Читаем без скачивания Охотники на мутантов - Лев Жаков

– Я попробую стереть его. Могут быть неприятные ощущения, терпи и не выходи. Я вызову синаптический резонанс, активное выделение нейромедиаторов… если без специальных подробностей – ты почувствуешь то, что чувствуют другие рядом с тобой, только сильнее. Постарайся сдержаться и не кинуться на кого-нибудь. Готов?

– А что, пусть кинется, – кривя рот, произнес Кабан, успевший закатать рукава куртки и громко хлопавший себя по бицепсам, будто разогревая их. – Пусть, я не против…

В гудение кабинки вплелся новый звук. Поначалу очень низкий, он становился все выше и пронзительней, вызывая вибрации где-то в солнечном сплетении. Ожог поморщился, Настька закрыла уши. Кабан, казалось, ничего не слышал, он кровожадно глядел на Рамира, неторопливо потирая ладони, похожие на ковши экскаватора. Пулеметчик явно готовился открутить сталкеру голову. А звук все нарастал – и наконец перешел в визг. Кабинка мелко задрожала, зазвенел металлический настил. Рамир сжал зубы, сцепил руки на груди, лицо его, светящееся фиолетовым, стало маской отвращения и ненависти, глазные впадины превратились в темные провалы. Белые полосы стремительно бежали сверху вниз, казалось, что фигура сталкера мерцает.

– Еще немного, потерпи, – с легким беспокойством произнес Борг.

Полосы пожелтели. Цыган нагнул голову, набычившись, уставился на стоящих перед ним. Залепившая кожу пленка из фиолетовой стала кроваво-красной. Настька невольно отступила – не только лицо, вся фигура сталкера полыхала ненавистью. Его начало трясти, лицо перекосилось, Рамир дернулся вперед, чтобы выскочить из будки, но напрягся, сдерживаясь. До них отчетливо донесся скрип зубов. На руках набухли вены, лицо покраснело… Наконец, не выдержав, Рамир запрокинул голову и заорал. И тут же окутавшее сталкера алое свечение лопнуло, взорвалось мелкими брызгами.

И растворилось в воздухе.

Красная синусоида исчезла с монитора, теперь там, как и на соседнем, бежали зеленые кривые. Цыган покачнулся и упал, ударившись о стенку будки.

– Рамир! – крикнула Настька, бросаясь к нему, но Ожог схватил ее за руку. Последнюю минуту капитан о чем-то напряженно размышлял и теперь, крепко ухватив девушку за кисть, потянул к себе.

– Все прошло удачно, – бесстрастно произнес Борг.

Синий свет в кабинке погас. Рамир поднял голову, посмотрел на Настьку и долговцев, кое-как выпрямился и вышел наружу. Размял шею, глянул на свои руки, растопырив пальцы, вытянул одну перед собой – она дрожала.

– Я не чувствую никакой разницы, – сказал он.

– Зато я чувствую, – проворчал Ожог. – Всё, закончили с проверкой? Теперь включай конвертер.

– Я не уверен, что есть необходимость… – начал Борг, и тогда капитан, зарычав, дернул Настьку на себя.

– Я это предвидел! – хрипло крикнул он. – Девка дорога тебе? Включай или сверну ей шею!

Цыган дернулся было к нему, но остановился, когда Ожог сжал горло Настьки так, что она разинула рот, пытаясь вдохнуть. Капитана перекосило от ненависти, глаз стал вишнево-красным.

– Я искал способ много лет и больше не буду ждать. Рамир обернулся к стеклянному саркофагу.

– Так включай его, чего ждешь? – спросил он. – То есть – включайся сам.

Борг молчал. Ожог сжал Настьку сильнее, она захрипела, и он немного ослабил хватку. Кабан стоял рядом, слегка покачиваясь с носков на пятки и обратно, будто готовясь прыгнуть на Цыгана. Из динамика донесся тихий голос:

– Отпусти ее. Настя, ты хочешь, чтобы я включил конвертер?

Капитан прижимал ее спиной к себе, девушка почти висела в его руках. Когда Борг задал вопрос, она слабо кивнула, попыталась оттолкнуть Ожога, ухватилась за его руку, лежащую на шее, и наконец сказала:

– Контролеров ведь надо уничтожить, правда? Почему ты спрашиваешь? Разве это сложно сделать?

– Чтобы уничтожить всех контролеров, мне придется включить конвертер на максимальную мощность. Но я – усилитель, нейроны моего мозга встроены в систему, через них развивается резонанс… Пси-индукция просто убьет меня, – сказал он.

– Что… как? – секунду до Настьки доходило, потом зрачки ее расширились, и она выдохнула: – Нет, тогда не надо, я не хочу этого!

– Включай! – заорал Ожог, вновь сдавливая ее шею. Рамир помимо воли шагнул к ним, протягивая руку, и

Кабан что-то глухо прогудел, резко качнувшись вперед. На широком грубом лице его было предвкушение, бицепсы вздулись, натянув ткань рукавов. Цыган остановился. Настька трепетала, судорожно дергалась в объятиях капитана.

