Он посмотрел на меня, словно хотел увидеть мою реакцию, но я не испытывала ни удивления, ни смущения. Наверное, я просто уже устала удивляться…
— Стоит ли говорить, что мне всё это совсем не нравится? — проворчал Рихтер мне на ухо, а я поджала губы и отрицательно помотала головой.
Мне нужен был хоть какой-то знак… Что-то, способное помочь убедиться, что я всё делаю правильно. Вот только где его отыскать, если даже история ордена ледяной смерти противоречит сама себе?
Вскоре коридор закончился, и мы вышли из голубоватого свечения в комнату, залитую ярким белым светом. Казалось, словно всё вокруг было покрыто тоненькой корочкой льда. Я осторожно ступила на пол, сделанный будто бы из стекла, но он не скользил. Это всё была игра воображения, магическая иллюзия… Вкруг около стен стояли хрустальные гробы, выполненные из той же магической субстанции, что и куб, в котором я впервые увидела Найела, а в центре комнаты стоял гроб, украшенный синими цветами, совсем такого же оттенка, как и когтистая лапа из моего сна.
Рихтер сильнее сжал мою руку, словно пытался убедить меня, что всё хорошо, и он рядом, а я и без того отлично знала это, потому улыбнулась, посмотрев на него, а затем вытащила свою ладонь и приблизилась к центральному гробу.
— Это король. Он должен был править ещё много лет, но из-за того, что некоторые последователи ордена оказались алчными, — начал ректор, а я всматривалась в местами мягкие, а местами суровые черты лица короля. У него были светлые русые волосы до плеч, идеально ровный нос, строго очерченные губы и чуть широковатый подбородок. Он был хорош собой и молод, хотя я думала, что король должен быть в преклонном возрасте, не моложе моего батюшки уж точно.
Краем глаза, отметив напряжение, с которым меня разглядывал Рихтер, я прошлась вдоль остальных гробов, разглядывая драконов, заключённых там. Кто-то из них был слишком молод, кто-то уже в возрасте. Я заметила женщину с копной ярко-рыжих волос, приблизилась к ней и посмотрела на неё. Нет, скорее всего, это была молоденькая девушка. Её розовые щёчки полыхали, словно она была живой и отчего-то засмущалась. Она точно была ведьмой, я чувствовала это. Значит, среди замурованных основателей находились ещё и ведьмы… Я окинула взглядом помещение, в котором мы находились, и насчитала тринадцать гробов вместе с королевским. Мне казалось, что основателей ордена должно быть меньше… Или больше? Впрочем, кажется, никто не говорил мне об их количестве.
Остановившись у очередного гроба, в котором мирно спал один из основателей, я стала вглядываться в его аристократичные черты лица. Было в нём что-то знакомое, но в то же время чуждое мне.
— Это правая рука короля… — услышала я голос Кайлана и вздрогнула.
И как он успел оказаться здесь? Я его совсем не заметила, что, впрочем, немудрено, ведь я была слишком занята изучением окружения.
— И твой родственник… — добавил Кай.
Я широко распахнула глаза и снова посмотрела на дракона, лежащего с закрытыми глазами. Возможно, именно схожие черты лица заставили меня подумать, что мы с ним знакомы. Я осторожно приложила ладонь к холодной поверхности и ощутила, как силы стало буквально высасывать из меня. Субстанция, больше похожая всё же на лёд, начала таять, а у меня так сильно закружилась голова, что едва удалось удержаться на руках и не рухнуть на пол.
— Ариэлла, стой! — разрезал тишину, звенящую в ушах, ректор.
И я остановилась. Я оторвала руку и посмотрела сначала на него, а потом на Рихтера. Он приблизился ко мне и молча обнял.
— Рано. Нельзя начинать пробуждение до полнолуния, потому что у тебя не хватил сил при любом желании. Мы не можем спасать основателей ордена, при этом рискуя твоей жизнью.
Рихтер как-то рвано вздохнул и посмотрел на драго Ревьера, как мне показалось, с уважением. Профессор Гаррисон сильнее прижал меня к себе, и на секунду вдруг мелькнула мысль — почему он не боится ректора, ведь тот совсем рядом, а потом взгляд скользнул на помолвочное тату на моём запястье, и уголки губ тронула улыбка.
