Читаем без скачивания ПСС, том 5. Труп на Рождество - Картер Браун

— Мое мнение до сих пор не изменилось.

— Что? — Он вытаращил глаза. — Дело закрыто, Уилер! Полностью. Какие вам еще нужны доказательства, что Йорганс был убийцей?

— Это всего лишь дешевый трюк. Подтасовка фактов! — твердо стоял я на своем. — Убийца, задушив Джанис Айверсен и зная, что мы оба, Йорганс и я, устремились к ее дому, поспешил в фирму Йорганса и сунул пистолет и костюм в такие места, где их невозможно было не найти при обыске.

Лейверс запихнул сигарету в рот и пожевал ее, бросив на меня гневный взгляд:

— Не разрешайте своему самолюбию брать верх над логикой, лейтенант! Дело закончено, и вы это знаете!

— Если и закончено, то не для меня! — заявил я с жаром. — Вам никогда не удастся меня убедить, что это был Йорганс! Даже за миллион лет!

— Что вас терзает, Уилер? — завопил он. — Что вам не удалось арестовать его? Или что он обманул вас, выбросившись из окна, когда вы за ним не следили?

— Шериф! — Закрыв глаза, я пересчитал четырех блондинок и одну рыжеволосую красотку — почему только у них всех были широкие седые пряди в волосах? И только после этого смог изобразить на лице вежливую улыбку. — Давайте признаем, что наши мнения в этом вопросе разошлись.

— Отлично! — взревел он. — Пусть разошлись. Но дело закрыто!

— Предоставьте мне двадцать четыре часа, чтобы доказать обратное! — попросил я. — Если мне не удастся этого сделать за указанный срок, тогда я сдамся. И дело действительно будет закрыто.

— Черта лысого вам удастся что-то доказать!

— Да помолчите вы хоть минуту! Ну что вы теряете? Тем более что вы абсолютно уверены в своей правоте!

Сигара бешено заметалась у него во рту. Но неожиданно он обмяк.

— К черту! Стану я еще зарабатывать себе язву желудка, споря с ненормальным, вообразившим себя Шерлоком Холмсом! Ладно, Уилер, даю вам время — до послезавтра, до девяти утра. И при одном условии: если вы не сможете доказать за этот срок, что я ошибаюсь, то принесете мне извинения в письменном виде!

— А если я докажу, что вы ошибаетесь?

Он свирепо усмехнулся:

— Я человек честный! Вам тогда не придется приносить извинения.

— Вы хитрый! — возмутился я. — Толстый, уродливый, глупый, но хитрый! Вы — не против, чтобы я позаимствовал костюм? — Я схватил со стола костюм Санта-Клауса.

— Я — не против, если вы будете с ним бережно обращаться. И не вздумайте в этом одеянии подняться ко мне в сочельник по водосточной трубе, если не хотите, чтобы я поджег вам штаны!

— Не беспокойтесь! — фыркнул я. — Вы же будете первым среди тех красноносых оленей, которые поволокут сани Санта-Клауса.

— Послушайте, лейтенант! — мечтательно заговорил Полник. — Как вы считаете, может, и я могу участвовать в праздничном шествии? Мне всегда этого очень хотелось.

— Почему? — непритворно удивился я, поскольку мысль о том, как переодетый Санта-Клаусом сержант будет раздавать подарочки малышам, показалась мне довольно вздорной.

— Все эти прекрасные дамочки, лейтенант! — Он мечтательно вздохнул. — Только представить себе, как они сидят и ждут, когда к ним по трубе спустится добряк Санта-Клаус! Чулки они снимут, ну и все такое…

Глава 9

Совершенно машинально я сделал глубокий вдох — и не обманулся: все помещение пропахло одеколоном. На секунду я задумался о том, как сюда осмеливаются заходить люди с аллергией на запахи, потом прогнал подобные праздные мысли прочь. Лоис внимательно осматривал костюм Санта-Клауса. Его тонкие пальцы, елико возможно, избегали контакта с грубой красной тканью.

— О да! — Он наградил меня заговорщицкой улыбкой. — Тот самый костюм, который взяла напрокат мисс Мейлон, лейтенант.

— Прекрасно!

— И что же с ним делала непослушная девчонка? — пронзительно хихикнул он. — Не могу себе представить, как можно развлекаться в таком одеянии!

— Эти костюмы разных размеров? — спросил я.

— Просто большие, средние и маленькие. И для мальчиков, и для мужчин. Нам приходится снабжать костюмами всякие школьные постановки.

Его глаза блестели, как будто наша беседа доставляла ему огромное удовольствие.

— А этот какой?

