Правительство Соединенных Штатов не может внести какие-либо существенные изменения в положения о Союзном Военном Совете, что же касается Дальневосточной Комиссии, то оно не может согласиться на уменьшение прав, изложенных в III(2), издавать временные директивы в ожидании действия Комиссии. Другие вопросы, затронутые в советских поправках, в частности, вопрос о процедуре голосования может представить собой некоторые просторы для переговоров.
До настоящего времени Правительство Соединенных Штатов в соответствии с предложением Генералиссимуса Сталина вело эти переговоры с Советским Правительством на неофициальной двусторонней основе. Были приложены значительные усилия для того, чтобы предотвратить постановку этого вопроса перед Дальневосточной Комиссией и тем самым придать гласности эти переговоры. Правительство Соединенных Штатов встречает все возрастающие трудности в сохранении такого положения.
Поэтому оно считает в высшей степени важным, чтобы Советское Правительство приняло вышеизложенные основные соображения.
Перевел Потрубач.
Ф. 558. Оп. 11. Д. 98. ЛЛ. 77–79
12 ноября 1945 г. в 19 час. 00 минут
Молотов заявляет, что он хочет передать ответ Советского Правительства на ноту США от 9 ноября. Молотов вручает Гарриману письменный текст ответа Советского Правительства — официальный текст на русском языке (прилагается) и неофициальный перевод на английском языке.
Гарриман, по ознакомлении с текстом, изъявляет желание получить разъяснения по вопросу о том, преднамеренно ли в этом документе Дальневосточная Комиссия называется «Консультативной».
Молотов отвечает, что пока название Комиссии окончательно не установлено и поэтому в ответе Советского Правительства она называется Дальневосточной Консультативной Комиссией, как она была названа в первом предложении американского правительства.
Гарриман отвечает, что правительство США предложило назвать ее Дальневосточной Комиссией, а не Дальневосточной Консультативной Комиссией.
Молотов поясняет, что Советское Правительство не будет возражать против этого.
Гарриман указывает, что, как известно Молотову, Дальневосточная Комиссия создается как орган, формулирующий политику, а не как орган, представляющий рекомендации правительства союзных держав, как предполагалось по первоначальному проекту создания Дальневосточной Консультативной Комиссии.
Молотов отвечает, что по этому вопросу со стороны Советского Правительства нет возражений, если будет достигнута договоренность по всем основным вопросам.
Гарриман говорит, что, сравнивая полученные им от его правительства телеграммы и прочтя данный ответ Советского Правительства, он видит, что этот ответ не совпадает с точкой зрения американского правительства. В результате беглого ознакомления с советской нотой у него, Гарримана, создалось впечатление, что в советском ответе большее значение придается органу, создаваемому при Главнокомандующем в Японии, нежели Дальневосточной Комиссии, которой американское правительство придает большее значение, чем органу при Главнокомандующем. В Дальневосточной Комиссии, кроме 4-х главных союзников, принимают участие и другие страны, имеющие существенный интерес в вопросах, касающихся Японии.
Молотов поясняет, что в ответе Советского Правительства говорится об обоих органах, — как об органе, который будет создан на месте, в Японии, так и о том органе, который будет функционировать вне пределов Японии, в Вашингтоне. Оба эти органа, по мнению Советского Правительства, имеют важное значение.
Гарриман, обращая внимание на то, что в ответе Советского Правительства говорится относительно того, что в период разоружения японских вооруженных сил Главнокомандующий действовал без какого-либо контроля и контрольного органа союзников, поясняет, что после создания Дальневосточной Комиссии Макартур и учрежденный при нем союзный орган в Токио должны будут действовать в соответствии с политикой, сформулированной Дальневосточной Комиссией, которая будет подвергать детальному рассмотрению все вопросы по Японии. Гарриман при этом указывает также, что функции Дальневосточной Комиссии не аналогичны функциям Европейской Консультационной Комиссии.
