Аларик отрубил одно щупальце ударом алебарды, и на Серого Рыцаря брызнула едкая тягучая жидкость. Лицо чудовища едва ли можно было назвать лицом: огромный тонкий рот не закрывался, а на месте глаз были слепые мутные пятна. Существо испустило низкий угрожающий вой и снова бросилось на Аларика.
Аларик поспешно выстрелил, окатив шквалом болтерных снарядов противника и еще одно существо, идущее следом за первым. Нападавшее чудовище двигалось очень быстро: одно щупальце обвило рукоять алебарды, существо всем своим весом потянуло оружие вниз, внезапно подпрыгнуло выше роста Серого Рыцаря и обрушилось на Аларика с разверстой пастью.
Свободной рукой Аларик вцепился в глотку чудовищу и выпустил залп снарядов из встроенного в латную перчатку болтера, превратив голову врага в фонтан вонючих брызг. Существо пронзительно завизжало, но тугие мускулы обвились вокруг руки Аларика и присосались к доспехам. Несмотря на отвратительный запах чудовища, Рыцарь почувствовал запах дыма: это означало, что едкая субстанция существа разъедала наружный слой доспехов. Аларик напрягся, поднял монстра над землей и швырнул его в следующего нападавшего, сбив того с ног. Новый залп снарядов — и оба чудовища взорвались кислотными брызгами.
Аларик наконец-то смог свободно двигаться. Его десантники образовали тесный круг и отбивали нападение новых существ, покрытых разъедающих слизью. Аларик увидел, как Клостус высоко поднял одного из нападавших на острие алебарды и десантник Генхайна снес ему голову выстрелом из псипушки. Дворн с размаху опустил молот на ближайшего врага, и на его месте осталось только небольшое углубление в мраморе, заполненное слизью.
Оглянувшись, Аларик без труда отыскал взглядом Танкреда. Меч Мандулиса, беспрестанно наносивший удары, яркими вспышками прорезал темноту. Извивающиеся щупальца падали на землю, истекая слизью, но текучие существа возрождались даже в тех случаях, когда Танкред разрубал их пополам. Один из врагов ринулся на Танкреда, намереваясь свалить его с ног, но правосудор смахнул его движением головы, ловко бросил на землю и наступил обеими ногами. Чудовище лопнуло и превратилось в ядовитую зловонную лужу.
— Клинки не помогут! — Аларик постарался перекричать оглушительный вой демонов. — Дворн! Разрывай их на части!
Отделение Аларика развернулось навстречу десятку врагов, выскочивших из тьмы, и перестроилось в клин во главе с Дворном. Дворн описывал молотом Немезиды широкие дуги, отбрасывая чудовищ назад и пробивая их тела насквозь. Остальные воины сосредоточились на стрельбе из болтеров, чтобы удерживать врагов на расстоянии.
— Война и отмщение! — взревел Танкред. — Стань моим щитом и моим скакуном! Стань возмездием, и я буду твоей дланью во тьме! Свет из тени! Смерть из смерти! Отмщение за погибших!
Аларик ощутил гул в голове и понял, что Танкред и его десантники концентрируют волю.
Они готовились применить холокост — средоточие веры Серых Рыцарей, сфокусированное в мозгу Танкреда и превращенное в оружие, доступное только лучшим воинам Императора. Аларик знал, что нанесение удара — достаточно трудная задача даже для полного отделения, а Танкреду и трем оставшимся его воинам потребуются все силы без остатка.
— Отмщение за погибших! — закричал Аларик, стараясь помочь Танкреду. — И только чистые возродятся из бездны!
Внезапное крещендо психического напряжения чуть не сбило капитана с ног. И вот с клинка Мандулиса сорвалось ослепительно белое пламя веры. Взрывная волна потрясла камень. Аларик увидел, как ближайшие чудовища обратились в пепел, а затем их искаженные силуэты распались в пыль.
Существа, атаковавшие Дворна, пронзительно завизжали и закрылись щупальцами, точно хотели спрятаться от света. Авточувства Аларика отключились из-за перегрузки, и он уже ничего не видел, кроме чистой белизны и меча Мандулиса посередине, сверкающего застывшей молнией.
— Ложись! — раздался голос из-за спины Аларика, и капитан инстинктивно бросился на землю.
Боевые братья последовали его примеру. В следующее мгновение над их головами раздались тяжелые удары. Освященные снаряды двух псипушек десантников Генхайна сотрясли тягучую плоть чудовищ, и психическая детонация разорвала их прогнившие тела.
