, демонических и человеческих душ. Каждая подобласть делится еще на три области. К области божественных душ Прокл отнес греческих богов.
Число три, постоянно встречающееся в структуре умопостигаемого мира, неслучайно. Ведь когда возникает что-то новое, это новое и отличается от того, из чего оно возникло, и содержит его в себе. Таким образом, указывает Прокл, то, что возникает, содержит и сохраняет в себе само первоначало, благодаря частичной тождественности ему, и отличается от него. Однако в силу принципов эманации, изложенных Плотином, каждое вновь возникшее бытие естественно стремится к Благу, что означает поворот назад и стремление вновь возникшего бытия вернуться к источнику, который его породил. Таким образом, Прокл выделял три момента развития:
1. μονή, или сохранение источника,
2. πρόοδος, или отход от источника и
3. ἐπιστροφή, или возвращение назад к источнику.
Это триадическое развитие характерно для всех видов эманаций.
Так же как и Ямвлих, Прокл ставит теургию (и вообще религию) выше, чем философию. Еще один отход от идей Плотина проявляется у Прокла в том, что зло у него — это не небытие, а как бы побочный результат взаимодействия благих сущностей. Скажем, солнце (благая сущность) освещает другую благую сущность (дом) — и получается тень.
Трактаты Прокла (а отнюдь не Плотина) оказали наибольшее влияние на других неоплатоников. У Псевдо-Дионисия Ареопагита находят цитаты из Прокла, осмысленные в ином, православном контексте. Обвинения в адрес неоплатонизма за его количество ипостасей, за безликость божества, за эманацию и т. д. касались не столько Плотина, сколько именно Прокла, а также поздних неоплатоников, из которых можно выделить Дамаския, жившего в конце V — начале VI в., и Симпликия (ум. 549). Эти два философа более известны уже как комментаторы, особенно Симпликий — автор множества комментариев к работам Аристотеля. Все его творчество изобилует цитатами из античных философов, являясь источником для ознакомления с идеями тех философов, работы которых до нас не дошли.
В 529 г. император Юстиниан издает эдикт, закрывающий