Молотов поясняет, что ответ относительно важности Дальневосточной Комиссии дается в § 2 данной ноты Советского Правительства. Здесь же дается ответ и на вопрос Гарримана — как Советское Правительство рассматривает вопрос о правах Главнокомандующего. Права и власть Главнокомандующего при принятии решений по большинству вопросов ясно подчеркнуты в советской ноте. Есть, однако, некоторые вопросы, по которым должно быть предварительно достигнуто согласие между Главнокомандующим и членами союзного контрольного органа в Японии. Имеются в виду такие принципиальные вопросы, как, например, изменение режима контроля в Японии, изменение состава японского правительства и т. п.
Гарриман указывает, что правительство США уведомило Советское Правительство о том, что по всем такого рода вопросам между правительством США, Советским Правительством и другими союзными правительствами будет проводиться всесторонняя и полная консультация. Однако, это не должно препятствовать Главнокомандующему принимать решения и издавать приказы до того, как будет достигнуто соглашение между правительствами. Он должен иметь право действовать как до принятия решения в Дальневосточной Комиссии, так и в тех случаях, когда между правительствами не будет достигнуто согласие по вопросам, требующим принятия срочных мер. Правительство США также должно иметь право принятия окончательных решений по таким вопросам и право дачи директив по ним своему Главнокомандующему, о чем в ответе Советского Правительства ничего не упоминается.
Молотов отвечает, что Советское Правительство не может касаться взаимоотношений между американским правительством и его Главнокомандующим. В ответе Советского Правительства, поясняет далее Молотов, говорится о принципиальных вопросах, которые интересуют Советский Союз, как одно из основных государств, принимающих участие в решении вопросов, касающихся Японии. Вопрос об отношениях между американским правительством и Главнокомандующим американских вооруженных сил в Японии является делом самого американского правительства.
Гарриман говорит, что правительство США желает иметь право давать директивы Главнокомандующему по любым вопросам, требующим срочного решения, до принятия по этим вопросам решений в Дальневосточной Комиссии, равно как и до согласованиях этих вопросов между союзными правительствами. Гарриман добавляет, что правительство США будет прилагать все усилия к тому, чтобы не допускать и избегать разногласий с союзниками.
Гарриман отмечает, что в документе, врученном ему Молотовым, ничего не говорится о праве Главнокомандующего принимать окончательные решения до консультации с представителями союзников или в случае наличия разногласий с ними. Следовательно, может создаться такое положение, когда Главнокомандующий будет связан в принятии решений по срочным вопросам. Другими словами, говорит Гарриман, три правительства могут навязать свою волю американскому правительству.
Молотов отрицает подобное положение и поясняет, что в ответе Советского Правительства говорится только о немногих вопросах принципиального значения, по которым необходима согласованность между Главнокомандующим и членами союзного контрольного органа в Японии. По остальным же вопросам, каковых большинство, Главнокомандующий будет иметь право действовать самостоятельно, как председатель союзного контрольного органа. Речь идет только об ограниченном количестве вопросов, требующих договоренности между союзниками, по остальным же вопросам Главнокомандующий может действовать самостоятельно.
Гарриман спрашивает, кто же должен принимать окончательное решение при наличии расхождений по тому или иному вопросу. Если правительство США не будет обладать правом принятия окончательных решений, то может создаться безвыходное положение, тупик. Предлагаемая система согласованности действий похожа на систему, принятую в Германии. Однако американское правительство не может согласиться с такой системой. В Германии в каждой оккупационной зоне имеется главнокомандующий, который и принимает окончательные решения в случае наличия разногласий. Правительство США согласилось с функциями советского главнокомандующего в балканских странах, где за советским главнокомандующим остается право окончательного решения. Правительство США согласилось на такое право советского главнокомандующего. Правительство США и Главнокомандующий в случае необходимости принятия срочных и эффективных мер в отношении Японии не в состоянии будет действовать быстро и эффективно, когда на переговоры с союзниками для достижения договоренности потребуется несколько недель.
