Читаем без скачивания Зона Посещения. Калибр памяти - Сергей Вольнов

Неудивительно, что Крайт крепко задумался. Перед ним наконец открылась истина. Но за неё пришлось заплатить горьким осознанием…

Что же выбрать? Да и есть ли из чего выбирать?

Разве у него осталось что-то настолько ценное, чтобы бояться потерять? Разве остался у него кто-то настолько важный, чтобы ради него отказаться от обретения самого себя и собственного предназначения…

Крайт ощутил, насколько же он одинок. Ни дома, ни близких, ни друзей, ни стремлений… Абсолютная пустота. Чего тут раздумывать-то? Ответ очевиден! А там – будь что будет. Главное, хуже точно не станет.

– Я согласен, – просто сказал он.

– Ты умный человек. И хороший друг, – похвалила его змея. – Я знала, что ты сделаешь правильный выбор.

…Дан чувствовал, как указательный палец нажимает на спусковой крючок. Делов-то – один выстрел промеж глаз.

Глаза перемещенца вмиг стали тёмными и блестящими. Глазные яблоки, радужка, зрачки… всё стало однородно-чёрным, словно лакированным.

Его рот перекосился, голова запрокинулась назад, руки в широком размахе вдруг разошлись в стороны… Всё это произошло прямо на глазах у Дана.

А когда из глотки перемещенца вырвался безумный крик боли, Дан увидел на стволе своего автомата… тонкое чёрное щупальце. Краем глаза он заметил, что в точности такие же щупальца протянулись к его боевым товарищам… Секунда, и вот их душераздирающие крики заполнили помещение. Капитан получил мощнейший удар по рёбрам и уже в полёте успел заметить, что его оружие, ухваченное чёрными отростками, тянущимися из рук недобитого перемещенца, осталось у преследуемого… Шваркнувшись об пол, Дан провалился во тьму.

…Очнувшись, капитан попытался ощупать себя на предмет наличия переломов. У него получилось, но только одной рукой. Вторая была сломана, как и рёбра, минимум три нижние пары. А вдобавок появилась рваная рана на левом боку.

Стискивая зубы от боли, пограничник с трудом сел на полу и долго боролся с головокружением. Наконец победив, осторожно повёл головой, чтобы оглядеться.

Все бойцы его группы были здесь.

Изуродованные, разорванные тела, покрытые пятнами чёрной маслянистой жидкости. Их убил проклятый перемещенец… Безжалостно и издевательски. Ни один солдат не заслуживает такой смерти.

Кое-как поднявшись, выживший командир поджал сломанную руку, а другой принялся шарить по комнате. Он искал обезболивающее и какое-либо средство для связи. Причём связь – приоритетная задача. Потому что ситуация критическая. Появления настолько сильной фигуры, как этот выродок, никто не ожидал. И это значило, что чем дольше ему позволять жить и действовать, тем тоньше будут становиться нити мироздания, связующие людей с небесами. Когда они станут такими тонкими, что начнут лопаться, этот мир будет потерян для Звёзд.

Таким представлял себе свершившееся эмиссар «третьей силы». Не допуская и тени сомнения в том, что фатально заблуждается. Ему и в голову пока что не приходило, что источником, порождающим чернейшую тьму, способен быть ярчайший свет.

Эпилог

«Может, и нет бога, не знаю, но верить в это нельзя…»

Время не ждёт!

Рута в отчаянии понимала, что с каждой минутой увеличивается риск. Если она потеряет контакт, упустит Крайта, его невероятную МОЩЬ может заграбастать враг, и тогда никому на этой Земле мало не покажется!

За пазухой у девушки, на шее и груди, прятался медальон с цепочкой, который зонорожденная тайком забрала у человека, переместившегося из другого мира. Она просто не могла позволить ключу, отпирающему дверь между мирами, стать трофеем врага, поэтому экспроприировала артефакт и унесла его с собой. Пусть «окно» остаётся запертым. Не хватало ещё, чтобы «третья сила» проникала беспрепятственно в тот мир, расхаживала туда-сюда. Стерегущую почти угробили, и с той стороны некому контролировать вход-выход. Даже Пума, застрявшая в иной реальности, не сможет эффективно защитить портал… Рута сама использует артефакт и откроет дверь, когда сочтёт необходимым. Если сочтёт.

А сейчас она прокрадывалась к бывшему номерному военному городку, в котором надеялась отыскать ответ на вопрос, который позволит ей не упустить МОЩЬ, привлечь на свою сторону.

И в голове у неё почему-то настойчиво возникали мысли о героях, шедших по этому пути раньше, ещё перед ней и её соратниками. Легендарные Орёл и Реверс, перехватившие уже занесённый для сокрушительного удара «звёздный молот», вступившиеся за Трот в той войне, которую позже назовут Круговым Вторжением. Они исчезли, и никому не ведомо, что и как им удалось совершить, но факт – благодаря им Зона сумела не проиграть вчистую.

