Читаем без скачивания Кровь на золоте - Борис Бабкин

— Что же делать? — вздохнул Белый. — Понимаешь, боюсь я, что ей это боком выйдет. Вдруг все-таки масть не стрельнет. Тогда ее, сто процентов, за рога и в стойло. Ведь опознать меня даже мертвого мусора смогут. Вот и выйдет, что она наводчица.

— С таким настроением лучше в тюрьме сидеть, — усмехнулся Маршал. — К тому же я уже говорил, но повторю: если она уедет и у нас, как ты говоришь, запал, ее все равно возьмут. Почему уехала, не доработав сезона? Ведь те, кто в сезонной охране работает, на золотопромывочный сезон договора заключили. Так что она правильно делает, что не уезжает. Потянуть ее в случае, если узнают, что ты в деле был, все равно потянут. Но она маршрута не знает. Даже золото в автобус не при ней грузят. Это она мне говорила, — ответил он на удивленный взгляд Белого. — К тому же я думаю, что сработаем мы чисто. И если сумеем перед этим вырвать жало Олич, уйдем без следов. Стас сейчас этим занимается. Остается только пожелать ему удачи.

— Постой-ка! — опомнился Белый. — Значит, работаем не по плану Олич? Или по ее сценарию, но со своей концовкой?

— Приедет Стаc, я вас познакомлю с гениальным по своей простоте и, надо сказать, наглости планом. Я буду молчать. Вы сами дадите ему оценку. На вопросы отвечу. Правда, времени для подготовки будет мало. Но, думаю, хватит. Кстати, там работа в твоем стиле, — засмеялся он. — Много стрельбы, даже взрывы есть. Но, повторяю, план гениальный.

— Ты то же самое говорил о бумажках Яшки, — напомнил Белый. — И с Олич такая же канитель. Потом…

— Все, Леха, — твердо сказал Маршал, — будем работать.

— Ты этих четверых качков, — имея в виду людей Олич, сказал Белый, — по делу брать будешь?

— Наверное, буду, — немного помолчав, что-то обдумывая, кивнул Маршал. — По программе госпожи Олич.

Алексей удивленно посмотрел на него и усмехнулся.

— Тогда повезу стрелков. — Он шагнул к двери. — Пусть тренируются.

Стас в бинокль ночного видения наблюдал за огороженным невысоким забором двухэтажным домиком. Вплотную к нему стоял гараж на три машины. Справа небольшая баня. Они доехали до поворота с трассы к озерам в десять вечера. Поспав до трех, Стаc взобрался на склон большой сопки и начал наблюдение. Михаил, который ходил с ним и дрожащим от страха голосом объяснял, где что находится, теперь, приняв большую дозу спиртного, крепко спал в машине. По словам бича выходило, что этот удаленный от трассы домик является резиденцией Олич для деловых встреч. Значит, здесь могли находиться и материалы о группе Маркова. Стаc верил в Артема и знал, что тот найдет способ захватить золото. Но в этом случае возникнет угроза со стороны Олич, которая как бы нечаянно дала понять, что она знает все о каждом из них. А так как слов к делу не подошьешь, было понятно, что у нее есть какие-то бумаги. Стаc считал, что ему здорово повезло. Сам того не зная, он начал разговор об Олич с бичом после того, как услышал совершенно случайно что «…вон тот замухрышка пахал на Олич». Стаc, понимая, что среди бичей вполне может оказаться кто-то, кто знал Олич, угостив пивом нескольких, на его взгляд, авторитетных бичей, как бы случайно упомянул Майю Яновну. И оказалось, что не зря. Ну, а уж разговорить Михаила о его бывшей хозяйке труда не составило. Правда, по дороге, когда тот испуганно потребовал оставить его в покое. Стаc хотел убить Михаила — тот вполне мог кому-то рассказать об интересе Бороды к Олич. Но перепуганный Михаил, сумев понять, что встречи с Эдиком, возможно, и не будет, а Борода убьет его сейчас, решил показать владения своей бывшей хозяйки.

