2) Не было тогда всенародного революционного подъема. Теперь он есть после корниловщины. Провинция и взятие власти Советами во многих местах доказывают это.
3) Не было тогда колебаний, в серьезном общеполитическом масштабе, среди врагов наших и среди половинчатой мелкой буржуазии…
4) Потому 3–4 июля восстание было бы ошибкой: мы не удержали бы власти ни физически, ни политически. Физически, несмотря на то, что Питер был моментами в наших руках, ибо драться, умирать за обладание Питером наши же рабочие и солдаты тогда не стали бы: не было такого «озверения», такой кипучей ненависти и к Керенским, и к Церетели — Черновым, не были еще наши люди закалены опытом преследований большевиков при участии эсеров и меньшевиков.
Политически мы не удержали бы власти 3–4 июля, ибо армия и провинция, до корниловщины, могли пойти и пошли бы на Питер.
Теперь картина совсем иная»[108].
Мы видим, что лозунг восстания анализируется Лениным с точки зрения объективных условий, причем решающим моментом Ленин считает настроение масс, их готовность к борьбе.
Агитация сыграла в истории нашей партии громадную роль. Началась она с агитации по отдельным фабрикам и заводам, с агитации на почве отдельных экономических требований. Рабочие сначала врозь добивались улучшения своего положения, потом был найден общий, объединяющий борьбу рабочих лозунг — борьба за сокращение рабочего дня, лозунг, приведший к забастовке текстилей в Питере. Затем экономическая борьба была спаяна с борьбой политической, вылившейся в ряд демонстраций. Девятое января придало всей борьбе широкий размах, выдвинув лозунг «Долой самодержавие!» Этот лозунг приобрел общероссийское значение, превратив передового, самого решительного, самого непримиримого борца с самодержавием — рабочий класс — в вождя всех трудящихся России. Путем борьбы с самодержавием была всеобщая забастовка, переросшая в вооруженное восстание. Лозунг «Долой империалистическую войну!», выдвинутый большевиками, выходил уже далеко за пределы одной страны. Этот лозунг стал лозунгом интернациональным.
Мы видим, как все шире по размаху становились лозунги Коммунистической партии.
Само собой, широкий лозунг не значит, что агитация отрывается от конкретных условий и всюду ведется по одному и тому же трафарету. Лозунг «За более короткий рабочий день» не означал, что агитаторы только и повторяли: «Боритесь за более короткий рабочий день… боритесь… боритесь… боритесь!..» Нет, дело велось иначе. На каждой отдельной фабрике агитаторы брали примеры, знакомые рабочим данной фабрики. На конкретных примерах показывали, сколько выигрывает фабрикант от удлинения рабочего дня, сколько проигрывает рабочий. На отдельных профессиях показывали, как пагубно отзывается на здоровье рабочего длинный рабочий день.
Лозунг «Долой самодержавие!» не означал, что агитаторы одинаково подходили и к рабочим, и к крестьянам, и к передовым рабочим, и к отсталым, одинаково во всех городах и селах. Нет. Но каждый факт произвола правительства, каждый факт злоупотребления царских чиновников, каждый факт «усмирения» использовался для агитации.
Точно также лозунг «Долой империалистическую войну!», конечно, никоим образом не означал, что во всех странах эта агитация велась по одному и тому же шаблону, что повсюду был один и тот же подход к массе — вне зависимости от исторического прошлого страны, вне зависимости от экономических особенностей страны, вне зависимости от организованности масс и их переживаний.
И агитация на почве экономических требований, и агитация против самодержавия, и агитация против империалистической войны имели, в конечном счете, целью борьбу за социализм. Но эта цель была очень отдаленна, носила более программный, чем непосредственный характер. Агитация носила по преимуществу отрицательный характер — это была агитация за устранение с пути пролетариата того, что стояло на пути его развития, его организации, его непосредственной борьбы за социализм.
Сейчас мы живем совсем в другую эпоху — в эпоху, когда в основном мы уже победили. Сейчас мы переживаем совсем другой этап борьбы за социализм.
«…Для нас он (коммунизм — Н. К.), — говорил Ленин, — уже перестал быть программой, теорией и заданием, для нас это дело сегодняшнего фактического строительства»[109].
