По спине Шелби пробежал холодок. Положив щетку, она бросилась в объятия Куинна и прижалась к его плечу.
— Ладно, теперь я действительно напугана. Не рассержена, а напугана. И я не дура. Я всю жизнь подвергаюсь угрозе похищения и знаю, каковы могут быть последствия, если вдруг поведу себя так, будто охрана мне не нужна. Но я хочу со всеми попрощаться, Куинн. Мы можем сделать хотя бы это?
— Да, малышка. — Он погладил ее по голове. — Это мы сделаем. А теперь позволь мне одеться и проводить тебя домой, чтобы ты приняла душ и уложила вещи, а потом мы пойдем к Тони. Хорошо?
— Спасибо, Куинн! — Шелби встала на цыпочки и поцеловала его. — Но весь мой багаж в твой «порше» не поместится. Я уложу только самое необходимое, а за остальным мы вернемся потом, ладно?
Куинн согласился, ибо знал: Шелби должна чувствовать, что она снова вернется в Восточный Вапанекен. Он согласился бы выкрасить свои волосы в фиолетовый цвет, если бы это заставило Шелби уехать. Правда, Куинн не сомневался, что в случае необходимости справился бы с Паркером Уэстбруком Третьим и парой его громил. Однако не хотел, чтобы Шелби при этом находилась рядом.
Двадцать минут спустя в сопровождении встревоженной Бренды, которая словно приклеилась к боку Шелби, они втроем направлялись в ресторан Тони.
— Я буду так скучать по этому месту! — Шелби сжала руку Бренды. — Я буду скучать по всем, особенно по тебе и Гарри. Теперь мне трудно представить свою жизнь без вас.
— Ты в любой момент можешь приехать в гости, радость моя. — Бренда бросила озабоченный взгляд на Куинна. — А если вдруг надумаешь послать за мной Джима Хелфрича с лимузином, знай, что я возражать не стану. О черт! — Она вдруг остановилась. — Я забыла конверты, которые дал мне на сохранение Тони. Пожертвования. Вы идите, а я вас догоню.
Они медленно прошли второй квартал. Куинн держал Шелби за руку, а сам смотрел на дорогу, вглядываясь в проезжавшие мимо автомобили. Несколько машин он увидел на стоянке у ресторана, но в этом не было ничего необычного. В сущности, все выглядело так же, как всегда.
Это заставило Куинна занервничать и насторожиться, хотя он и так был настороже. Но Куинн никогда не нервничал, всегда был уверен в себе. Вот что сделала с ним любовь.
И только они ступили на щебенку стоянки, как это случилось.
Рекламный шит, на котором значились специальные блюда дня, невысокая вывеска на колесах, поставленная на границе парковки, как раз настолько заслонила Куинну обзор, что он не заметил присевшего за ней человека.
Незнакомец поднялся и бросился на Куинна.
Шелби закричала.
Куинн узнал в парне того, кто пытался затащить Шелби в машину. Он выругался, пожалев, что оказался прав, когда совсем не хотел этого.
Выставив вперед руку, Куинн отбил умелый удар мужчины, затем двинулся вперед, собираясь рубануть ребром руки по шее нападавшему.
Этот сукин сын парировал удар. «Отлично, — подумал Куинн. — Как все нынче увлекаются единоборствами. То, что надо. Парень, считающий, что умеет драться».
Но с другой стороны, он, вероятно, не знает, как драться нечестно.
Куинн знал. Развернувшись боком и балансируя почти на цыпочках, он опустил руки, только что не умоляя парня снова броситься на него.
Шелби устремилась в ресторан, зовя на помощь, и промчалась мимо начальника полиции, почти совсем незаметного в своей обычной позе у игрального автомата.
— На Куинна напали! Скорее!
Потом снова кинулась на улицу.
Тони схватил разделочный нож и сделал вид, что бежит. Джозеф и Фрэнсис перевернули на пути к двери пару столов. Завсегдатаи вывалились из своей кабинки, замыкая колонну.
К тому моменту, когда Шелби снова оказалась на улице, Куинн, тяжело дыша и все еще сжав кулаки, стоял над напавшим на него мужчиной. Тот извивался на земле, держась за самую чувствительную часть тела.
— Куинн, ты цел! — Шелби бросилась к нему через стоянку.
— Нет! — крикнул он, переводя дыхание. — Иди внутрь. Ради Бога, вернись туда!
Но было слишком поздно. Темный седан, взвизгнув тормозами, въехал на парковку, с пассажирского сиденья выпрыгнул мужчина и схватил Шелби за руку.
— Паркер? — Шелби не поверила своим глазам, хотя стоявший перед ней мужчина казался еще более напуганным, чем она. Его страх придал ей мужества. Увидев измятый теннисный костюм Паркера, вероятно, бывший на нем, когда он сбежал от полиции, Шелби рассмеялась. — Паркер, ну и задница же ты!
Однако Шелби не удалось вырваться. Завернув ей руку за спину, Паркер потащил ее к открытой дверце машины, а водитель в это время кричал:
— Давай, давай, живей!
И в этот момент на своем «кадди» 1967 года выпуска мэр Бробст, чуть припозднившись из-за своего обычного субботнего визита в парикмахерский салон Моди, въехала на стоянку.
Куинн видел, как Амелия Бробст сердито смотрит на сцену, разыгравшуюся в другом конце парковки, как Беттиэнн Финк кричит что-то ей в ухо. Амелия отпустила тормоз и клаксон и дала, предупреждая, полный газ.
Посмотрев на лежавшего на земле мужчину, Куинн решил, что тот еще не скоро оправится. Затем взглянул на Шелби, которую Уэстбрук тащил к машине. Она не облегчала ему задачу, благослови ее Бог, но помощь ей явно не помешала бы.
И Шелби получила ее.
Да еще какую!
Фрэнсис, который был тяжелее Джозефа на несколько фунтов, по-медвежьи обхватил Уэстбрука сзади и поднял над землей.
Потом бросил на землю с приличной высоты, и на его место заступил Джозеф.
Джозеф пнул Уэстбрука Третьего именно в то место, которое сулило рождение Четвертого.
Между тем мэр Бробст переключила передачу и направила свой автомобиль-танк прямо на седан. Тот внезапно поехал ей навстречу, то есть к выезду, затевая, похоже, серьезную войну нервов — кто свернет первым.
Обняв Шелби, Куинн продолжал наблюдать, уверенный в том, что Амелия Бробст — настоящий игрок. Она не собиралась уступать. Ни на йоту. Только не Амелия, с ее слуховым аппаратом и соломенной шляпкой с цветами… и с ее «кадди», не уступавшим по мощности грузовичку Мэка.
Седан продолжал движение.
«Кадди» продолжал движение.
Шелби закрыла глаза.
В последний момент седан свернул, прямиком угодив в одно из широкоствольных деревьев покойного мэра Бробста. Это был первый случай, когда разрушающие тротуар растения принесли хоть какую-то пользу.
Завсегдатаи, чувствуя, что остались в стороне, поскольку Тони и два его помощника с разделочными ножами нависли над лежащим на земле громилой, бросились к седану, оторвали дверцу со стороны водителя и выволокли бедолагу наружу.
— Может, их стоит спасти, дорогой? — спросила Шелби, открыв глаза. — В смысле, Паркера и его друзей.