— Нам пора покинуть это место, потому что основатели начали чувствовать твою магию, Ари, и если ты запустишь процесс пробуждения, ты убьёшь их или погибнешь сама.
Я кивнула. Мы с Рихтером двинулись обратно в коридор. Я обернулась на секунду и заметила, как Найел утирает слезинку, стоя около гроба короля. Я упустила шейода из зоны своей видимости и только теперь заметила, как сильно он страдает. Наверное, король был его другом или хозяином, и ему тяжело далась разлука.
— Кайлан покажет, как вам выйти около библиотеки, — кивнул ректор, и мы с ним попрощались, а он вернулся к Найелу и стал что-то говорить ему.
Кайлан шёл впереди нас с Рихтером и молчал. Он открыл нам таинственную дверцу, спрятанную в стене этого магического коридора, как только мы добрались до той. Лишь когда мы спустились на второй этаж, Кайлан посмотрел на нас с Рихтером и выдавил улыбку:
— Спокойной ночи, Ариэлла! Ну и тебе, брат… И поздравляю!
Кайлан ушёл, не дожидаясь слов нашей благодарности, которые полетели ему в спину, а мы с Рихтером остались наедине, и он крепко прижал меня к себе, склонил голову и впился в мои губы требовательным поцелуем.
Возможно, именно об этом он говорил, опасаясь нашей связи, но я ощутила, как внутри меня начал бурлить поток магии, готовый вырваться наружу… И это был только поцелуй, а что случился с моими силами, если мы займёмся любовью?! Словно почувствовав что-то неладное, Рихтер оторвался от моих губ и прикоснулся своим лбом к моему.
— Нужно спать, потому что завтра нас ждёт крайне непростой день… У тебя будет уйма дополнительных занятий.
— Мне следует привыкать к тому, что эти занятия дополнительные для кого угодно, но для меня основные, — пожала плечами я.
— А ты жалуешься на это? — деланно нахмурился Рихтер.
— Ну что ты! Как я могу жаловаться на то, что проведу время со своим женихом?
— Повтори это ещё раз, — чуть жмурясь, попросил Рихтер.
— Что именно? — я сделала вид, словно ничего не понимала.
— Твои слова про время и жениха… Они прозвучали как целебный бальзам…
— Я буду только рада провести время со своим женихом, потому что… Я люблю тебя, Рихтер! — прошептала я, чмокнула его в щёку и, не дав ему сказать что-то в ответ, поспешила в свою спальню.
Я быстро добралась до нужной двери, желая поскорее очутиться внутри, рухнуть на кровать и заснуть, вот только, когда я переступала порог комнаты, я заметила мелькнувшую неподалёку тень, и сердце стало с тревогой биться в груди.
Кто-то следил за нами?
— 89 —
Лёжа в постели я никак не могла избавиться от стойкого ощущения того, что кто-то следил за нами. Не узнали ли они об основателях ордена? Что, если мы опоздаем пробудить их? Что, если кто-то выкрадет их, чтобы не лишиться господства? А что, если этот кто-то самостоятельно сможет создать сыворотку бессмертия? Новую сыворотку? Вопросов снова стало очень много, и от их обилия уснуть никак не получалось.
Я всё думала… Думала… Время от времени вспоминала об амулете, подаренном мне при рождении, и о его связи с мадам Гротекс… А когда взгляд упал на помолвочное тату, мне стало вдруг безумно легко и хорошо, и я улыбнулась. Жаль, что пока я не могла засыпать рядом с ним… Рядом со своим женихом…
Хотя…
Наверное, я слишком размечталась… И без того помолвка — это то, на что я даже не рассчитывала…
Я всё-таки смогла заснуть с улыбкой на губах, а проснулась из-за громкого стука в дверь. Едва поймав связь с реальностью, я поднялась на ноги и подошла, чтобы открыть, не сразу сообразив, что могла сделать это голосом.
То, что не следовало впускать такого настойчивого «гостя», я поняла только в ту секунду, когда разъярённая Хлоя влетела в комнату, чуть ли не сбивая меня с ног.
— Прости, — прошептала она, а на её лице появилось страдальческое выражение. — Я не могу… Не могу бороться с магией… Прости…
Я не поняла, о чём именно она говорила, а через несколько секунд её губы растянулись в довольной улыбке.
