Ижеени хмуро смотрел на братца. Так вот откуда взялись близнецы, значит...
— Плохие новости — она всё же умерла.
— Лжёшь! Ты лжёшь. Ты всегда лжёшь!
Ижеени ничего не ответил.
Время дорого. Надо оторвать этому придурку голову — и дело с концом. Из него всё равно не выйдет ничего толкового, да и близнецам такое счастье совершенно не нужно. Уж Ижеени ли не знать, что лучше совсем без отца, чем с отцом-уродом? Вон оно, живое доказательство лежит и бредит...
Просто оторвать братцу голову. Раньше он бы сделал это с удовольствием. О да! Так почему же теперь это стало так сложно?..
Дижи не стоит оставлять в живых. Кому от этого вообще станет хорошо? То, что сломал отец, уже не вылечить, как ни пытайся. И смысл тогда мучиться? Смерть решает все проблемы.
Наверное.
Но нет, серьёзно, нужно принять это решение сейчас. Если уж так разобраться, на кой Жаку такое счастье? У него, как у нового Главы, и так будет предостаточно проблем — куда ему ещё с этим психом нянчиться?
Но Дижи не такой уж и псих, ты это знаешь. Просто, падая в пропасть, каждый пытается ухватиться за опору. Даже если та прогнила.
Но любой из моих знакомых поступил бы так. Это правильно. Прикончить Дижи прямо сейчас — разумно!
Не любой. Ты это знаешь.
Ажар был идиот! И Лимори в этих вопросах недалеко ушла!
Ложь. Быть может, уже хватит лгать об этом?
Побеждает тот, кто выжил! Это — закон природы!
Жизнь — это не всегда биение сердца.
Ижеени прикрыл глаза.
И правда, хватит уже.
Ажар не был идиотом, сопротивляясь до последнего. Лимори не была идиоткой, отдавая последние силы на той стене вокруг Храма.
Просто бывают существа, для которых и смерть — не цена, если на карту поставлено нечто важное. Свобода или любовь, жизнь близких или всеобщее благо, великое открытие или высочайшая вершина — это "важное" каждому своё.
Смысл просто в том, чтобы это важное жило после них. Смысл в том, чтобы не отступиться, не потерять своё и себя, драться за него до последнего. И это — в какой-то мере — уже бессмертие.
Ажар не стал бы убивать Дижи. Лимори не стала бы убивать Дижи.
Значит и он, Ижеени, тоже не станет.
- 27 -
— Ижеени вышел на связь!
Гун вздрогнула и распахнула глаза, с некоторым удивлением осматриваясь вокруг. Как она только ухитрилась уснуть? Да ещё и в кресле? Насчёт того, кто именно укрыл её одеялом, никаких вопросов нет, но... всё равно немного неловко.
— Прости, что разбудил, — Жакрам казался спокойным, но она, его признанная пара, остро ощущала исходящие от него усталость и тревогу. — Но я не знаю многих реалий, не могу общаться со Старейшинами напрямую, потому...
— Я буду рядом, — Гун пристально посмотрела ему в глаза. — Не сомневайся ни секунды. Что мне передать Старейшинам?
— Если коротко? Скажи им, чтобы поторопились. Чем быстрее ритуал будет проведён, тем больше шансов, что у нас всё получится. Идеально было бы провернуть всё ещё до рассвета.
— До рассвета? Но...
— Лаари знает, что что-то происходит.
— Поняла. Я поспешу.
* * *
Дальнейшее слилось для Гун в какой-то мерцающий круговорот нескончаемой гонки со временем. Сама она не была вовлечена в подготовку напрямую, но ей приходилось быть посредником между сторонами, и это напоминало какое-то безумие. Ей казалось, что вокруг витает множество голосов и фраз.
"Поймали шпиона на подступах"
"Готовится нападение со стороны Зелёных, рекомендовано нанести превентивный ответный удар"
"Ижеени совершил два межмировых прыжка, но попал в окружение на Гахаане. Крыло сломано, он не может улететь. Я отправил отряд нагов навстречу, они преломят ситуацию"
"Стальной Старейшина тоже отправился навстречу"
"Готовьте пещеру для ритуала, трижды перепроверьте охрану на возможные связи с Лаари"
"Убрать все зеркала"
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
"Матушка Рои в пути"
Когда в итоге Призрачный Старейшина сказал: "Всё готово, ожидаем Ижэ", накал переживаний достиг своего предела.
