Он отправил это за месяц до того, как на неё напали?
— Да. — Нокс сунул руки в карманы. — По словам Милтона, Мюриэл рассказала персоналу, что однажды ночью после кошмара пробралась в общежитие Дейла, не подозревая о том, что произойдёт, и затем была вынуждена голосовать. Судя по тому, что содержится в этом письме, похоже, что в тот вечер она получила больше всего голосов.
Леви напрягся.
— Парни принесли маленькую девочку в жертву?
— Казалось, так. Хуже того, это было не один раз. Маттиас убедил её, что воспитатели обычно ходят по всем общежитиям; и что пойдут к ней в общежитие этой ночью, поэтому она должна остаться с ними. Иногда она соглашалась, иногда нет.
Танер выругался.
— Как мог Дейл не проверить, что она не поверила в эту чушь?
Нокс пожал плечами.
— Может, он пытался, может, нет — в письме Гарри нет ничего, что указывало бы на тот или иной вариант. В любом случае, её заставляли голосовать более одного раза. И она подвергалась насилию.
Танер потёр затылок.
— Дерьмо.
— В письме Гарри неоднократно упоминал «ту ночь»; сказал, что это преследовало его.
Я не уверен, что он имел в виду, только то, что с ней, казалось, случилось что-то особенно плохое, и Гарри обрёл смелость — окольным путём — обратиться к Милтону за помощью. Очевидно, Гарри не мог избавиться от чувства вины за то, что не получил помощи.
Леви наклонил голову.
— Но зачем ему связываться с Мюриэл после стольких лет?
— У женщины, с которой встречался Гарри, есть четырёхлетняя дочь от других отношений. В письме он сказал Мюриэл, что каждый раз, когда маленькая девочка улыбалась, обнимала или смотрела на него с доверием, он чувствовал себя недостойным. Сказал, его убивало, что она доверяла ему защищать себя, считал недостойным этого доверия. Он боялся, что не сможет защитить её, что подведёт, как подвёл Мюриэл в Рамсбруке.
— Тогда он сам был всего лишь ребёнком, — сказал Леви.
— Гарри не думал, что это что-то значит, потому что «той ночью» было то, чего он не мог себе простить. Он не ждал, что Мюриэл простит его, но надеялся, что может наступить время, когда простит; он надеется, что его извинения могут что-то значить.
Танер положил письмо на стол.
— Итак, она бы тогда всё вспомнила. А затем подверглась сексуальному насилию в собственном доме. Во время нападения прошлое и настоящее, вероятно, смешались в сознании; и снова она почувствовала себя слабой, маленькой и беспомощной. Убийство нападавшего, возможно, придало сил, восстановило чувство контроля.
— Возможно, это побудило её пойти за теми, кого считает ответственными за свою боль, — сказал Леви. — Она не могла убить Джайлса или Шепарда — они уже мертвы — поэтому она отправилась за мальчиками из общежития.
— Она убила всех, даже Дейла. — Танер нахмурился. — Означает ли это, что все они в тот или иной момент голосовали за неё, включая и её брата?
Нокса поджал губы.
— Я подозреваю, что да.
— Но он защищал её, — напомнил им Леви.
— Он был напуганным, травмированным ребёнком, — сказал Нокс. — Возможно, он не голосовал за неё. Она могла просто обвинить его, потому что он не остановил насилие.
Танер провёл рукой по лицу, ненавидя мысли о том, что случилось с ними много лет назад. Теперь, когда Девон стала его парой и официально частью Общины, он мог поделиться с ней недавними делами в Рамсбруке. И он видел, как её сердце разрывалось из-за тех бедных детей, которые подверглись насилию. А ещё она согласилась с ним, что Мюриэл могла убивать этих людей.
Танер скрестил руки на груди.
— Девон считает возможным, что убийца может намереваться покончить с собой после завершения «миссии». Убийца понимает, что альтернативный вариант — его выследят, и ты накажешь.
Нокс медленно кивнул.
— Это, безусловно, возможно. Есть надежда, что мы найдём и её, и Формана до того, как всё случится. Я попрошу Ларкин использовать программу распознавания лиц — наша система использует большинство доступных записей с камер видеонаблюдения. У меня нет последней фотографии Формана, но есть одна Мюриэл. Конечно, будет не так уж трудно найти её и…
Голос Предводителя затих, когда разум Девон практически ворвался в его разум, вибрируя от беспокойства.
«Танер, что-то случилось».
Он выбежал из кабинета, спустился по лестнице и прошёл в гостиную. Она стояла посреди комнаты, потирая бледное лицо.
Девон вздрогнула, когда увидела его.
— Прости, я не должна была прерывать встречу. Я действовала инстинктивно…
— Чертовски хорошо, так и должно быть. — Танер схватил её за предплечья. — Теперь скажи мне, что не так.
— Мне только что звонила Джолин. Памела… — Её нижняя губа задрожала, и она сильно прикусила её. — Кто-то отравил её, Танер. Они пытались убить её. Врачи промыли желудок Памелы, и она, кажется, стабильна, но… — Она помолчала, тяжело дыша. — Я должна навестить её.
— Да. И я иду с тобой.
***
Изолятор выглядел почти как любая больница с простыми белыми стенами, флуоресцентным освещением и блестящим кафельным полом. Девон готова была поспорить, что здесь безопаснее, чем в тюрьме штата Сан-Квентин. Им с Танером пришлось задержаться у дверей, пока кто-то набирал долбаный код на панели безопасности, позволяя войти. Попасть в палату или выйти из неё нелегко, и сотрудники службы безопасности постоянно патрулировали длинные коридоры. В дневное время пациенты часто ходили по коридорам. Но обычно их запирали в палатах не позднее семи вечера, поэтому было почти устрашающе тихо, когда они направлялись в отделение интенсивной терапии, где их ждала Джолин. Терпкие запахи отбеливателя и дезинфицирующего средства наполняли воздух, раздражая кошку. Демону не нравилась палата; не нравилось находиться в месте, откуда, как знал, трудно сбежать, если понадобится. Но он никогда не протестовал против того, чтобы Девон навещала Памелу.
Палата была не место для веселья, но для Памелы здесь лучше всего. Джолин однажды провела для Девон экскурсию, уважая её желание знать, что мать находится в безопасном и чистом окружении. Больница огромна. Там были кабинеты психологов, кафетерии, комнаты наблюдения, зоны отдыха и общие комнаты. Девон обычно проводила время с Памелой в зоне посещений, но однажды видела палату матери. Окружение было скудным и печальным, особенно с поддельным окном. Палата была чистой и ухоженной, учитывая обстоятельства. На стенах или полу то тут, то там время от времени были видны вмятины, любезно оставленные пациентами, которым нравилось переворачивать мебель, пускать в ход силу или кидаться дерьмом. Но там не было грязи, плесени или потёртой мебели.
— Девон?
Услышав голос Джолин, Девон обернулась и увидела Предводителя, стоящего на посту медсестры, выглядящей усталой и совершенно взбешённой.
— Ты быстро добралась, — добавила Джолин, подходя к ней.
— Как Памела?
— Стабильно. — Джолин вздохнула. — Её сердце остановилось один раз, но врачи смогли снова запустить.
У Девон