«Здесь могут быть бумаги, — подумал Стаc. — Но как в этом убедиться, не привлекая внимания людей Олич?» Прильнув к биноклю, осмотрел с высоты склона двор. Увидев четырех больших собак, криво улыбнулся. По словам Михаила, кроме собак, там постоянно находились трое вооруженных людей. Они имели удостоверения егерей и права на ношение карабинов. Олич сумела выбить для них и пистолеты. Так что охрана домика была вооружена законно. Разумеется, «егеря» не совершали рейдов по выявлению браконьеров. «Скорее всего, если бумаги на нас есть, они находятся здесь. — Опустив бинокль, Стаc лег на спину и закрыл глаза. — Откуда она могла получить сведения о нас? От Яшки? Нет. Он просто нашел людей. А может, и нет никаких бумаг? — неожиданно подумал он. — Олич все узнала… — Усмехнувшись, встал. — Есть бумаги. А значит, надо их уничтожить. Эта бабенка непредсказуема, Маршал прав. Для нее налет на автобус с золотом — лишь увлекательная игра. Значит, чуть позже ей может прийти в голову мысль организовать покушение на президента. А что? — спускаясь по склону, ухмыльнулся Стаc. — Исполнители есть. Тем более что ко всему, что у нее есть на нас, будет еще и наше участие в налете. И сколько бы мы ни говорили, что организатор она, никто в это не поверит. А даже если и поверят, доказать ничего не удастся. Впрочем, примерно так говорил и Маршал. Но я свалял дурака. Одному мне не справиться. Черт возьми, только время зря потратил. А его, этого времени, как раз и нет. Подожди, — от неожиданно пришедшей в голову мысли Станислав остановился. — Точно. — Он кивнул. — Именно так и есть». Он заспешил к машине. Споткнувшись о корягу, полетел на землю. Успел выбросить вперед руки, чем смягчил падение. Улыбнувшись, хотел подняться. Впереди раздался приглушенный крик. Бесшумно поднявшись, Станислав бросился к машине, откуда донесся крик.

— Знакомые все лица, — направив яркий луч фонаря на лицо зажмурившегося Михаила, усмехнулся рослый мужчина в кепи. — Смотри-ка, — кивнул он на «москвич», — дворник переквалифицировался. Начал угонами заниматься. Ну и нашел тачку, — громко захохотал он.

— Что ты здесь делаешь? — ткнув бича кулаком в бок, спросил коренастый парень в камуфляже. Вскрикнув, бич закрыл лицо руками.

— Не бейте, — пропищал он, — я все скажу.

— Тебе есть что сказать? — насмешливо удивился рослый.

— Меня сюда силой привезли, — сжавшись, пролепетал Михаил. — Он… — Всхрипнув, дернулся всем телом и боком упал.

— Ты что? — Рослый направил на него фонарик. Коренастый не сильно пнул бича в бок.

— Вставай. У нас такие номера не проходят. Рослый присел, держа фонарик левой рукой, правой ухватился за ворот рубашки бича, рванул вверх. В свете луча оба увидели в спине бича рукоятку ножа. Позади появилась человеческая фигура с большой толстой палкой в руках. Сильный удар толстым концом по голове выбил сознание из рослого. Он ткнулся лицом рядом с Михаилом. Коренастый успел вскочить, но от резкого пинка в пах согнулся и упал. Подхватив валявшийся рядом охотничий пятизарядный карабин, Станислав впечатал прикладом в висок рослого.

— Значит, егеря все же выходят на охрану животного мира, — пробормотал он. Присел рядом со скулившим коренастым. — Ответишь на пару вопросов, будешь жить, — пообещал Бобров. — А если нет… — Усмехаясь, вытащил нож из спины Михаила. — Кастрирую. Окажу первую медицинскую помощь и отпущу. Где Олич? — задал он первый вопрос.

Вячеслав, выйдя с лотком в руках из неглубокого ручейка, довольно улыбнулся и поставил его на плоский камень. Достал из кармана металлическую гильзу двенадцатого калибра, осторожно вынул из нее резиновую пробку. В небольшой выемке в углублении лотка под солнцем тускло блеснуло несколько мелких желтеньких пластинок, величиной с крылышко комара, и такого же цвета песчинки. Орехов слегка наклонил лоток, подставил под него другой камень размером с картофелину. Поднес к золоту отверстие гильзы и зубной щеткой начал сметать в гильзу драгоценный металл. Заткнув пробкой гильзу, засмеялся. Не сумев уговорить Анатолия, Вячеслав приехал на прииск и получил в конторе допуск старателя-одиночки, или, как их называют, вольно добытчика. Ему выдали разрешение на промывку золота старым способом, то есть лотком и скребком. Не тяжелая на первый взгляд работа здорово выматывала. Полдня проработав киркой и лопатой, нагребая на лоток грунт, около получаса стоя в воде и понемногу добавляя ее в лоток, скребком осторожно размягчаешь грунт. Затем так же осторожно, отделив попавшие камешки, выбрасываешь их. Вольноприноситель, так тоже звали одиночек, несмотря на кропотливый труд, сдавал золото по цене гораздо ниже, чем даже старательские звенья, не говоря уже об артелях. И все же Вячеслав был доволен. Участок оказался золотоносным.

Посмотрев на часы, Орехов положил в неглубокую ямку три таблетки сухого спирта, поджег их и поставил на два камня маленький закопченный чайник. Достал из потертого рюкзака пластиковый мешочек с двумя бутербродами.

— Бог в помощь, — раздался за его спиной насмешливый голос.

Резко обернувшись, Орехов увидел стоявших на отвале троих. Двое были с карабинами, один придерживал на груди автомат. С шумом посыпавшихся камней они спустились к нему.

— Допуск? — спросил автоматчик.