Баратеон осознавал, что для «Небесного Клинка» надвигающаяся битва должна стать не просто схваткой — ему нужна демонстрация собственного превосходства. Моустасу необходимо было доказать, что его стратегический гений нельзя одолеть, невозможно победить, а значит — остаётся лишь смириться, признать поражение и власть этого... человека перед всем остальным. Выше лорда, Хранителя региона и даже короля. Признать его Богом.
Моустас имел редкий дар, один из многих, что заставлял завистников скрипеть зубами похлеще самого мастера над кораблями. Он мог видеть чужую слабость, пользуясь ей, чтобы играть своими противниками, заставляя делать то, что ему нужно.
«Арвинд обязательно попробует нас перехитрить, выставить Ориса дураком...»
Направляясь в горы, король взял с собой достаточно мало сил — шесть тысяч солдат, которые осторожными ручейками продвигались по перевалам. Чем он руководствовался Станнис не понимал, но осознавал, что численность не играет ключевой роли, при битвах в узких проходах и горных склонах.
Пока что область позволяла ехать верхом, так что Штормовой лорд неспешно размышлял, позволит ли Моустас достичь им своей цели.
«Если он тот, за кого себя выдаёт, то позволит. Ведь если «Небесный Клинок» не даст армиям возможности сблизиться, то война затянется и не принесёт пользы никому. Ни ему, ни королю. Разве что есть что-то, о чём я не знаю».
Но в таком случае, Баратеон искренне считал, что Арвинд предупредил бы его заранее.
Ближе к обеду, когда объявили привал, они прошли до смешного мало, но Орис был доволен. Он с улыбкой объявил, что надеяться на большее было бы просто кощунственно. Улыбка была столь заразительна, что даже Станнис чуть ей не поддался. Но в итоге просто покачал головой.
На обеде он сидел лишь в компании верного Давоса, да смотрел через «Миррийский глаз» в сторону замка, который им предстояло взять. Баратеон видел отряды всадников, которые наблюдали за их основным лагерем. На первый взгляд людей было никак не меньше, чем королевских войск. Тысячи, десятки тысяч...
Чем дальше они поднимались, тем труднее становилось дышать. Как ему объяснял, - вот уж шутка так шутка! - его старший брат, Роберт: чем выше поднимаешься от земли, тем чище и легче становится воздух. Высоко же в них он столь чист, что становится сложно дышать. Нужно привыкнуть к этому...
«Крестьяне говорят, что чем выше в небо, тем ближе к царству богов. А небожители дышат по другому, иначе».
Это вызывало дискомфорт не только у него одного. Солдаты нервно переговаривались друг с другом и время от времени странно замирали, приложив руку к груди. Собственное напряжение они старались сбить шутками.
Вот только когда какой-то придурок оступился и упал в пропасть, настроение изменилось. Станнис видел, как это произошло. Этот тип сперва ударился о камни плашмя, а потом, безуспешно попытавшись зацепиться хоть за что-то руками, просто покатился вниз, периодически ударяясь о выступающие валуны или ветки, растущие прямо из скалы. Буквально десяток секунд и его потрясенные товарищи не видели вдали ничего, кроме поднятой пыли.
Давос выругался и крепко обругал всех вокруг, кто находился на расстоянии слышимости от него.
Через какое-то время к Станнису, оставив Ориса в одиночку, протолкался Визерис. С этим мужчиной Баратеону было приятно общаться. Он был вежливым и уважительно относился к каждому, с кем имел диалог, хоть с вонючим крестьянином, хоть с самим королём.
Но последнее время в его поведении ощущалось нечто иное. Это было не похоже на дух товарищества или тень страха, которая незримо накрыла армию, когда король начал проводить странные казни. Но что конкретно, Станнис понять не мог.
Кроме того, до грандлорда Штормовых земель доходили слухи, что Визерис начал слишком много времени проводить среди компаний простых солдат, предпочитая их знати. Это уже не просто насторожило остальных, но заставило заподозрить того в измене. Однако, его коронованный племянник не обращал на это внимание, вот и свита была вынуждена оставить всё как есть.
- Во время нашего горного похода ты сторонишься короля Ориса, словно чумного, - произнёс Визерис, заразительно улыбаясь.
Станнис ничего не ответил ему, лишь фыркнул. Таргариен некоторое время смотрел на него, улыбка постепенно исчезла с его лица.
- Честно сказать, я и сам в некотором... раздрае, - взгляд его скользнул по рядам неспешно идущих солдат. Дорога была столь узкой и каменистой, что места едва хватало четырём мужчинам в ряд. - Последние месяцы были очень трудными.
- И в чём же проявлялся этот «труд»? - соизволил уточнить Станнис.
Его собеседник нахмурился и почесал затылок.
- Не буду говорить за всех, но лично меня больше всего поразил факт... смерти леди Моустас.
Штормовой лорд поморщился, крепче сжимая поводья своего коня. Его тоже крайне неприятно удивил этот момент. Особенно с учётом того, что они сами обсуждали необходимость оставить женщине жизнь.
Станнис поймал себя на очередном скрипе челюстями. Таким темпом действительно зубы сотрёт, как время от времени пророчат ему мейстеры!
«Банальная случайность», - вот что ответил на это Орис. Отличное объяснение. Простое. Правдоподобное. Отбивающее всякую охоту к дальнейшим расспросам...
На некоторое время между ними воцарилось молчание, неловкое от дурных предчувствий и превратных толкований.
Войска короля, вытянувшись в длинную, узкую колонну, добрались до более-менее ровных участков лишь через четыре дня. Путь был нелёгок. Кроме того солдата, упавшего прямо на глазах лорда, они потеряли ещё двенадцать. Восемь погибло от внезапного завала. Трое оступились на узком переходе. Один умудрился поскользнуться на собственном дерьме, когда испражнялся.
Потери были приемлемыми, хоть и хотелось обойтись без них.
Станнису было любопытно: что подумает Арвинд, когда наблюдатели доложат ему о разделении войск? Он наверняка уже догадался, что они ушли в горы, но знает ли зачем? Может считает, что они хотят найти обходной путь для армии? Как он тогда поступит? Попытается дать бой? Заблокирует перевалы? Может, до всего догадается и отведёт войска, как предполагает Орис? Или просто испугается?
Скоро ответ будет получен.
- Остановимся здесь на привал, - произнёс король. - Нужно оставить тут часть людей. Отправьте гонцов в основной лагерь, пусть соберут ещё тысячу солдат. - Он обернулся к алхимикам. - А вы — закладывайте сосуды. Пока не взрывайте, нам нужно ещё четыре площадки, для равномерного обвала...
«Пока всё идёт удачно, - думал Станнис. - Западных войск, несмотря на тягостное предчувствие и донесение разведки, упорно не наблюдается».
Утро, а затем и день, превратились в странное затишье перед неминуемой битвой. Так же, как и всегда. Почему-то воздух сделался свинцовым, мгновения падали, словно камни, а беспокойная тоска, не похожая