— Среднего размера, — ответил он без колебаний. — Припоминаю, я не был уверен, что ей подойдет. Обычно женщины не берут такие костюмы, поэтому мне пришлось снять с нее мерку. Вы не представляете, как мне это было неприятно! Воспоминание все еще не дает мне покоя. Обматывать сантиметром — ее плечи, бедра, грудь… Фу!

— Вы — живой человек. Я понял! — сочувственно произнес, я. — Скажите, мог ли взять для себя этот костюм мужчина весом в сто восемьдесят фунтов и ростом чуть выше шести футов?

— Взять-то он мог, конечно! — весело рассмеялся Лоис. — Но я сильно сомневаюсь, чтобы ему удалось натянуть его на себя. Это один из наших самых маленьких в среднем размере, так что, если быть точным, для мужчины-недомерка. — Он взял со стойки халат и растянул его. — Попробуйте надеть на себя, лейтенант.

Я действительно снял пиджак и попытался втиснуться в красную хламиду. Создатели костюма предусмотрели место для подушки, которая накладывалась на живот, но рукава мне едва доходили до локтей, а широкие плечи просто не разрешали даже на секунду превратиться в рядового Санта-Клауса. Халат угрожающе трещал по швам, и я поспешно стянул его с себя.

— Теперь я в точности понимаю, что вы имеете в виду, Лу, — молвил я, укладывая костюм обратно на стойку. — Огромное спасибо.

— Заходите в любое время! — расплылся он в довольной улыбке. — Могу ли я получить свой костюм обратно?

— Еще нет. Он потребуется в качестве вещественного доказательства.

— Ну что же, не возражаю! — возбужденно хохотнул он. — Держите столько, сколько надо, но когда все будет закончено, обещайте посвятить меня во все интимные подробности, милый мой! — Он взволнованно захлопал длинными ресницами. — Во все чарующие пикантные детали, про которые газеты предпочитают умалчивать, потому что это может отрицательно подействовать на психику подростков. Вы же понимаете?

— Я все понимаю, — хмыкнул я, — и постараюсь вас не разочаровать.

Я чувствовал, что задыхаюсь от одеколона, и поспешил выскочить из маленького помещения, пока меня не стало по-настоящему тошнить. А Лоис, очевидно, не заметив моего постыдного бегства, продолжал рассуждать о таинственных феях и их чарах.

Опустив откидной верх машины, я стал торопливо пробираться вперед в плотном потоке транспорта, полной грудью вдыхая поразительно свежий утренний воздух.

Однако думал я не о радостях зарождающегося дня — у меня из головы не шел состоявшийся накануне неприятный разговор с шерифом. Я по-прежнему не сомневался, что Йорганса подставили — все так называемые доказательства его вины были явно подтасованы, причем довольно грубо, но вот отыскать подлинного убийцу и изобличить его было куда сложнее. К тому же была еще одна забота — на приобретение моих пресловутых рождественских подарков у меня оставался лишь сегодняшний вечер.

Нажав пятью минутами позже на дверной звонок и взглянув на кислую физиономию Айрис Мейлон, когда она увидела меня, я подумал, что должен благодарить судьбу за то, что не зарабатываю себе на жизнь, продавая вразнос зубные щетки и прочую ерунду. Потому что в этом случае я умер бы от голода ровно через три недели.

— Снова? — уставилась она на меня негодующе. — Неужели вы не можете заняться ничем иным, лейтенант, кроме как беспокоить впустую честных людей?

Она тщательно расчесала светлые волосы, так что теперь они спадали до плеч мелкими завитками. Брючный костюм, который был на ней, выглядел весьма элегантно — сшитый из голубого шелка с белыми снежинками узоров. Под воротником-стойкой красовались вместо пуговиц три серебряных лягушки. Узкие брюки было, наверно, очень трудно натягивать, но зато они подчеркивали форму ее стройных ног, а там было на что посмотреть, можете мне поверить!

— Если бы я был водопроводчиком, который явился, чтобы ликвидировать у вас в квартире протечку, вы бы приветствовали меня обаятельной улыбкой, не так ли? — бодро заговорил я. — А как насчет того, чтобы сделать то же самое для лейтенанта, пришедшего для воссоздания картины преступления?

Ее небесно-голубые глаза расширились.

— Воссоздание картины преступления? Вы шутите?!

— Мы, лейтенанты, никогда не шутим такими вещами! — парировал я обиженно. — Это не в наших правилах. Удачная реконструкция картины преступления — большое искусство, смею вас заверить.

— Полагаю, вам лучше войти в дом, — пробормотала она без всякого энтузиазма. — Мне не терпится посмотреть, как можно воссоздать картину преступления в отсутствие семи или восьми других людей, так или иначе причастных к этой истории.