— Всякие запахи, — состроив недовольную гримасу, грустно сообщил Кот. — И давнишние, и сегодняшние…. Такое впечатление, что чуруки здесь шастают повсюду. То бишь, мы попали к ним в логово. Мы попали, а они спрятались…. Кстати, Бродяга, ты бы рассказал — куда это мы бредём по утренней росе. На карте показал бы. Напрасно, что ли, мы отдали за неё столько первоклассных самоцветов?
— Ладно, делаем короткий привал. Отдохнём, перекусим…
Костра в этот раз путники решили не разжигать. Позавтракали хоббитанскими пирожками Кролла. Мужская часть коллектива запила скромную трапезу грушевым сидром, Айна — красным раздольским вином.
После этого следопыт расстелил на плоском камне квадратный лист светло-коричневого пергамента и, небрежно тыкая в карту пальцем, приступил к пояснениям:
— Итак, вот река Сильверлоуд и посёлок Прибрежный. Это — хорошо вам известный Морийский хребет. Здесь, здесь и здесь — располагались перевалы, которых сейчас нет…. Идём далее. Светло-зелёный неровный треугольник — искомая долина Димрилл. Примерно тут расположен вход в легендарную Морию. Следовательно, там и сидит на цепи Зелёный Дракон. А, может, и не сидит, а лежит…. А, может, и не Дракон…. Мы находимся в этой точке. Ну, мудрецы, и каким маршрутом нам надо идти? Жду дельных предложений.
— Через два-три километра сворачиваем направо. По этому тёмно-коричневому распадку поднимаемся на седловину, — уверенно зачастила Айна. — Спускаемся вниз и выходим на нагорье…
— Не получится! — прервал её Бродяга. — Это не просто «нагорье», а Сизое Нагорье. Вернее, его северо-западный край. Здесь всё изрезано широкими и глубокими трещинами. Строить мосты через них? Дохлый номер, никаких брёвен не хватит…. И тут не пройти, пропасть. Правее — двухсотметровый обрыв…
— Что же тогда делать? — тоскливо спросил Томас.
— Что делать, что делать…. Путь в Димрилл всего один. Уходим налево. Вот этот розовый овал на карте — Долина Красного Камня. До неё мы доберёмся, если не случится ничего неожиданного, сегодня поздним вечером. Около подходящего родника с чистой водой встанем на ночёвку. А с утра будем искать пересохшее русло ручья Сираннона.
— Я читала про него! — радостно захлопала в ладоши Айна. — Знаменитый Ручей-у-Ворот! Но разве он пересох? Когда? Я читала, что он очень полноводный и бурный. С таким сильным течением, что взрослого коня запросто сбивает с ног…. Что же случилось?
— Не знаю, честное слово. Пересох и пересох…. Короче говоря, мы должны найти это русло. Оно и приведёт нас в Димрилл. В том смысле, что раньше Сираннон впадал в Зеркальное озеро. Некоторые, правда, утверждают, что он, наоборот, вытекал из озера. Но я то точно знаю, что впадал…. В любом случае, другого пути у нас нет.
— В озеро Келед-Зарама, — поправила Айна. — На берегу которого сидит Зелёный Дракон и ждёт нашего прибытия. Чтобы безжалостно разорвать на мелкие кусочки, опалить огнём и сожрать, понятное дело. Да, весёлая перспектива! Ничего не скажешь…
Когда они, тщательно уничтожив следы привала, тронулись дальше, Томас резко обернулся назад. Показалось, или, действительно, между двумя валунами промелькнула серая тень?
Он усердно шагал вслед за безымянным пони и, отмахиваясь от назойливой мошкары, молился про себя: — "Господи, сделай так, чтобы это был тот, о ком я думаю! Сделай так! Ну, пожалуйста…. Это же тебе ничего не стоит! Ты же — всемогущий! Мне очень надо переговорить с этим…, существом…".
До вечера путешествие протекало спокойно и обыденно. Шагали себе упрямо вперёд, переступая через крупные камни и регулярно обтирая пот со лбов. Обычное, в общем-то, дело…. Часа в три пополудни — на берегу крохотного ручейка — сделали плановую остановку, развели костёр, пообедали, вдоволь накормили пони, снова вышли на маршрут. Шли себе и шли…. Что наша жизнь? Игра? Полная и бессмысленная фигня! Наша жизнь — вечная ходьба. От привала — до привала…
Один раз в полчаса Томас — и резко, и исподволь — оглядывался назад. Странная и тревожная тень больше не попадалась ему на глаза. Но и ощущение, что кто-то незримо и осторожно двигается за ними следом, не оставляло.
Только один раз, уже после обеденного привала, на юго-западе послышался неясный гул.
— Там маленькая тёмно-зелёная точка передвигается по небу, — сообщила глазастая Айна. — Чтобы это могло быть?
— Наверное, какой-нибудь маг следует по неотложным делам на своём летающем ковре, — вслух предположил Томас, а про себя подумал: — "Или же
патрульный вертолёт совершает облёт вверенной территории…".
Уже на закате Отто, шедший первым, дошагал до границы водораздела, заглянул вниз и торжественно объявил:
— Ну, и ничего себе! Офигеть и не встать! Чтоб мне провалиться на месте! Так вас всех — да по-разному…
— Прекращай орать, — мрачно велел Бродяга, но, оказавшись рядом с Котом, сам не удержался от восторженных высказываний: — Надо же! Вот же! Ах ты, красотища какая…
Айна, ведущая нагруженного пони за длинную кожаную уздечку, вышла на узкую седловину перевала после следопытом. А вот её реакция на увиденное оказалась прямо противоположной: девушка, испуганно охнув, опустилась на колени и, закрыв лицо руками, принялась вполголоса выкрикивать гортанные и тревожные слова на гномьем языке.
Томас выбрался на границу водораздела последним, огляделся, эмоционально помотал головой, но ничего говорить не стал. А, зачем? Всё уже было сказано до него.
В лучах заходящего солнца — в полной тишине — узкая каменистая долина, открывшаяся их взорам, пылала всеми оттенками красного и приграничных к нему цветов: нежно-розовым, палевым, бордовым, ярко-алым, рыжим, янтарным, красно-жёлтым, пурпурным…
— А что же вы ожидали? — насмешливо проворчал Томас. — Долина Красного Камня, как никак…. Вон, волчья стая трусит куда-то. То ли, шерсть у зверей такая красноватая, то ли, вечернее солнышко так шутит…
Ночь выдалась беспокойной. Красные камни долины, видимо, остывая от дневных солнечных лучей, безостановочно потрескивали и звенели. Тоненько так звенели, жалостливо, словно бы исполняя философскую сагу — о тщете этого призрачного и неверного мира…. Где-то вдалеке выли на равнодушную жёлтую Луну волки — как им и полагается по их непростой волчьей должности. Таинственно и многозначительно ухал ночной филин. Оптимистично и весело трещали сверчки, которые ещё месяц назад должны были умереть, подчиняясь суровым законам природы. Но, почему-то, не умерли, а бодро трещали-звенели…. Почему не передохли? Да, просто так, из вредности, вопреки всему и вся. Чтобы всяким — бесконечно правильным и важным — не спалось по ночам. Под их тёплыми пуховыми одеялами, купленными на рождественских распродажах…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
