Все стали спускаться вниз. Теперь спастись не было никакой надежды. Лестница уводила все глубже и глубже в подземелье и, наконец, завершилась в просторном нижнем зале. Две лампы, горевшие здесь, давали слишком мало света.
Как Мендрано ни торопился, но, когда поднялся наверх, там уже никого не было. Подумав, что его друзей заставили вновь спуститься вниз, он повернул назад. Времени оставалось мало. Добравшись до верхнего уровня, он начал осторожный спуск.
Удача, казалось, отвернулась от Луиса и Франка. Они бы отдали жизнь за спасение любимых женщин, но в глубине души признавали, что это конец. Плюга убьет их здесь, и все, о чем он мечтал, будет принадлежать ему. Почему так несправедливо? Кому-то достается все, кому-то — ничего; и чем человек злее, тем цель для него достижимее. Но это не может быть правильным, мир стоит не на этом.
— Месье Хоген, пришло время прощаться, — сказал Плюга. — Жаль, что вы встали на моем пути. Однажды, а это будет скоро, я вернусь сюда. Но от вас к тому времени останутся одни воспомипа ния. Все, что находится в этой гробнице, я считаю своим. И я непременно возьму это. Месье Перье, благодарю вас за содействие. Вы до глупости фанатичны, но на таких, как вы, держится земля.
— Я не фанатик, — прервал Луис. — Я — профессионал.
— Знаете, я тоже, — отозвался Плюга. — Но мой род занятий…
— Ваш род занятий — разбой.
— Зря вы так, Перье. Напрасно. Мой род занятий — поиск. В этом деле немного равных мне, уж поверьте. Все было бы в порядке. Каждый остался бы при своем, если бы у этой очаровательной мадемуазель, — он указал на Жоан, — не было привычки шарить в чужих вещах.
— Что вы позволяете себе! — воскликнула девушка. — Я никогда…
— Оставьте, — Плюга поморщился. — Итак, господа, час пробил и время дорого. Прощайте.
Желаю вам в мире ином встретиться с вашей затерянной цивилизацией.
Он вскинул ружье. К ужасу пленников, то же самое сделали и другие члены его шайки. Жоан заплакала, уткнувшись лицом в плечо Луиса. Саль-ма прильнула к Франку. Надежды больше не осталось. Теперь Мендрано уже не поможет им. Они в руках судьбы и богов.
Глава 23
Внезапно откуда-то снизу раздался грохот. Плюга удивленно и растерянно посмотрел себе под ноги и опустил ружье. Каменный пол задрожал у него под ногами, мощные толчки с небывалой силой начали сотрясать зал. Глухой рокот превратился в страшный рев, гробница заходила ходуном. Стены дрожали, клубы пыли заполнили зал. Казалось, мгновение, и каменные своды обрушатся на хрупкие человеческие существа. Все с криком кинулись спасаться.
Луис схватил Жоан за руку, и вместе с Сальмой и Франком они бросились к лестнице. Ступени качались, угрожая отвалиться от стен.
Мендрано спускался вниз, и тут же мощный толчок свалил его с ног. Впервые в жизни мужественный колумбиец испытал настоящий ужас. Но боялся он не за себя, а за любимых им людей, которые могли погибнуть под обломками.
Никола, Жозеф, Энтони, Ланнек неслись вверх по лестнице вслед за Антонио, Франком и Сальмой. Последними бежали молодой археолог и юная француженка. Оглянувшись назад, Луис увидел, что Плюга лежит, придавленный камнем, выпавшим из свода. Лужа крови медленно растекалась вокруг. Он был еще жив. Но никто из приятелей Плюга даже не пытался помочь ему. Алекс был ранен. Он смотрел то на Луиса, то на сокровища гробницы, призывно мерцавшие в отблесках лампы, чудом уцелевшей в этом жутком хаосе.
— Алекс! — крикнул Луис, перекрывая грохот, — уходи отсюда!
Перье не слышал, что тот ответил. Но было ясно одно — Мак-Комби лишился разума. Он не в силах уйти от сокровищ, даже под страхом собственной гибели. Он не может оставить это сияющее, манящее богатство!
— Алекс! Очнись! — снова закричал Луис. — Ты погибнешь, черт тебя побери!
Вся комната сотрясалась от грохота. Жоан обернулась на бегу и увидела, как Алекс кинулся к одному из сундуков и невероятным усилием столкнул крышку. Она свалилась на каменные плиты. Взметнулись клубы пыли. Мак-Комби жадно зачерпывал сияющие камни и засовывал их в карманы, набивал ими рубашку, пока та не порвалась.
Осталось очень мало времени. Луис тащил Жоан к выходу. Бедная девушка задыхалась от пыли, пережитого ужаса близкой смерти и кошмара землетрясения. На верхней ступени он вновь посмотрел вниз.
Теперь Алекс бежал по лестнице. Он был уже почти наверху, когда раздался оглушительный треск, и ступени рухнули. Алекс успел ухватиться за выступ и повис на одной руке. Луис бросился на помощь, стараясь удержать его, но рука актера медленно начала выскальзывать.
— Алекс, брось камни, избавься от веса! — закричал Луис. — Я не удержу тебя!
— Нет! Нет! Не могу!
Рука Луиса стала слабеть. В узком проходе уже не осталось никого, кроме Жоан. Она ни за что бы не оставила возлюбленного одного.
— Алекс! — взывала девушка из-за плеча Луиса: — Ему не удержать такую тяжесть. Одумайся, брось сокровища!
Мак-Комби отчаянно пытался подтянуться, но вес камней тянул вниз. Перье одной рукой цеплялся за дверь, а другой удерживал Алекса от падения, Рука нестерпимо болела. Он чувствовал, что долго не продержится.
Но жадность актера не позволила ему расстаться с драгоценностями. Полными ужаса глазами он в последний раз посмотрел на Перье и сорвался вниз, во мрак, в бездну, туда, где сама смерть разверзла свою пасть.
Раскаты подземного гула становились все глуше. Через зал пролегла громадная трещина. Стены осыпались. Кромешная тьма была вокруг. Луис обернулся с перекошенным болью и ужасом лицом и, увидев рядом Жоан, закричал:
— Беги, Жоан! Беги отсюда!
— Без тебя не уйду! — отвечала она.
Он схватил ее за руку и бросился наверх. Казалось, они никогда не выберутся. В воздухе металась горькая пылевая буря. Создавалось впечатление, что вот-вот разверзнется земля. Наконец они достигли верхнего зала. Чьи-то руки вытащили их из гробницы, и все бросились к выходу из земляной шахты. Страшная стихия продолжала бушевать. Деревья качались и дрожали, большинство из них вырывало из земли вместе с мощными корнями.
Земля поднималась и оседала, словно живая. В одном месте образовалась воронка. Дымились разломы, которые, как змеи, протянулись по всей территории долины. Деревья, камни, кусты — все исчезало в этих бездонных, страшных разломах, откуда, как из преисподней, вырывались языки пламени. Ничто живое, казалось, не спасется в этом страшном хаосе.
Люди, охваченные диким страхом, бежали подальше от гробницы и вдруг услышали, как с грохотом обрушились ее стены.
Все кончилось так же внезапно, как и началось. Наступила тишина. Те, что остались в живых, боялись вздохнуть, чтобы не нарушить ее.