Жакрам стоял, прямой и гордый, но Гун чувствовала снедающую его тревогу. Если Ижэ не справится, если опоздает — весь план рухнет, как песочный дом... Гун потянулась к руке Жакрама и переплела их пальцы.
"Я с тобой, что бы там ни было", — подумала она.
— Мне следовало самому полететь за ними, — зло сказал Призрачный. — Бездна! Что там...
И в этот момент открылся портал.
— Во имя Предпоследней Бездны! — выругался Жакрам. — Он вообще сможет участвовать в ритуале — в таком-то состоянии?
Гун прикусила губу. Вопрос не был праздным: на Ижэ не было живого места. Сломанные крылья, израненная шея... да проще было бы сказать, где не было повреждений, чем перечислять их все!
— Что, выгляжу красавчиком? — Ижэ фыркнул, отчего с морды его закапала кровь. — Ничего, со всеми бывает! Зато я вам подарочки припёр. Получите и распишитесь!
Вот и хорошо... минутку. Подарочки?! И действительно, Ижэ небрежно вытряхнул из пространственного кармана двух драконов в человеческом обличье.
— Ты всё же прихватил Дижи.
— Он под руку подвернулся! — фыркнул Ижэ презрительно. — Вот я и подумал — сами решайте, что с ним делать.
— Спасибо, — Старейшина серьёзно посмотрел на Ижэ. — Я приму решение после, когда сам объективно оценю состояние этих мальчишек. Пока... я благодарен.
— Это всё потрясающе, и я уже предвкушаю, как мне придётся нянчиться с этим психом, — сказал Жакрам. — Но время не ждёт. Как быть с Ижэ? Он не сможет в таком состоянии превратиться в человека, это будет стоить ему крыльев...
— Во-первых, заботу о Дижи я возьму на себя, — сказал Призрачный Старейшина сухо. — Это не будет твоей головной болью. Во-вторых, Ижэ может остаться драконом. И отдохнуть. Всё остальное сделаю я.
* * *
Как выяснилось (к огромному счастью Гун), для ритуала принятия в род драконам совсем не обязательно было бодрствовать. Потому двух валяющихся без сознания братьев просто устроили на нужных узорах покрывшего пол начертания, как реквизит, и дело с концом.
Это к лучшему: если бы пришлось их приводить в себя и уговаривать, ритуал грозил затянуться на неопределённый срок.
Далее Старейшина завёл нудную и крайне сложную речь на древнедраконьем. Повинуясь его кивку, Стальной начал пускать Призрачным братьям кровь... всем, кроме Ижэ. Тому кровотечение впору было бы останавливать: судя по всему, оружие его противников было смазано замедляющим регенерацию ядом.
"Я послал за лекарями, — мысленно отметил Жакрам. — Постараемся подлатать его, как только наступит перерыв между ритуалами"
"Связь? Так... быстро?" — Гун была шокирована, и вполне обосновано. При их низкой совместимости мысленное общение если и могло проявиться, то через несколько лет...
"Я — хороший менталист, — отозвался Жакрам. — А ты громко думаешь. Так что всё вполне закономерно. Связь с менталистами и должна проявляться намного раньше."
Гун промолчала. Но — нет, в этом не было ничего закономерного! Так быстро связь устанавливалась только между крайне совместимыми существами. И это всё...
"Не время об этом думать, не находишь? Да и какая разница?"
Тоже верно. Но...
Пока они переговаривались, Старейшина завершил свой речитатив и принялся обходить братьев по кругу, рисуя на лбу каждого кровавый символ.
"Он обретает над нами таким образом власть?" — уточнил Жакрам.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
"Нет, скорее берёт ответственность, — отозвалась Гун успокаивающе. — Тут волноваться не о чем, отречься ты сможешь в любой момент. Но советую всё же дождаться, пока это станет необходимо."
"Хорошо"
