произносит Серж. — Но поймите и нас, такси ещё не приехало, на улице холодно, моя спутница может замёрзнуть. Давайте мы перейдём в холл.
— Спасибо-спасибо, — рассыпается в благодарностях охранник.
Серж выбегает на улицу и видит, что такси нет. Но Жанна уже естилась в пространство перед гардеробом и стоит там — бессмысленно и никчемно.
Рядом с ними возникает всё тот же охранник.
— Извините, — начинает он всё ту же песню. — Извините, ради Бога, но дело в том, что наша гардеробщица — тоже молодая девушка и ей тоже очень далеко ехать, а сейчас уже поздно, очень-очень поздно… Вы, конечно, меня простите…
— Нет, это вы меня простите, — отвечает Серж, — мне ужасно неловко, и я вам уже надоел, но на улице холодно, а такси всё нет… Можно мы постоим здесь.
Они стоят одетые ещё полчаса, и, наконец, перед ними снова вырастает тот же охранник.
Он, еле сдерживаясь, начинает:
— Извините, пожалуйста…
Но для третьего слова его хладнокровия не хватает и он с чувством говорит:
— Слышь, ты, хуйло, а ну, уёбывай отсюда!..
— Ага! — радостно кричит Серж, и коротким ударом бьёт охранника в лоб.
Но охранник большой, а Серж — человек маленький. Его как-то обхватывают и выносят на улицу. Тогда Серж подбегает к звонку и начинает яростно звонить.
Готовый к отпору охранник открывает дверь, но Серж уже наготове, от рвёт дверь на себя, и тут же толкает обратно. Охранник с грохотом рушится в вестибюль. Тогда торжествующий Серж с тревогой оборачивается к своей спутнице:
— Жа-а-анна! Вам эти люди ничего не сделали?
Выясняется, что Жанны рядом нет. Тогда Серж поворачивается к двери, которую служащие клуба уже успели захлопнуть, и снова начинает давить на кнопку звонка.
Минут десять за дверью нет никакой жизни. Но потом дверь медленно открывается, и Серж повторяет ту же процедуру. Кто-то с глухим звуком падает на пол.
Заглянув в вестибюль, он видит, что там лежит молодая девушка из обслуживающего персонала.
Тем временем Серж пробегает по залам, протяжно и страстно крича "Жанна! Жанна! Жанна!". Добежав до кухни, он спрашивает каких-то людей, не видели ли они девушку по имени Жанна.
Те говорят, что да, видели. И прибавляют, что за ней гонялся охранник, и она спряталась от него в ларь с бельём. Открывают ларь — там никакой Жанны нету.
— Ну у вас и охранник, — замечает Серж.
— Да, у нас безумный охранник! — не перечат ему непонятные люди.
Но Жанны всё равно нигде нету, и Серж через чёрный ход выбегает на улицу и грустный и потерянный, идёт по двору. И вдруг видит Жанну.
— Жанна! Жанна! — кричит он. — Как я рад вас видеть! Всё ли у вас хорошо?
— Да, — отвечает Жанна. — Да, у меня всё хорошо. Но, Серж! Кажется у меня небольшая проблема… Кажется, я в этом клубе забыла свою сумочку.
Они возвращаются ко входу и принимаются снова звонить в дверь. Снова никто не открывает. Серж приезжает туда на следующий день и видит, что клуб закрыт.
18 сентября 2002
История про телевизор
Я начал было рассказывать о всяких ток-шоу. Так вот, самое весёлое в них, что никакого особенного "тока" в них нет. Всё это общественное безумие и суетливое токовище.
Потому как десятки людей там занимаются психотерапевтическим выговариванием и устраивают угрюмую битву малышей в песочнице за микрофон.
Зато сейчас можно сформулировать то, что я придумал сидя на этих разных мероприятиях, но на неизменно неудобных стульях.
Во-первых, постоянно происходит битва не мнений, а определений. Потому как, что такое "массовая культура" (а там разговоры шли сплошь о масскульте) никто не из присутствующих доподлинно не знает. И чем эта культура отличается от "поп-культуры" — тоже никто не может объяснить. И что такое, скажем, коммерческая литература — опять загадка.
Этих определений десятки, но сидящие должны знать, что неверное среди определений только одно — "масскульт" это плохо, элитарная культура — это хорошо.
Вопрос только в качестве. И лучше всех на него ответил тот детективный герой, что собирался жить со скрипачом-любителем в одной квартире.
19 сентября 2002
История про перетекание
Есть и другое обстоятельство — массовая культура постоянно перетекает в элитарную и наоборот. Например, одна и та же бетховенская мелодия в консерватории выполняет одну функцию, а в мобильном телефоне другую. (А скоро мобильные телефоны будут исполнять музыку на уровне хороших аудиоцентров). Джаз сначала был массовой культурой, а сейчас хрен вам, не будет его слушать современная негритянская и прочая беднота. Это уже музыка
элиты.
19 сентября 2002
История про Мирзоева, рассказанная Сержом
Жил-был певец. Он взял у бандитов десять тысяч иностранных денег, потратил их на что-то бессмысленное — на что и сам не помнил. Помнил только, что сшил себе голубой пиджак с люрексом.
Но время длилось, и он, наконец, понял, что отдать долги не в силах. Тогда певец решил переметнуться к знаменитому человеку Мирзоеву, назовём его так. Потому как имена, фамилии, а так же структура акцента в этой истории совершенно неважны.
К певцу пришли за деньгами, и он ответил, что все вопросы переведены на Мирзоева. Что ж, бывало и такое. Тогда кредиторы пришли к Мирзоеву. Они немного трусили, но дело их было правое.
— Сколько он вам должен? — первым делом спросил Мирзоев, да так, будто не знал этого раньше.
Те ответили, что десять тысяч.
— Шамиль, мальчик мой, — сказал Мирзоев, — открой сейф.
Здоровенный громила открыл сейф и всем стало видно, что он до отказа забит зелёными американскими деньгами. Люди, пришедшие за деньгами невольно привстали со стульев и протянули свои ручонки к своему и чужому богатству.
— Слушай, подожди, да? — остановил их Мирзоев.
Кредиторы замерли. Их руки зависли бессмысленно, как гипсовые конечности садово-парковых пионеров.
Обращаясь к старшему из гостей, Мирзоев произнёс:
— Подожди, я сейчас тебе один история расскажу. Вот у тебя, скажем, был женщина. Ты его в ресторан водил, торт покупал, мороженное ей покупа-а-ал, шубу покупа-а-л… Вы год жили счастливо, потом он от тебя ушёл. Ушёл к уважаемый человек. Может такое быть, да?
Кредиторы с глухим стуком закивали головами, роняя их на грудь.
— Так вот. Женщина ушёл к уважаемый человек. И ты приходишь к нему и говоришь: "Я с этой женщиной год жил, мороженное ей покупа-а-ал, шубу покупа-а-ал, вот тебе, уважаемый человек, чек из магазина раз, чек из магазина два, вот тебе ещё чек. Заплати мне? Да? Ты, конечно, прав будешь…