Рута помнила о том, кто начал ходку, в которую теперь выступила она. А ведь живое живо, пока о нём помнят. Этот всепобеждающий закон действует даже в пространстве, где необъяснимость – ключевое слово… Его не сумели отменить творцы всего этого клубка противоречий, допустившие происходящее. Да, высшие силы играют человеком, как им заблагорассудится, но всё же у каждой пешки есть шанс пройти в ферзи, проскользнув между интересами сторон, и встать рядом с королём.

Идущую за ответом не покидала уверенность, что, пока она будет помнить о героях, их путь продолжается! Может быть, вот так же не забудут усилия Руты и те, кому суждено отправиться в ходку после неё. Не так уж много для бессмертия человеку и надо-то – просто должно быть, кому ПОМНИТЬ О НЁМ… Пока соблюдается этот главный закон, человек остаётся человеком, и человечество уцелеет…

– О, знакомые всё лица!

Точно такую же фразу девушка могла и сама сказать. Но первым произнёс её он. Скиф! Кто бы он там ни был. Для неё – «стадионный» с семигранной гайкой на шее.

Рута встала как об стенку ударенная. Она, конечно, ожидала чего-то подобного, но всё же умозаключения это одно, а реальный результат – совсем другое.

– Добралась наконец! Я в тебе не сомневался, ты девочка сообразительная. Ну что, понравились мои подсказки? Ты увела его в совершенно противоположном направлении от намеченного места встречи, пришлось корректировать, чтоб вы к бункеру в деревне повернулись…

– Ты же его отец? – уточнила девушка, желая услышать ответ. Как будто произнесённые вслух слова имели принципиальное значение.

– Я, я, кто ж ещё… – ворчливо подтвердил сталкер; он приподнял левую руку, край рукава сместился, открывая на внутренней стороне запястья татуировку: стилизованный значок радиационной опасности, над ним латинские буковки stalker, а под ним слово или аббревиатура «ШУНТ». – Застрял, понимаешь, в вашем мире по самое не могу, никак не выбраться. А у аналога моего сына здесь в Большом мире папа кто угодно, только не проводник в Зоны. Ты уж мне поверь, я подыскал подходящее окошко в прошлое и за ним наблюдал периодически. Да и сам он… женился, остепенился, детишек народил, потом внуки пошли, в общем, Трот ему до лампочки. Не все пацаны вашего мира, играющие «в Зону» пока маленькие, потом жаждут в неё попасть в натуре. Присутствие на планете реального доказательства того, что человечество не одиноко во вселенской бесконечности, отнюдь не превращает человека в гражданина Вселенной.

– И что теперь? – растерянно спросила Рута.

– О, вот теперь мы с тобой поторопимся дальше, спасать твой любимый Трот. Время поджимает.

– А то я не знаю… – сталкеру в тон ворчливо отозвалась перехватчица.

Она пристально всмотрелась в щуплого, выглядящего далеко не богатырём мужчину, в котором внезапно почуяла отблеск той самой МОЩИ…

– Но почему вам это важно? – спросила она. – Вы же нездешние.

– Потому что ходка ещё не окончена. И раз уж мы с сыном попали в Зону этого мира, значит, мы её сталкеры. Вот, возьми. – Он вдруг протянул ей какой-то гаджет, похожий на записывающее устройство; оказалось, и вправду оно. – Это рекордер. У меня к тебе просьба, – попросил отец Крайта, – потом послушаешь, что в его памяти содержится, там ответы на многие вопросы. И продолжай вести записи, пополнять память, кому-то обязательно нужно продолжать хронику, чтобы не закончилось всё жирной точкой, а снова и снова продолжалось многоточием…

– Поч… чему я? – Голос Руты дрогнул. Этот сталкер будто прочитал её мысли!

– Сама знаешь. – Он улыбнулся и многозначительно посмотрел ей в глаза. – Кто, если не ты. Происхождение подходящее.

Она ответила взглядом же. «Знаю. Не только потому, что я не способна забывать. Ещё из-за того, что больше всего на свете не хочу, чтобы прервалась эстафета тех, кто помнит… Я-то знаю: память, приобретённая в дороге жизни – главное сокровище разума, его инструмент влияния на окружающий мир, его оружие защиты и нападения. И от выбора пути каждого человека зависит, чем станет его разум, мелкокалиберной «пукалкой», или серьёзным, всесокрушающим орудием главного калибра…»

«УСПЕХ ЭТОЙ ОПЕРАЦИИ В ЕЁ ПОЛНОМ ПРОВАЛЕ… ВЫ ПОТЕРПЕЛИ КРАХ ПО ВСЕМ ПУНКТАМ. ПОЛУЧИЛОСЬ ЛУЧШЕ НЕКУДА!»