Поздно вечером на въезде в крупное село его внезапно остановили на временной заставе. На их беду, к трём солдатикам приписали юнца-мага, всей душой жаждущего поймать врага. Хоть какого-нибудь, но врага! И прибывшего в чужое селение человека мальчишка тут же приказал запереть в амбаре. Для выяснения обстоятельств, как он пояснил. Мол, нечего на ночь глядя по дорогам шастать, вдруг обидеть кого хочешь?!
Первым почти случайно умер возница. Он испуганно что-то лепетал, прося отпустить его к свояку, когда Аврас подхватил хх’рагис и метнулся к зевающему солдату. Кончик серпа чиркнул по тощей морщинистой шее крестьянина, и мужик повалился на спину, хрипя и зажимая рану рукой — заговорённая сталь задела жилу.
Первый вояка получил рукоятью в висок и тихо сполз на землю, никого не беспокоя и совсем не мешая. Следом пришёл черёд стоящего рядом мальчишки, но его Чисмар ткнул растопыренной пятернёй в глаза и тут же добавил пару раз кулаком. Держать удар сопляк не умел и немедленно повалился в пыль, скуля и прикрывая окровавленное лицо руками.
Заклинание ночного зрения, тут же сотворённое опытным Аврасом, показало ему всю картину боя и заставило довольно ухмыльнуться. Двое ещё не вступивших в схватку бойцов оказались тёртыми калачами, не спешащими впустую рисковать жизнями. Они перебросились парой слов и начали не спеша обходить чародея-убийцу с двух сторон, дав ему время подготовить удар.
— Глупцы! — рассмеялся маг и скороговоркой выкрикнул одно за другим два заклинания. Немедленно возникшие из воздуха струйки дыма ворвались в глотки солдат, и тем стало не до драки. Чародейство не давало дышать, и теперь воинам предстоял тяжёлый бой за каждый глоток воздуха. Маг же продолжал смеяться и когда направился к стонущему юному колдунчику, на ходу доставая камень Спутника.
В тот день Шкарид обрёл силу ещё четырёх человек…
Нельзя сказать, что тот случай упростил жизнь беглеца, а потому к поставленной кукловодом цели Аврас прибыл тайком, сторонясь людных мест, и предпочитая тихое спокойствие лесных троп. Не было больше и убийств.
Замок барона Орианга встретил Чисмара обугленными развалинами, стайками перепуганных крестьян и чёрной точкой транспортного пузыря Нолда, уходящего на восток. Он опять опоздал?!
— Отец, что здесь случилось-то? — с трудом заставляя себя быть вежливым, спросил Аврас у крепкого старика с мальчонкой на шее.
— Дык, драконы — тварюки поганые — на днях налетели, хозяев и простых людишек пожгли… — пожевав губами и внимательно изучив бесцветными глазами лицо некроманта, выдал дед. Внук его при этом с удовольствием дрыгал ногами.
— Многих пожгли? — зачем-то уточнил Аврас, мучительно размышляя, что же ему делать дальше.
— Мно-огих, — протянул старик, но тут же довольно добавил: — Да не всех. Капитан баронский уцелел, да ещё солдаты с ним были. Как зверюги яриться перестали, так они и уехали.
— Капитан? — немедленно заинтересовался некромант. — А звали его как?
Сразу крестьянин отвечать не стал. Он зачем-то из-под руки посмотрел в сторону леса, затем, играя, подёргал мальчика за грязную пятку, на что тот задорно рассмеялся.
— И чего он вам всем сдался? Эти колдунские выкормыши все интересовались: кто таков, зачем, почему, куда пошёл? Ты вот теперь, господин хороший… Я вот что думаю, раз в огне тварюг проклятущих уцелел, то так тому и быть. Верно?! Нешто плохой человек дракона обезумевшего убить сможет?! — наконец выдал крестьянин, и некромант немедленно простил ему паузу.
— Имя, как его имя, отец?! — воскликнул маг и удостоился укоризненного взгляда.
— Имя, имя… Ненашенское у него имя. Кырсан Кафат или как-то так. При нём ещё уродец зелёный был да зверёк забавный, ласковый. Вот с ними-то он в сторону гномьих гор и подался, да, — ответил старик и рассудительно заметил: — Ему ж теперь далеко бежать надо. Чтобы заморские колдуны не нашли, и вообще…
Большего дед говорить не стал. Неожиданно старик с внуком заторопились в сторону деревни, будто испугались чего-то, но Аврас останавливать их не спешил. Некромант замер, прикрыв глаза, полностью отдавшись проснувшейся воле кукловода. Его цель — бывший капитан Львов К’ирсан Кайфат, нет в том больше никаких сомнений, а значит… значит, он знает куда теперь идти. По жилам тут же начал разливаться жар нетерпения, торопя неповоротливую марионетку. Он найдёт проклятого богами выродка и тогда освободится от чужой воли, передав капитану наведённые чары подчинения. О боги, в Сууд, скорее в Сууд!
Глава 18
Над оазисом клубился густой, чёрный как смоль дым. Горели деревья, кусты, полыхали дома. На единственной улице в лужах крови лежали тела убитых, а у крайнего дома билась в судорогах и никак не желала умирать раненая двумя стрелами лошадь. В шестой день второй седмицы лета небольшое селение Черкес’суар перестало существовать.
— Неплохо, очень неплохо, капитан, — радостно потирал сухие ладошки старейшина Равиз. — Твои воины в бою подобны демонам пустыни. Свирепы, бесстрашны и неудержимы… Твоим тотемом должен стать лев, разгоняющий стаю шакалов, как ты разогнал проклятых сынов Кадафа.
Услышав про льва, К’ирсан скривился под маской и резко поднял руку, прерывая увлёкшегося нанимателя.
— Уважаемый Равиз, мои солдаты исполнили наш договор, как и условлено. Оазис взят, воины Кадафа убиты, остальные взяты в плен. Пришло время платить. Пять золотых за голову полонянина и десять за каждого убитого с оружием в руках, — жёстко напомнил старику Кайфат. — Не забудь про лошадей, припасы и сотню золотых сверху…
Капитан с глубоко запрятанным в глазах презрением посмотрел на старейшину рода. Мерзкий старикашка, привыкший командовать своими многочисленными родичами и жёнами, ненавидящий всех, кто не принадлежал его племени, не вызывал у К’ирсана ни крохи доверия. Он не может не обмануть, просто не может. Повелитель мелкого племени пустынных бродяг обязан расплатиться с чужаками-наёмниками предательством, и ответ Кайфата станет очередным кирпичиком в становлении его отряда. На виду обмен улыбками и взаимными любезностями, а за сладкой патокой речей — яд и заговорённая сталь кинжала. Только так можно выжить в Загорном халифате, мире интриг и дворцовых переворотов.
— Я хозяин своего слова, фалет Кайфат, и твоё недоверие ранит моё сердце, — прижав руки к груди, поклонился глава пустынного рода. — Подожди совсем немного, и ты сам устыдишься своих слов…
— И в мыслях не было бросить тень на твою честь, Равиз, — успокоил нанимателя К’ирсан, вот только в глазах у него не появилось ни капли тепла.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
