— Что — опять, что — опять! — возмущенно проныл тот. — Нашла кого слушать! Кто он вообще такой?! Я-то здесь при чем? Ты же нанимала этих идиотов! Где ты их только нашла?! И куда они смотрели?!
— Слишком много вопросов, — заметил Астуриас, опускаясь на ближайший стул. Приглашения, которое, по его мнению, должно было последовать в течение минуты, он ждать не стал. — Тогда как матушка ждет от тебя объяснений.
— Он что, от них сбежал? — уже начала догадываться донья Исидора.
— Более того, — заметил Астуриас, — он их убил. Так, значит, это по вашей милости Кантор не явился домой в тот вечер, и из-за вас мне намяли бока ортанские стражники? Где вы действительно таких идиотов наняли?
— Мама, кто это? — раздраженно перебил Артуро. — Чего он все время лезет?
Ведьма вздохнула.
— Это мастер Астуриас. Прошу любить и жаловать. Возможно, нам и вправду могут пригодиться услуги мастера-вора, хотя это еще не повод готовить кофе. А теперь действительно изложи все по порядку, что произошло и каковы последствия лично для тебя.
— Это и произошло! Эти три идиота упаковали его, как договаривались, а потом двое повезли к мэтру Алехандро, а третий побежал отчитываться ко мне. Я, как и планировалось, пошел домой и разыграл потерпевшего, а этот гад каким-то образом по пути освободился, убил обоих наемников и сразу же побежал к Ольге, чтобы набить мне морду. Кого он еще мог заподозрить, как не меня!
— Ну, меня, например, — заметил Астуриас.
— Почему-то к вам он не пошел, а сразу ко мне!
— Так я же не сплю с его девушкой, — усмехнулся мастер-вор. — Да и ума у меня побольше. Так вы, значит, собирались подставить Кантора? А похищать зачем?
— Чтобы потом подумали, будто он подался в бега, — пояснила донья Исидора.
— А на самом деле мэтр Алехандро должен был превратить его в какую-нибудь животинку? Блестящий план. Если бы вы его еще и осуществить сумели… Ну и как, удалось Кантору набить тебе морду или добрая женщина заслонила тебя собственной юбкой?
— Она нас выгнала, — угрюмо сообщил Артуро. — Обоих. Но это еще не все. Сегодня утром мне принесли вот это. — Он вытащил из кармана и подал матушке конверт с королевской печатью. — Насколько я понял, Кантор получил такой же. Нас вызывают на поединок.
— Кто?
— Ольга, наверное… Не знаю.
— На чем биться будете? — насмешливо фыркнул Астуриас. — На маникюрных ножничках? Впрочем, Кантор тебя даже ими успешно нарежет на фарш.
— Там сказано, что, раз мы с таким упорством швыряемся друг в друга обвинениями, нам предоставляют возможность открыто высказать свои претензии, опровергнуть обвинения противника и вообще объясниться. Кто не явится, тому засчитывается поражение и тот, значит, получается неправ. Вот мне и нужен твой совет…
— Какой еще совет?! — разгневалась матушка. — Бросай все и сматывайся, тут никакие советы не нужны, до этого ты и сам мог бы додуматься!
Донья Исидора, как всегда, была категорична, безапелляционна и даже в какой-то мере права. Совет ее, больше похожий на приказ, возможно, подошел бы послушной примерной дочери. Но бестолковый сынуля все же хоть и плохонький, но мужчина.
— Как это — брось все и сматывайся?! — негодующе воскликнул он, выслушав эту разумную, но неприемлемую рекомендацию. — Мама, ты понимаешь, о чем говоришь? Меня вызвали на дуэль! Я мужчина! Чтобы уклониться от поединка, нужны веские основания, а у меня их нет! Знаешь ли ты, что даже заведомое неравенство условий — только формальный повод, которым обычно предпочитают не пользоваться? Я бы, конечно, не был столь щепетилен и воспользовался, но нам нарочно поставили такие условия, которые не дают никаких видимых преимуществ.
— Артуро, ты как-то несвоевременно озаботился вопросами чести, — с легким раздражением отозвалась почтенная донья Исидора. — Об этом надо было думать еще лет пятнадцать назад. Сейчас уже поздно.
— Тут уже не о чести дело, — терпеливо разъяснил непутевый сын, — а о последних остатках репутации. Пойми, если я сейчас сбегу, не явлюсь на поединок и не попытаюсь себя защитить — это все, конец. Это фактически признание всего, в чем меня обвиняют. Признание, что мне нечего возразить, нечем оправдаться и нечего ответить. Тебе надо объяснять, что за этим следует? Я стану изгоем, мне навсегда будет закрыт путь в приличное общество. На меня будут показывать пальцами и в глаза называть вором, обманщиком, мошенником и трусом. Мне останется только бежать куда-нибудь в глухую провинцию, сменить имя и навсегда забыть о карьере. Никакая волшебная способность убеждать не поможет мне изменить общественное мнение. Она еще может как-то помочь в поединке, но если я сбегу — это будет уже бесполезно.
Оказывается, этот раздолбай еще и способен иногда правильно мыслить!
— А ты сам-то понимаешь, что с тобой будет в случае проигрыша?
И матушка тоже права… Куда ни плюнь — везде яма, обложили бедного недотепу, как зайца. Впрочем, стоит ли удивляться? Если это организовал Шеллар, хана маэстро Артуро…
— Кстати, — подал голос Астуриас, — а как они будут определять, кто прав? Простым голосованием? Или его величество тряхнет стариной и вспомнит, как в сопливой юности в суде подвизался? В последнем случае советую слушаться маму и не строить из себя героя. Шеллар из тебя сделает коврик для вытирания ног, и никакой мэтр Алехандро не поможет.
— Мастер прав, — поддержала гостя донья Исидора. — Если против тебя настроен сам король, ты обречен. А похоже, так оно и есть. Раз ты говоришь, что Кантор тоже получил такое же послание, значит, несмотря на твое законное обращение в полицию, он до сих пор на свободе и никто его не преследует. Трудно понять, чья могущественная длань прикрыла его от правосудия? Или ты так и не обратился в полицию, побоялся?
— Обратился, — ядовито процедил Астуриас, припоминая произошедшее недоразумение. — Кантора даже арестовать пытались, только ошиблись, идиоты. А потом, наверное, и пытаться перестали, как только Шеллар вмешался.
— Да нет, с делом разбираются… — вздохнул Артуро. — Тут одна накладка вышла, которой мы не учли… Этот неотесанный хам, оказывается, дворянин, кто бы мог подумать! А нас-то после революции мигом дворянства лишили. При таком раскладе совсем другая мера ответственности, даже если его признают виновным — вряд ли посадят.
— Такие вещи надо узнавать заранее! — Темные глаза ведьмы грозно сузились. — Небо, ну почему ты не родился нормальным полноценным вором! За что боги наказали меня сыном-бардом! Как я устала от твоих авантюр! Как ты не можешь понять, что если ваш поединок будут судить, то лучшей кандидатурой для этого окажется верховный судья королевства? Тебе что, надо подробно объяснять, сколько у тебя останется шансов, когда судья умен, могущественен и настроен против тебя?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
