Да, ревнивых мавров хватает во всех мирах. Странно другое, Хек очень не хочет давать магическую клятву. Ничего не говорит, но тут и слов не надо — зеленокожий задумался не на шутку. Это дает кое-какую пищу для размышлений.
— Ты уже заключал магические сделки? — спросил я.
Гоблин хмыкнул и оттянул рукав своего наряда, показывая нанесенный на зеленую кожу предплечья правой руки рисунок — двух переплетающихся красных змей.
— Ран- дил — пожизненная служба, служба до смерти. — невесело ухмыльнулся он.
— Несложно догадаться, кому дана клятва. — внимательно изучив знак, сказала волшебница. — И понятно, почему ты не горишь желанием давать еще одну.
— Но мы не хотим от тебя пожизненной клятвы. — продолжил я. — Всего- то помощь и сопровождение к границам Великого Леса. И всё — дальше иди куда хочешь, нам твоя смерть ни к чему.
— Хе- хе… Ясно. Раз так, то и вам придется принести мне клятву. — уже более жизнерадостно оскалился зеленокожий. — Я рисковать не хочу, вы уж извините.
Теперь пришла наша с Джу очередь хмуро морщиться — мы надеялись, что Хек не знает о возможности обоюдной клятвы. Как я и думал, он еще тот хитрый гад, своего не упустит. Хорошо, что и этот вариант развития событий мы учли, решив, что если все делать правильно и четко — наша часть договора быстро закончится.
— Ладно, давай говори текст, нам нужно услышать его до заключения клятвы. — помолчав, обратился к гоблину я. Тянуть время не было смысла, все равно это не изменит того факта, что нужно заключать клятву. Вот резко понизить наши шансы на ее выполнение может порядочно.
Кто знает, в какой момент хозяин Хека потеряет для похитителей ценность?
Кроме того, по полянке уже во всю стелиться очень неприятный запах человеческой плоти, почти час пролежавшей на солнышке. Нет, обычному трупу это мало бы повредило (час это все же не день, а жара тут не то, чтобы невыносимая), но проблема в том, что мертвецы эти умерли давно, и как я понял, единственное, что удерживало их от разложения это магия. Та самая, которая благополучно улетучилась, как только я продырявил каждому зомби голову.
— Я все еще не знаю ваших имен. — напомнил зеленокожий.
— Мы не будем использовать имена, слишком… Рискованно. — осторожно ответила Джу. — Мы обратимся к Духу Договора и скрепим сделку кровью.
Как мне объяснила волшебница, использование истинного имени в клятвах это очень серьезное занятие, которое может вылезти боком. Даже клятвы на крови более безопасны. Джу сказала, что объяснять все подробно времени не оберешься, но коротко ответила, что истинное имя, то есть, данное при рождении, имеет над любым существом огромную силу.
Слишком большую, чтобы вплетать его в клятвы с хладнокровными духами.
— Ну, как хотите. — пожал плечами гоблин и на мгновение задумавшись, протараторил: — Я клянусь своей кровью и кровью своих предков сделать все возможное, чтобы эти маг-жа добрались до эльфийских границ живыми, всячески помогать им и не делом, ни бездействием не причинить им вреда по мере своих сил.
Я даже удивился такой прыти — видимо, он уже давно подготовил текст. По совету волшебницы, я мысленно покрутил в голове клятву и так и эдак, стараясь найти в ней какой-то подвох. Таковых на первый взгляд не было, вот только меня не порадовали слова о доставке к границам "живыми".
А где же "здоровыми"?
Видимо Джу этот момент тоже не понравился, но она меня опередила промолвив:
— Добавь к "живыми" еще "здоровыми и целыми".
— Не пойдет. Нести ответ перед духами из-за того, что вы соплями истекаете или еще чего я не буду. — покачал головой зеленокожий. — Сказал же, что буду следить, чтобы вас не покромсали на куски. И все, большего не просите. Ваша очередь.
В каркающем голосе Хека проступила сталь, на уступки в этом вопросе он идти не хотел. Джу вопросительно посмотрел на меня, я лишь пожал плечами и кивнул. По-моему — неплохая клятва. По крайней мере, если нас и убьют, то только доставив к границе Великого Леса.
— Клянусь своей кровью, что помогу вытащить из плена хозяина этого гоблина, некоего Оркхая и проследить, чтобы он в безопасности добрался до границ гуры Грарх. — почти что нараспев произнес я.
После продолжительного спора мне таки удалось уговорить волшебницу, чтобы клятву заключал именно я. Клятвы мне заключать не впервой — я в любом случае выкручусь, а вот Джу…
Нет, лучше не рисковать своим билетом прочь из этого мира.
— Неплохо, давайте руки. — мгновение обдумав текст моей клятвы, протянул свою пятерню гоблин.
Закатывая рукав, я лишь хмуро ему улыбнулся и сказал:
— Клятву приношу только один я.
Гоблин опять задумался. Чем дальше, тем больше он меня удивляет — не нервничает, не спешит с решениями, все обдумывает. Другой бы на его месте сразу начал кричать, что так не пойдет, так не честно и все такое… Он хитрее и умнее некоторых людей, а это в некотором роде достойно уважения.
— Ладно, маг-жа. Мне без вас путь в могилу, некуда отступать, и нет времени хитрить. По рукам. — оскалившись, наконец произнес зеленокожий ухватив меня костлявой ладонью левой руки за предплечье.
Я немного опешил, от такого молниеносного захвата, но быстро пришел в себя и в ответ сомкнул ладонь вокруг его предплечья. Джу уже объяснила мне в чем суть ритуала и как все нужно дела, а то, что Хек с ним знаком еще больше облегчает дело.
— Готовы? — спросила девушка.
— Хай- йе. — ухмыльнулся гоблин, глядя мне в глаза.
— Типа того.
Кивнув, волшебница сделала несколько мистических, но не вызвавших никакого эффекта пассов над нашими руками. Вытащив из ножен на поясе короткий кривой нож, девушка оставила неглубокие порезы на наших предплечьях. Сочащаяся из ран кровь тут же смешалась.
— Клятвы. — скомандовала Джу.
Мы с Хеком по очереди произнесли все те же клятвы. Волшебница на мгновение прищурилась, потом шумно выдохнула и, хрустнув пальцами, произнесла:
— Всё. Можем приступать к исполнению нашей части.
И опять я попадаю впросак. Никакой тебе громов и молний — пара пассов, громкий выдох и все. Удручающе неэффектная магия.
Хек отпустил мою руку и я, немного промедлив, сделал то же самое. О, вот и немного магии — у меня на предплечье, там, где лежала ладонь гоблина, остался темно- красный знак в виде рукопожатия. Совсем небольшой, размером с монету, он ничем не отличался от простой татуировки.
— Черт, никогда не любил татуировки… — с сожалением произнес я, скрывая знак под рукавами рубашки и куртки, а потом и плаща. Царапина на руке меня беспокоила мало — кровь уже начала подсыхать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
