— Ах, Югетта! Прекрасную картину вы нарисовали!.. Так бы и остался у вас навсегда!
— Как я была бы счастлива! — воскликнула хозяйка. — Господи, да вы и сами все прекрасно понимаете!
И Югетта вздохнула и покраснела.
— Понимаю, — улыбнулся шевалье. — Вы не просто прекрасная хозяйка, у вас, к тому же, золотое сердечко. Вы воистину очаровательны, милая Югетта. А кстати, знаете, ведь у вас поэтическая душа!
— У меня?
— Конечно! Вы так поэтично описали картину зимнего вечера! Даже я, старый волк, и то растрогался! Ах, Югетта, поверьте, вы тронули мою душу, так что, боюсь, я теперь не засну. К тому же мне будет очень тяжело покинуть вас и завтра утром вновь оседлать коня!..
— Завтра утром, — упавшим голосом повторила Югетта, опустив глаза и бледнея.
— Да, в семь утра я должен быть в Сен-Дени… Мне взбрело в голову посетить усыпальницу королей Франции.
— Господин шевалье, вы меня обманули! — обиженно воскликнула Югетта, и глаза ее наполнились слезами. — А я уж и вправду поверила… я так надеялась… а вы опять собираетесь в дорогу!
— Правда, дитя мое, правда… — вздохнул шевалье, — но, поверьте, я должен ехать. На карту поставлена моя честь… и, кроме того, я должен рассчитаться с долгами… это очень давние долги… Но я надеюсь, что надолго не задержусь. А потом… если я вернусь… если ничего со мной не случится… и если мне захочется отдохнуть, заверяю вас, я поеду прямиком в гостиницу «У ворожеи» и, не стану искать другого пристанища. Вы прекрасно знаете, Югетта, что теперь у меня никого в мире не осталось, кроме вас. И я люблю эту гостиницу… Здесь я провел молодые годы, здесь все напоминает мне о прошлом… Здесь жил мой отец, и здесь я встретил… Впрочем, что-то я становлюсь сентиментален. Нарисованная вами картина совсем очаровала меня, но тем не менее завтра в шесть утра я должен встать…
— Спокойной ночи, господин шевалье! — грустно произнесла Югетта.
— Спокойной ночи, хозяюшка! — стараясь казаться веселым, ответил шевалье.
Через несколько минут Пардальян уже спокойно спал. Перед тем как сомкнуть глаза, он с удовольствием подумал о заботливой Югетте — его разбудят ровно в шесть, накормят завтраком, конь его будет уже вычищен, дорожная одежда приготовлена. Останется только прицепить к поясу шпагу — и в путь!..
В шесть утра явилась служанка и разбудила Пардальяна. Он сходил на конюшню, оседлал лошадь, потом позавтракал паштетом и вином. После этого шевалье распрощался с Югеттой, пытаясь убедить безутешную хозяйку, что, когда состарится, обязательно вернется в гостиницу «У ворожеи» греться у камелька.
…Пардальян вскочил в седло и умчался, а Югетта еще долго стояла на пороге и смотрела ему вслед.
— Увижу ли я его еще когда-нибудь? — вздохнула прекрасная вдовушка, возвращаясь в зал гостиницы.
В восьмом часу шевалье прибыл к базилике Сен-Дени, оставил лошадь у коновязи и, чтобы его не приметили, зашел в первый попавшийся кабачок. Он расположился за столом у окна и принялся внимательно следить за дорогой.
В полвосьмого появился всадник, скакавший со стороны Парижа. Это был высокий мужчина, хорошо вооруженный, по виду — дворянин. Пардальян тотчас же узнал в нем того самого слугу, которому Фауста передала письмо, адресованное Александру Фарнезе. Всадник спешился и зашел в соседний с трактиром дом. Пробыл он там не более получаса, потом вышел, сел на коня и помчался по парижской дороге.
«Отлично, — подумал шевалье, — письмо в руках у посланца Фаусты. А теперь подождем, пока появится сам этот посланец собственной персоной».
Через десять минут ворота соседнего дома распахнулись, и на улицу выехал какой-то человек. Он двинулся по дороге на Даммартен и миновал тот трактир, у окна которого сидел Пардальян. Шевалье тотчас же выбежал из кабачка, отвязал коня, взлетел в седло и последовал за всадником, не приближаясь, однако, к нему.
«Посланец, конечно, направляется в Дюнкерк, — думал шевалье, — Фауста назвала его графом. Что это еще за граф?.. Хотел бы я знать, как его зовут… Впрочем, к чему? Обойдусь и без имени!»
Всадник пустил коня рысью, и шевалье последовал его примеру, по-прежнему держась в некотором отдалении. Похоже, посланец Фаусты не очень-то торопился. На разбитой дороге, среди рытвин и ухабов, он и вовсе перешел на шаг. Вот тут-то он, видимо, и заметил, что за ним следят, однако не стал погонять коня, а, наоборот, остановился. Остановился и Пардальян. Всадник помчался галопом, потом попридержал лошадь и заставил ее идти рысью. То же проделал и шевалье. Таким образом, посланец Фаусты окончательно убедился в том, что его преследуют.
Он не стал останавливаться в Даммартене, а поехал прямиком в Санлис. В Санлисе неизвестный граф зашел в старинный трактир «Бочка Вакха». Пардальян оказался там минуты через две. Посланец пообедал в большом зале — шевалье утолял голод за соседним столом. Потом посланец удалился к себе, громко приказав слуге разбудить его в восемь утра.
«Прекрасно! — подумал шевалье. — Голову даю на отсечение, что этот хитрец вскочит в пять!»
Отправляясь в свою комнату, шевалье велел приготовить коня к пяти утра. Перед сном Пардальян долго размышлял о происходящем, пытаясь понять, зачем, в сущности, он едет за графом?
— Чтобы забрать письмо, адресованное Фарнезе… Зачем же еще? — ответил Пардальян самому себе.
Да, но как же это сделать?.. Самое простое — это вызвать графа на дуэль и убить его… Нет, слишком просто… К тому же шевалье не хотел ни за что ни про что убивать или ранить совершенно незнакомого человека, который не причинил ему никакого зла. Но письмо, как же забрать письмо?
— Придумаю что-нибудь! — решил в конце концов шевалье. — Например, подойду к этому дворянину, раскланяюсь, сниму шляпу и скажу: «Сударь, будьте так любезны, вручите мне письмо, адресованное лично генералу Фарнезе. Клянусь, мне оно очень нужно. Век буду вам благодарен за оказанную услугу!» Главное при этом — приятно улыбаться… И посмотрим, сможет ли он мне отказать!..
Пардальян заснул и проспал до пяти утра. Разбудил его гостиничный слуга. Шевалье встал и первым делом выглянул на улицу. Одеваясь, он ни на минуту не терял из виду тот кусок дороги, что был виден из окна.
Но посланец Фаусты так и не появился.
— Неужели я ошибся, и он собирается проспать до восьми? — удивился шевалье.
В семь часов Пардальян позвал хозяина.
— Надеюсь, вы не забудете разбудить в восемь того достойного дворянина? — спросил шевалье.
— Какого дворянина?
— Да того, что приехал вчера чуть раньше меня. Нам ехать в одну сторону, и я бы с удовольствием отправился вместе с ним. а то одному скучно… А он, кажется, милый человек и приятный собеседник.