– Если ты убьешь ее, Боргу будет незачем включать конвертер, – облизнув пересохшие губы, сказал Рамир. Ожог широко улыбнулся, и багровая кожа на правой половине лица собралась складками.

– Ну так я сломаю ей палец, – прошипел он, свободной рукой сжимая правую ладонь девушки. – Потом еще один, еще… Вы, двое, знаете, какая это боль?

– Я знаю такую боль, которая тебе и не снилась, – произнес Борг.

– Ты здоровый взрослый мужик, она – ребенок! Она будет кричать до тех пор, пока ты не сделаешь все, что мне надо…

Настька дернулась опять, Ожог силой разжал ее мизинец, ухватился за него, и Цыган не выдержал – зарычав, бросился к долговцу.

– Кабан, убей его, – приказал тот.

Здоровяк преградил сталкеру путь, а Ожог потащил На-стьку к саркофагу. Она хрипела и мотала головой.

– Смотри! – крикнул капитан, сжимая тонкий мизинец и поднимая ее руку. – Видишь? Решай, ну!

– Не надо, не делай этого! – крикнула девушка Боргу. Ожог отстранил ее от себя, развернув вполоборота, врезал кулаком в живот, опять прижал к груди. Настька разинула рот, скорчилась, не в силах вздохнуть. Капитан зажал ей рот, девушка повисла на его согнутой руке.

– Решай! – повторил Ожог. Правый глаз его полыхал безумным огнем и выпучился так, что казалось – еще немного, и он выскочит из орбиты, черным шариком заскачет по железному полу.

Кабан ударил. Цыган увернулся, отпрыгнув, врезал пулеметчику ребром ладони по шее. Здоровяк, кажется, даже не заметил этого.

Лихорадочно расстегивая ремень и бросая вокруг быстрые взгляды, Рамир стал медленно отступать. Сзади саркофаг, его нельзя задеть – Борг должен включиться и уничтожить всех контролеров, тут Цыган был заодно с Ожогом. Если бы тот не вел себя как идиот, не стал бы угрожать, что покалечит Настю, они могли бы столковаться и действовать сообща, но теперь… Кабан слишком ненавидит сталкера, с ним не договориться.

Из динамика донесся голос Борга:

– Хорошо, я все сделаю. Отпусти ее.

– Начинай, и тогда решу, что делать с твоей… – Ожог замолчал. Черный глаз шевельнулся, прищурившись, капитан уставился куда-то вбок. Из-за ярко горящего прожектора выступил силуэт с двустволкой. – Опять ты… – процедил капитан. – Жарик тебя не остановил?

Лесник прижимал приклад к плечу, глядя на долговца через мушку. Он хромал, на щеке была рана, от засохшей крови борода слиплась в жесткие темные сосульки. Сделав еще один шаг, он медленно произнес:

– Отпусти ее. Я не позволю включить эту штуку. Две пули размажут твой череп по всей пещере.

Кабан тем временем медленно наступал на Цыгана. Впереди был голый каменный пол, там как на ринге, помочь самому себе нечем, а Рамир знал: в честном бою против Кабана ему не выстоять. Рамир высокий и широкоплечий, но долговец почти на две головы выше и раза в полтора шире. Бицепсы не вмещались в рукава, шея как ствол старого дуба…

Ослабив хватку, Ожог спросил:

– Как ты прошел с оружием?

Он не собирался отпускать Настьку даже под прицелом, но она вдруг яростно дернулась, врезав локтем ему по ребрам, вывернулась и отбежала к саркофагу. Проводив ее взглядом, капитан добавил, обращаясь к Леснику:

– Там же автоматическая дверь.

– Необязательно входить через дверь, – ответил сталкер, медленно приближаясь к нему. – В этих пещерах искусственная вентиляция, решетки там ржавые. Отойди. В тот угол – быстро, ну!

Ожог попятился, не сводя с него взгляда.

– Дальше, – велел Лесник.

Настька остановилась возле саркофага. Неподвижный Борг смотрел на нее единственным глазом. Слабо улыбнувшись, она повернулась, испуганно поглядела в напряженное лицо Лесника – оно показалось ей совсем чужим. Капитан, отступив еще на пару шагов, сказал:

– Почему ты не хочешь, чтобы контролеры исчезли? Ведь ты же сталкер. Знаешь, что они делают с людьми. Почему…

– Потому что они – часть большого равновесия Зоны, – сказал Лесник. – Потому что вы нарушите его, уничтожив один из местных видов. Потому что… – Он замолчал ненадолго и добавил: – Потому что я люблю Зону такой, какая она есть. Поэтому надо убить Борга. – Повернувшись, Лесник опустил ружье ниже и прицелился в голову человека в саркофаге.

Кабан целиком сосредоточился на ненавистном Цыгане, его куцых мозгов не хватало на то, чтобы обращать внимание еще на что-то. Не замечая Лесника с ружьем, он прыгнул вперед, выбросив перед собой мощную руку. Ра-мир едва успел отклониться, сделал шаг в сторону. Краем глаза он видел, что в пещере появился Лесник, но сейчас было не до того. Он опять шагнул назад, услышал тихий плеск, скосил глаза – и бросился к проему в стене.