Но ты — дракон! Ты неуязвим! Ты можешь бросить вызов Ланчетто, и Неро, и герцогине!
— Будь я хоть трижды дракон, — отрезвил меня Тристан, — за ними — сила. Армия, горожане, на их стороне закон и король Рихард. Ланчетто — его старший племянник, не забывай. Законный сын его брата, а я — всего лишь бастард.
— Все изменится, когда король Рихард узнает, что ты — тоже дракон. Он мечтает, чтобы было много драконов. Он прислушается к тебе, даст тебе титул…
— И отберет тебя! — воскликнул Тристан и схватил меня за плечи, сильно встряхнув. — Очень тебя прошу, не говори никому о моей драконьей сущности, и о том, что я вижу — тоже не говори.
— Но почему?!
— Если король узнает, что я — дракон, — лицо Тристана скривилось, будто он съел лимон вместо жареного абелона, — то заставит жениться на какой-нибудь принцессе и набрать конкубин, чтобы попытаться наплодить новых драконов. А я не хочу никого кроме тебя…
Мы долго сидели обнявшись, как будто нам уже предстояло разлучиться. Я думала о том, как изменится жизнь Тристана, если король узнает правду. Король подозревал, что с его племянником что-то не так. Подозревал, надеялся, поэтому и отправил меня шпионить. Если я расскажу тайну Тристана, получается, успешно выполню свою миссию. Король будет рад тому, что род драконов пополнился, а я… я могу получить лавандовые поля и золото. Только нужны ли они мне теперь?
— Завтра нам надо будет вернуться, — шепнул Тристан. — Иначе такое долгое отсутствие покажется подозрительным.
— И опять притворяться? — спросила я тоскливо. — Опять будешь сжигать себе глаза, терпеть боль, терпеть насмешки…
— Зато я буду с тобой, и я буду любить тебя, и ты… ты тоже? — последние слова он произнес неуверенно, как будто не верил тому, что случилось.
Сердце мое переполнилось любовью и нежностью.
— Мне не нужен никто, кроме тебя, — сказала я. — И я всегда буду с тобой.
— Это главное, — ответил он и осторожно уложил меня на песок, склоняясь надо мной. — А теперь поцелуй меня и забудь все, о чем мы с тобой говорили…
В дом на скале мы вернулись глубокой ночью, и Тристан на руках поднял меня по каменной лестнице и занес в дом.
— Теперь ты — моя жена, что бы ни случилось, — сказал он, опуская меня на пол за порогом. — А жену полагается вносить в дом мужа на руках.
— Жена? — я не смогла удержаться от смеха. — Но мы не венчались!
— Нас повенчало море, — ответил он очень поэтично, — и небо, и закатное солнце, и ветер.
— Хорошо, — я привстала на цыпочки, целуя его в губы. — А теперь я возьму простынь и оправлюсь принять ванну. Я быстро, ты даже не успеешь соскучиться.
Я заглянула в свою комнату, чтобы и в самом деле забрать простынь, а потом и в самом деле отправилась в каменный бассейн, чтобы смыть с тела морскую соль. В комнате Тристана горела свеча, и я видела тень, мелькавшую в окне — он расстилал постель и ждал меня. Что ж, я не заставлю его долго ждать.
Еще раз воровато оглянувшись, я вытащила из складок простыни алый шарф и завязала его на ветке сосны, расправив края. Король Рихард увидит — и появится, и Тристану вовсе не надо знать об этом.
На следующее утро шарф исчез.
Тристан купался в бассейне, принимая утреннюю ванну, а я, уже искупавшись, в замешательстве топталась перед сосной, соображая — мог ли ветер унести шарф.
— Эй, Лален! — услышала я сиплый голос и вздрогнула от страха и неожиданности. — Подойди к обрыву, — раздался приказ, и я не посмела ослушаться, потому что голос принадлежал королю Рихарду.
Я приблизилась к самому краю скалы и глянула вниз. Прямо подо мной, чудом удерживаясь на почти отвесной стене, сидел король Рихард. Разумеется, совершенно голый.
— Вы бы прикрылись, ваше величество, — сказала я, отводя глаза.
— Чем? Лопушком? — переспросил он. — Переходи к делу. Что ты узнала?
Стараясь говорить быстро и кратко, я пересказала королю историю с Бьянкой, что она не виновата в смерти герцога Парсифаля, что она сама стала жертвой заговора, и главные убийцы — вдовствующая герцогиня и ее любовник, Неро Доруа.
— Ты уверена? — спросил король мрачно.
— Как в собственном имени, — ответила я.
— А мой племянник? — последовал новый вопрос. — Ты вызнала что-нибудь о нём?
Сердце мое болезненно сжалось. Несомненно, короля уже не особо занимали убийства десятилетней давности, его интересовал Тристан…
«Если узнает король, то заставит жениться на какой-нибудь принцессе и набрать конкубин…» — как наяву услышала я голос Тристана.
И сказала, стараясь говорить как можно спокойнее:
— Лорд Тристан — несчастный человек, ваше величество. Он ослеп, но остался жив. Не вините госпожу Бьянку, она пыталась защитить сына, посчитав, что лучше быть слепым, но живым, чем мертвым
Лицо короля выразило такое разочарование, что я мысленно позлорадствовала. Нет, ваше величество, Тристан будет только моим, и вы его не получите.
— Вы возобновите дознание по делу смерти герцога? — спросила я. — Виновные должны быть наказаны! Кровь вашего родственника требует отмщения!
«И кровь матери вашего племянника, если люди хоть что-то для вас значат», — добавила я про себя.
Ветер качнул качели, и мне показалось это добрым знаком — как будто Бьянка встала рядом со мной, требуя справедливости.
— Я отправил тебя разузнать кое-что о мальчишке, а ты раскопала змеиную яму! — прошипел сквозь зубы король. — У тебя есть доказательства их вины?
— Нет, — признала я.
Именно об этом говорил Тристан — нет доказательств, никто не станет меня слушать…
— А раз нет доказательств, то смысл сотрясать воздух? — король был зол и недоволен.
Качели снова качнулись туда-сюда, и я взялась за подвесные цепи. Металл приятно холодил кожу, и я внезапно успокоилась, как будто кто-то шепнул мне, что все получится.
— Доказательств нет, — сказала я медленно. — Но я могу кое-что предъявить убийцам.
— Что же?
— Возобновите дознание, — я твердо посмотрела на короля сверху вниз, и он забористо выругался сквозь зубы.
— Что ты задумала, Лален?
— Скажу только на суде, — заявила я. — В лицо убийцам.
— Тогда уже собирайте и войско, и народ, — раздался голос Тристана. — И совет лордов, если уже решили объявить об этом.
Я не услышала, как он подошел, и ахнула, заметавшись.
— Зачем ты все рассказала? — мягко упрекнул меня Тристан.
— А ты бы и дальше молчал, как устрица! — вскипел король.
— Потому что знал, что правду никто не услышит.
Тристан стоял за деревом, опасаясь показаться королю на глаза, и я кивнула ему, давая понять, что он действует правильно.
— Отличная идея