И в другом месте — в своей последней речи на пленуме Московского Совета в ноябре 1922 г. — Владимир Ильич повторяет ту же мысль: «Мы перешли к самой сердцевине будничных вопросов, и в этом состоит громадное завоевание. Социализм уже теперь не есть вопрос отдаленного будущего, или какой-либо отвлеченной картины, или какой-либо иконы. Насчет икон мы остались мнения старого, весьма плохого. Мы социализм протащили в повседневную жизнь и тут должны разобраться»[110].
Теперь перед партией и политпросветами стоит задача развернуть агитацию на почве этих будничных вопросов, возбуждая массу к революционному строительству.
Организующим центром борьбы за социализм являются Советы. Но мало это провозгласить. Необходимо ежечасно укреплять Советы, поднимать на должную высоту их работу, организовывать вокруг Советов все население.
Будничные вопросы об оживлении Советов, о выборах в Советы, об укреплении горсоветов, об организации работы секций должны рассматриваться в перспективе строительства социализма. И агитация, например, за оживление Советов должна увязываться с борьбой за социализм, за лучший строй — за сытую, здоровую, просвещенную, светлую жизнь.
Нам надо поднимать благосостояние страны. В стране нищей построить социализм нельзя. В эту борьбу за благосостояние страны надо вовлечь массы. Вот почему Владимир Ильич придавал такое громадное значение производственной пропаганде. Производственная пропаганда неразрывно связана и с производственной агитацией. В деревне производственная пропаганда принимает обычно форму агропропаганды. Само собой, надо вести не только агрономическую пропаганду, но и агрономическую агитацию, т. е. побуждать крестьян к определенному улучшению своего хозяйства, толкать их на определенные действия.
Когда крестьян водят на экскурсию, например в Дом крестьянина, — это агропропаганда, но, когда вопрос идет о переходе всего села на многополье, убеждение крестьян в необходимости этого — это агитация. Конечно, агропропаганда тесно связана с агроагитацией, помогает этой последней, но все же агроагитация — это особая задача. И тут чрезвычайно важно, чтобы выставляемая цель была агрономически продумана, обоснована, чтобы были выяснены все пути к ней, чтобы пути эти были отчетливо осознаны агитирующим, а то я наблюдала однажды, как молодежь ездила в деревню агитировать. Молодежь разучила веселую «агропесенку», в которой крестьянин призывался переходить на многополье и по книжке вести хозяйство. Песенка веселая, лица молодые. Но перешел ли хоть один крестьянин от этой песенки на многополье? А молодежь ездила специально агитировать деревню, и расходы на поездку значились под рубрикой «агропропаганда».
Агропропаганда и агроагитация должны вестись со всей серьезностью. Надо учиться нам у немцев. Они умеют увязывать свою агропропаганду с шовинистской пропагандой — мы должны нашу агропропаганду увязывать с пропагандой социалистической. «Поднимайте молочность вашего скота!» — «В стране с отсталым хозяйством («нищей», как говорил Ильич) построить социализма нельзя» — в этом разница в пропаганде агронома и политпросветчика. Агроном просто ведет агропропаганду. Политпросветчик ведет ту же агропропаганду, но увязывает, вскрывает ее связи со строительством социализма, с борьбой масс за лучшие порядки. Когда-то мы умели увязывать агитацию за вентиляцию с борьбой против самодержавия — теперь мы должны научиться борьбу за повышение молочности коров увязывать с борьбой за социализм, учить массы объединяться в этой борьбе.
Лозунг «Кооперирование масс» — лозунг обобщающий. Он идет по тому же руслу, что и лозунг производственной пропаганды, но расширяет его, обобщает, вносит в него гораздо более сильный социалистический привкус. Не просто заботьтесь о поднятии своего хозяйства, а заботьтесь об этом сообща, объединяя свои хозяйственные усилия. «Кооперируйтесь» — значит втягивайте в это дело не только всю массу середняков, но и бедноту; изживайте нищету, эксплуатацию.
Этот лозунг — лозунг кооперирования — теснейшим образом увязывается с лозунгом «Просвещайтесь!» — овладевайте достижениями науки, вооружайтесь знаниями. И опять-таки и тут — агитацию за учебу — коммунист должен вести по-коммунистически. Не для того надо учиться, чтобы «выйти в люди», добиться положения, получить хорошо оплачиваемое место квалифицированного рабочего, а для того, чтобы уметь как следует строить кооперацию, чтобы научиться строить светлую жизнь.
