В эту ночь никто из них ни слова не сказал о дельфинах…
Сержант Тед Фарроу, на долю которого выпало проводить большую часть своего времени в опущенном в океанскую пучину стальном шаре, подобно Финли также от души радовался отпуску, но, в отличие от него, не терял головы. Он уже второй раз проводил отпуск в Гонолулу и считал, что тот, кто дни и ночи напролет на огромной глубине слушает самые разнообразные шумы, заслуживает доброго к себе отношения.
Стоило Теду впервые съездить в бухту Ваймеа, где бушуют самые высокие волны на Гавайях и на них можно взлетать чуть ли не под небеса, как ему сразу повезло. В Пупукеа-Бич-парк он познакомился с Юмаханой.
Двадцатилетняя дочь бедного рыбака из Махуки продавала здесь четыре разных сорта мороженого. В белом халатике, с заколотыми на затылке иссиня-черными волосами и орхидеей за ухом она выглядела весьма привлекательно, а взгляд ее огромных, круглыхкарих глаз был еще настолько по-детски наивен, что Тед Фарроу сразу же почувствовал неукротимое желание защитить ее от своих бессердечных коллег из армии и флота.
Стиснув зубы, Тед наблюдал, как Юмахана с трудом катила ящик со льдом по усыпанной песком и гравием земле, осторожно обходя загоравших курортников, как многие из них делали ей совершенно недвусмысленные предложения, кричали ей вслед непристойные замечания или даже нагло пытались ущипнуть ее.
Наконец он не выдержал, выпрыгнул из шезлонга и неторопливой походкой направился к девушке. В этот момент какой-то моряк загородил ей дорогу и, размахивая у ее лица стодолларовой банкнотой, предложил:
– Я покупаю весь твой товар! – Моряк улыбался во весь рот. – Весь! Если ты сходишь со мной в кусты…
Тед Фарроу подошел к нему, неторопливо взял у него банкноту, смачно плюнул на нее и с размаху налепил ее моряку на глаза. Тот сразу же выбросил вперед мощный кулак и попал в пустоту, он плохо знал Фарроу. Тед владел приемами кун-фу и умел отразить любое нападение. Он мгновенно ушел в сторону, подпрыгнул, и от страшного удара пяткой в грудь моряка отбросило на несколько метров. Он рухнул на землю и стал жадно хватать ртом воздух.
– Лежи спокойно, парень, – процедил сквозь зубы Фарроу, когда тот попытался было встать. – Вторым ударом я поверну тебя затылком к себе, а после третьего – ты сумеешь сам себя за задницу укусить.
Его противник предпочел не экспериментировать. Он отполз в сторону, кое-как поднялся и заковылял к стоявшей неподалеку группе моряков.
– Не стоило вам этого делать, сэр, – еле слышно пробормотала девушка. – Они могут вас изувечить. Как можно скорее уходите отсюда.
– Во-первых, я не сэр, а Тед Фарроу, во-вторых, я не боюсь, а в-третьих, я просто счастлив оттого, что ты так беспокоишься обо мне. Как тебя зовут?
– Юмахана… сэр… Тед!., беги! Они идут сюда!
Фарроу повернулся. Со стороны пляжа к ним с решительным видом приближались пятеро крепких парней. В середине, сжимая в кулаке стодолларовую банкноту, тяжело переставляя ноги, шел уже знакомый им моряк. Они все шли набычившись, втянув в широкие плечи стриженные под «ноль» головы, и взгляды их не предвещали ничего хорошего.
– Спокойно, Юмахана, – улыбаясь, сказал Фарроу. – В худшем случае приложу твое мороженое к синякам и шишкам. – Он еще раз весело улыбнулся. – Ты хоть раз видела, как пятерых человек связывают толстым морским узлом? Это довольно просто.
Пятеро приблизились к нему, встали полукругом, а затем подошли к Фарроу чуть ли не вплотную.
– Сейчас мы тебя об стенку размажем, – негромко произнес тот, с кем ему уже довелось сталкиваться. – Видел когда-нибудь раздавленного дождевого червя? Через две минуты ты будешь похож на него.
Фарроу кивнул и вдруг, оторвавшись от земли, отлетел чуть назад и со всей силой ударил ногами первого из нападавших. Падая, тот сбил стоявшего рядом с ним моряка, и, прежде чем двое остальных успели опомниться, Фарроу ударил их ребрами ладоней по головам. Моряк, которому уже один раз довелось почувствовать на себе крепость его удара, стоял, оцепенев и выпучив глаза от ужаса.
– Бог мой, ну и глупый у тебя вид! – сказал Фарроу, испытывая в этот момент неизъяснимое наслаждение. – Сейчас у тебя будет другое лицо.
Он со страшной силой ударил матроса по щекам и, когда тот отлетел на несколько метров, провел серию двойных ударов по лицу. Последний удар пришелся точно в подбородок. Моряк плашмя упал на землю и больше не двигался.
– Пошли, Юмахана, – спокойно сказал Тед. – Здесь нам больше делать нечего. Местные клиенты неплатежеспособны.
Он схватился за кожаные ремни и поволок тележку дальше по пляжу, Юмахана шла за ним, то и дело оглядываясь, но ни один из моряков не гнался за ними. Метров через сто Фарроу остановился возле группы любителей сёрфинга.
– А теперь двойную порцию за два доллара, – весело улыбаясь, сказал он. – Лично для меня! Шоколад, фисташки, маракуйя – сегодня у меня замечательный день, девочка!
Так Тед познакомился с Юмаханой. Вечером он сидел с ее родителями в крытой пальмовыми листьями хижине, с удовольствием ел жареную рыбу и пил холодное пиво. После ужина старики молча встали и ушли к соседям. Они сочли, что их дочь взрослый человек и сама отвечает за свои поступки.
Впервые за много лет Тед Фарроу испытал чувство смущения. Он посмотрел в огромные, испуганные глаза девушки и покачал головой.
– Нет, девочка моя, не надо! Не нужно со мной так расплачиваться. Проклятье, я очень хочу тебя, но только не так! Слушай, если я тебе не нравлюсь, открой дверь. И я тут же уйду.
Юмахана молча кивнула в ответ, встала с низкой скамейки, подошла к двери и заперла ее на засов. Затем она приблизилась к Фарроу, встала на колени и прижалась головой к его животу.
С этого часа жизнь сержанта Фарроу полностью изменилась. Он теперь совершенно точно знал свое будущее. По окончании проводимых на Уэйке экспериментов он придет к родителям Юмаханы и скажет им: «Я хочу жениться на Юме. Нет-нет, я не шучу. Я люблю ее! И не хочу, чтобы она всю жизнь продавала мороженое, а наглые, похотливые парни приставали к ней. Я знаю, вы бедны, и тут уж ничего не поделаешь, но вы дали жизнь ангелу, и за это я вам буду вечно благодарен. Я еще не знаю, куда меня направят – назад ли в Сан-Диего или на какой-нибудь другой атолл в этом проклятом богом Тихом океане. Может, меня даже ждет старушка Европа… Ну и что? Везде и всюду Юмахана будет со мной, ведь она моя жена!»
Вот о чем мечтал Тед в объятиях Юмаханы. Ее родители приносили им свежую рыбу и крабов, варил очень вкусные рыбные супы, жарили на камнях мясо и от всей души радовались за свою красавицу дочь.
Ее жених – сержант военно-морского флота! Какое счастье выпало им! И если он действительно женится на Юмахане, то можно будет уже не беспокоиться за нее.