Вскоре зрение вернулось к Аларику. Он лежал лицом вниз на земле, забрызганной зловонной дымящейся кровью. Быстро поднявшись на ноги, он увидел, что стоит на участке, сплошь покрытом рваными кусками плоти. Затем раздались одиночные выстрелы: отделение Генхайна спускалось по склону, и космодесантники добивали тех врагов, что еще шевелились. Брат Ондурин послал струю освященного прометия из огнемета в гущу теней, и они с визгом рассеялись.
Доспехи воинов отделения Аларика еще дымились, и на серой броне появились бурые, выжженные едкой слизью пятна.
Десантники Танкреда пострадали еще сильнее. Сам командир отделения терминаторов, устало склонившись, стоял на коленях. Удар холокоста отнял у него почти все силы: Танкред и сам не ожидал, что ненависть его воинов окажется настолько мощной. Меч Мандулиса все еще сиял, и от его лезвия поднимались кольца дыма.
Брат Гловен, один из десантников Танкреда, лежал, не шевелясь. Брат Карлин перевернул его и увидел, что вся передняя часть доспехов разъедена коррозией, а под ними обнажилась почерневшая плоть. Карлин опустил тело Гловена. Было ясно, что Серый Рыцарь мертв. Вероятно, его сразу сбили с ног, и доспехи не выдержали едкой слизи нападавших. Даже освященная броня терминатора оказалась недостаточно прочной против охранников гробницы святого Эвиссера.
Танкред обернулся к Карлину, носившему огнемет отделения.
— Сожги нашего брата, — приказал он, и Карлин послушно окатил тело Гловена струей пламени.
Всего через несколько секунд от тела Серого Рыцаря осталась только почерневшая оболочка доспехов.
Они не смогли даже забрать геносемя, чтобы вернуть в орден. Но Аларик поклялся, что если он выживет, то сделает все, чтобы сохранить память о Гловене для будущих воинов.
— Идем дальше, — сказал Аларик. — Держитесь вместе. С нами Император.
Серые Рыцари продолжили путь через скелетообразный город. Аларик видел, что над их головами кружатся все новые и новые чудовища, похожие на громадных стервятников.
При виде охранников химического завода на берегу озера Рапакс комиссар Танатал едва не впал в отчаяние. Вокруг здания из земли выползали ужасные существа; повсюду виднелись извивающиеся конечности и ухмыляющиеся рожи, которые что-то бормотали на тысяче непонятных наречий. Их были сотни и сотни — злобные монстры с огромными зубастыми ртами, с цепкими лапами и острыми когтями. И все они выкарабкивались из земли на защиту завода.
Танатал тогда решил, что смерть не входит в понятие долга. Быть разорванным в клочки безумной ордой — слишком большая плата за исполнение обязанностей перед Императором. Комиссаром овладел грех сомнений, решительность испарилась при виде врагов. Тучи пепла разошлись, страшная картина предстала его людям. Крики демонов достигли слуха, и солдаты в нерешительности остановились.
Но инквизитор Валинов не испугался. И, с благоговением глядя на него, Танатал ощутил, как рассеивается страх. Валинов с поднятым мечом без колебаний шагнул в кипящее море демонов, и они дрогнули от его решимости, завизжали от страха.
Валинов выкрикивал слова на странном шипящем наречии — Танатал догадался, что это была древняя молитва, посвященная Императору, — и демоны расступались под его натиском. Инквизитор прошел в самую середину нечестивой толпы, продолжая творить молитвы, призывающие силу. Свободной рукой он воспроизводил отрывистые священные знамения, от которых демоны убирались обратно в землю.
— Да устрашит вас присутствие вашего повелителя! — кричал Валинов, перейдя на высокий готик. — Почувствуйте Его прикосновение, сгорите от Его слов! Прочь, прочь слуги распада, убирайтесь в землю, долой с глаз праведных!
Слова Валинова заставили многих демонов скрыться под землей. Остальные твари вздрогнули и попятились, так что между балурианцами и гробницей образовался проход.
— Смотрите! — вскричал Танатал. — Смотрите, как пугает Врага слово Императора! Он с нами! Вперед, слуги Императора! Выполним наш долг перед человечеством!
— Враг дрогнул! — вторил ему Валинов, направляя балурианцев к входу в здание завода. — Мы — острие копья Императора! Ощутите Его дух, ведущий вперед! Возрадуйтесь: вам дано сокрушить основу разложения!
Лица солдат засияли радостным изумлением. Пехотинцы двинулись сквозь море демонов. Теперь враги жалобно выли, отвернув морды, и радужное сверкание их кожи потускнело от досады и бессильного гнева.
