– Я не смог тебя убить! Беги, валькирия! – сказал он, глядя в сторону.
Ирка благодарно коснулась его щеки. Меф удивленно отпрянул, точно ладонь ее была раскаленной.
– Что ты делаешь, валькирия? Ты в своем уме? Телепортируй, живо!
– Нет. Я не умею телепортировать. И не хочу! – сказала Ирка.
Голос у нее дрожал. Не ошиблась! Глаза заволокло счастливым туманом, отчего зрение стало отрывистым и цветным, точно разбившаяся радуга. Глядя на ее лицо, Меф с изумлением подумал, что у нее не все дома.
Он не стал настаивать.
– Жалко, что не можешь... Тогда спасайся как-то иначе. Сейчас здесь будет жарковато.
Меф подпрыгнул и ловко перерубил мечом сук, на котором висел Антигон. Домовой кикимор грузно шлепнулся на землю и, не растерявшись, быстро побежал на четвереньках за своей булавой. Спустя несколько секунд он уже вновь потрясал ею, угрожая ведьмам.
– Эй вы! А ну, выходи получать по кумполу в порядке нестрогой очереди!.. Прости меня, Осляев, что хорошо о тебе отзывался! Ты отвратительный, очень негодяистый гад! – виновато крикнул он Мефу.
Полуночные ведьмы уже оправились от удивления.
– Ты обманул нас-с-с, нас-с-следник! Ты ум-реш-шь! И твоя валькирия умрет! Ваш-ши кости будут в чане вмес-с-сте! – слышались голоса.
Ведьмы подползали со всех сторон. На их жидких перстнях, созревая, набухали искры. Мерзкая мегера Жыржа, словно дубиной, размахивала отрубленной рукой, пальцы которой то сжимались, то разжимались.
Мефодий знал, что ни он, ни валькирия не сумеют отразить одиннадцать искр разом. Не ожидая, пока искры превратят их в два обугленных трупа, он ринулся с мечом в гущу ведьм, нанося яростные удары. Краем глаза он увидел, как Байтуй направляет на него перстень. В тот же миг валькирия-одиночка зачем-то взмахнула пустой рукой, в которой что-то вспыхнуло. Воздух рассекла золотистая черта, и ведьма покатилась по траве, вцепившись руками в древко копья. Край его наконечника уже торчал у нее из спины.
«Так просто! Почему же меня она щадила?» – растерялся Меф. Однако задавать вопросы было не время. Клинком он отразил следующую искру и ответным рубящим ударом оставил Юльт без ступни. Да, это был успех, но успех кратковременный. Разъяренные ведьмы бросались, точно фурии. Покалеченные Юльт и Жыржа дрались ничуть не хуже остальных. Для одной только Байтуй, встретившейся с копьем валькирии, сражение закончилось. Однако пока тело ведьмы не стало глиной, Ирка не могла выдернуть глубоко вошедшее копье и отступала, безоружная, преследуемая тремя ведьмами. Меф вот-вот должен был исчезнуть под грузом навалившихся на него дряблых тел.
Вот уже оглушенный Антигон отлетел в кустарник. Вот нагрудник Ирки прогнулся от двух разом попавших в него искр. Пущенная вскользь искра опалила Мефодию волосы, отозвавшись в них болью и прочертив на щеке рубец ожога. Возможно, тут бы все и закончилось, но яркий столб света ударил вдруг в старый клен.
Уйреань, старшая из ведьм, тревожно вскинула голову и что-то закричала, показывая наверх. Никогда еще охотник так скоро не превращался в беспомощную дичь. Полуночные ведьмы увлеклись. Им стоило бы выставить стража. Однако, спеша расправиться с юной валькирией, они проявили излишнюю самонадеянность. Теперь же было поздно. Их судьба решилась.
Валькирий недаром называли гвардией света. Они посыпались сверху, точно огненные кометы. Схватка завершилась, едва успев начаться. Одиннадцать копий пронизали воздух стремительнее солнечных лучей. Множество бесшумных молний сверкнули в потемневшем небе над парком. Пять копий нашли свою цель сразу. Еще три после повторного броска, когда уцелевшие ведьмы бросились врассыпную.
Скрыться удалось лишь двоим. Опытная старуха Уйреань после первого града копий предусмотрительно притворилась мертвой. Затем вскочила и, выпустив в ринувшуюся на нее Таамаг искру, мгновенно телепортировала. Второй спасшейся ведьмой была Дадаба. Сонное копье Бэтлы лишь зацепило ей руку у локтя. Придерживая раненую руку, мешавшую ей телепортировать, Дадаба отползла за дерево и скрылась в одной из заранее прорытых нор. Искать полуночную ведьму в Нижнем Мире никто не стал.
Поняв, что все кончено, Мефодий опустил меч. Сверкающий клинок, точно жиром, был облеплен гнилой плотью ведьм. Спеша избавиться от нее, меч брезгливо встряхивался, точно мокрая собака.
Однако торжествовать было рано. Это Буслаеву стало ясно, когда он поднял голову и увидел устремленные на него глаза валькирий. В них было такое испепеляющее презрение, что впору было пойти куда подальше и втихую удавиться на осине. Копья, недавно поразившие ведьм, теперь были нацелены на Мефодия.
Буслаеву ясно представилось, что сейчас ему придется сражаться с валькириями. Только едва ли этот бой станет для него таким же удачным. Чудеса потому и чудеса, что случаются скорее как исключения. И даже если предположить, что можно дважды зайти в одну воду, то сделать это трижды не удастся никому.
Ирка, не хуже Буслаева сообразившая, какое развитие может получить ситуация, на всякий случай придвинулась поближе к Мефу. Это не осталось незамеченным.
– Ну и дела! Я вижу, эти двое не слишком торопятся убивать друг друга! – откинув назад волосы, с насмешкой воскликнула Хаара.
– Почему вы не сражаетесь? Только смерть одного из вас поставит точку в дуэли! – настойчиво прогудела Таамаг.
Антигон подпрыгнул от гнева и так посмотрел на ногу большой валькирии, словно хотел расплющить ей ступню булавой.
– Эй ты, особо крупная особа! Я хочу тебе кое-что сказать! – крикнул он.
Таамаг опустила глаза, пытаясь сообразить, кто с ней разговаривает.
– А, это ты! Ну... слушаю...
– Вы... вы... даже не могу подобрать слов... хорошая, умная, замечательная женщина! Вот! – выпалил Антигон с вызовом.
«Ого! Мерзкая, тупая, отвратительная! Это уже перебор!» – привычно перевела Ирка.
Однако Таамаг была далека от магического языкознания и не знала особенностей кикиморского языка. В результате она вначале удивилась, а затем приятно порозовела.
– Ну что ты? Стоит ли об этом упоминать? – застенчиво пробасила она.
– А еще ты добрая и красивая! – сказал Антигон завершающим аккордом.
Таамаг все еще с недоумением разглядывала его, когда послышался знакомый треск мотора и, петляя между деревьями, к ним подъехал Эссиорх.
– Грязь жуткая... сколько земли налипло! – вместо приветствия сказал он, разглядывая заднее колесо мотоцикла.
– Между прочим, мог бы явиться и раньше. Двум ведьмам удалось уйти! Эти бестии скрываются очень быстро, – недовольно сказала Бармия, валькирия бронзового копья.
Эссиорх заглушил мотор, однако грохочущее эхо долго еще бродило по парку и коробкам окрестных домов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
