не было ничего, — и терминал, и кресла исчезли.
— А. Ну, я так и знал, — Маккензи едва заметно поморщился. — Для кого была вчерашняя рассылка? Продублированная голосом перед самым отбоем?
— Маккензи, я лёг в два ночи, — отозвался Гедимин, покосившись на передатчик — ни один светодиод не горел, похоже, рассылка не дошла. — И всё время был под экранами. Что ты успел сделать с базой⁈
— А. Экраны. Не подумал, — пробормотал Кенен. Его взгляд странно расплывался, будто он смотрел сквозь Гедимина и видел что-то своё. Сармат озадаченно хмыкнул.
— У нас всё ещё проблемы с карантинной службой, — вздохнул Кенен, щёлкнув пальцем по крышке передатчика. — Успокоить их малой кровью не вышло. Якобы наша дезинфекция не даёт полной гарантии, и они вынуждены сами… В общем, Джед, мы временно переезжаем. Тут будут химикаты, ультрафиолет… пара хостелов на востоке согласилась нас принять. Одни расходы, Джед, одни бессмысленные расходы…
Он тяжело вздохнул. По коридору проехала очередная тележка, из шлюзовой камеры донеслось недовольное ворчание, — новая партия матрасов прибыла раньше, чем рабочие разобрались со старой. Гедимин прислушался к гулу механизмов — хотя снаружи шумело шоссе, заглушая слабые звуки, он был уверен, что турбины молчат.
— Все уезжают? Вся база? — недоверчиво уточнил он. — И операторы АЭС?
Кенен поморщился.
— Вот это-то меня и смущает. Айзек всё застопорил ещё позавчера, оно должно было подостыть… Там ничего сложного — аккумуляторы да система насосов. Повисит недельку на автоматике…
Гедимин молча взял его за плечо и прижал к переборке.
— Где Айзек?
— На востоке, я же сказал, — недовольно сощурился Кенен. — Отпусти, ключицу сломаешь! Связь там работает плохо. Уже полчаса не могу на них выйти. Что тебе от него понадобилось?
— Нельзя бросать АЭС на неделю, — буркнул Гедимин, нехотя разжимая пальцы. — Айзек это сделал? Как ты его заставил⁈
Он вспомнил о других реакторах и снова прижал Кенена к переборке — в этот раз за другое плечо. Тот вполголоса выругался.
— Где Амос?
— Мы его замуровали, — отозвался Кенен. — Да отпусти ты меня! Джед, тебе пора лечить нервы, пока не слетел вслед за Лиском. Вот вернусь — тут же свяжусь с Питом, пусть подберёт лекарства!.. Амос следит за твоей установкой. Мы его закрыли, отсек заэкранирован. По идее, найти его не должны. Он обещал присматривать вполглаза за реактором Айзека…
Гедимин с тяжёлым вздохом разжал пальцы. Кенен шарахнулся в сторону, потирая плечо и морщась.
— Я останусь здесь, — буркнул Гедимин. — Амос один не справится.
Кенен на пару секунд задумался, хлопнул Гедимина по протянутой к его плечу руке и широко улыбнулся.
— Твоя взяла, Джед. Бедные мои кости!.. Хочешь — оставайся. Только найди, где спать. Все матрасы уехали на дезинфекцию.
— Уйду в туннель, — пожал плечами Гедимин. — Посплю там. Если что-то надо, выходи на связь в четыре… каждые четыре часа — я буду выходить к «кочегарке».
— Секунду, внесу в ежедневник, — Кенен потыкал пальцем в экран передатчика и улыбнулся ещё шире. — Каждые четыре часа Джед на связи… Мы вернёмся пятнадцатого. Смотри ничего не взорви в моё отсутствие!
Гедимин фыркнул.
— Иджес ещё на базе?
— Уехал, — ответил Кенен, покосившись на передатчик. — Отправился с первой партией на заселение. Собирался разбудить тебя, но я испугался за его здоровье.
Передатчик загудел. Кенен взглянул на вспыхнувший экран и двинулся к выходу.
— Можешь помахать мне на прощание, Джед. Надеюсь, ты не заскучаешь без нас. Заказов у тебя, естественно, не будет. Роботов трогать не надо — большая часть не наша.
Гедимин вышел из пустого информатория. С матрасами уже было покончено, теперь на грузовик, подогнанный к главному шлюзу, грузили гусеничные тележки. В коридорах тянуло лунным сквозняком, вонь дезинфектантов слегка разбавлялась запахом нефти и нагретого дорожного полотна. Гедимин закрыл шлюз изнутри и остановился посреди коридора, прислушиваясь к непривычной тишине.
«А если бы я не проснулся — так бы и не узнал, что произошло,» — хмыкнул он, оглядываясь на открытую капитанскую рубку. В ней остался только стол-кольцо с выкрученным голографическим проектором. Гедимин пересчитал вскрытые ниши и, снова хмыкнув, пошёл к спуску в трюм.
— Амос, приём, — сказал он в коммутатор, но услышал только писк и еле слышное шипение. «Сидит под экраном?» — Гедимину вспомнилось слово «замуровали», и он настороженно сощурился. «Надеюсь, водой и пищей он запасся. Завтра надо будет сменить его на полдня. Неделю без сна он не выдержит.»
09 февраля 25 года. Луна, кратер Пири, город Кларк
«Пока работает,» — Гедимин сверился с показателями на единственном непогасшем мониторе и одобрительно кивнул. «Ключевое слово — „пока“…» Идея бросить АЭС без присмотра на неделю вызывала у него кривую ухмылку — даже сейчас, спустя сутки после того, как он эту глупую шутку услышал. «Всё-таки Айзека заставили,» — думал он, проходя сквозь санпропускник. «Сам он до такой ерунды не додумался бы.»
На базе было пусто и тихо — роботы, обработав отсеки в полночь, расползлись по нишам до полудня. Гедимин чувствовал, что его шаги стали непривычно гулкими, и старался ступать на кончики пальцев — металлический грохот раздражал его.
«Полдевятого,» — он покосился на часы. «Второй обход… Интересно, когда выбирается Амос? Ни разу не находил его следов.»
Он напомнил себе, что маленький филк мог и не «следить» — не передвигать кресла, не цепляться плечами за выступающие части конструкций, ходить тихо, не грохоча на всю базу, не трогать без необходимости пульты управления… «Зайду к нему после третьего обхода,» — подумал сармат, сворачивая с обитаемой палубы к осевому коридору.
Передатчик мигнул. Гедимин сдвинул пластину с экрана и вздрогнул — беглый взгляд выхватил из короткого сообщения слово «помоги».
«Гедимин помоги реактор искрит» — прочитал он и растерянно мигнул. «Искрит⁈»
В следующую секунду он уже летел по коридору прыжками от стены к
