бархатную коробку, в которой лежала карта Visa Signature для очередного VIP-клиента, он больше походил на сказочного героя Кощея Бессмертного. Длинные пальцы на переливающемся бархате, впалые щеки, прозрачная кожа, пронзительный взгляд, словно колкие ледышки, и фирменная тонкая улыбка, когда губ почти не видно. «Главное, не теряйте документы, – мягким голосом предупреждал Булочник каждого. – Ваши деньги хранятся надежно, но на балансе банка не отображаются. Об этом знаете только вы и я. И документы тоже только у вас и у меня». Чиновников и силовиков такие правила игры устраивали, они никогда не хотели светить свои доходы, но всегда желали получать с них хорошую прибыль. Риск их пугал, но проценты манили. Булочнику никто не доверял лично, но вверяли ему свои миллионы. Принцип «жадность всегда победит» Булочник использовал на все сто процентов. В его Мастер-Банке можно было с комфортом спрятать свои накопления, взятки и откаты, не выводя их за рубеж. Булочник быстро сообразил, что алчность коррупционеров – выгодный бизнес. Пятнадцать процентов по долларовому вкладу – такой щедрый депозит надо было поискать. Да что искать, все равно не нашли бы. Такие VIP-вклады Булочник не ставил на баланс банка, а прятал от регулятора, ведя двойную бухгалтерию[428]. Он даже не скрывал этого, а говорил об этом клиентам открыто. Он предупреждал каждого нового обладателя черной бархатной коробки с привилегированной картой, чтобы он берег договор с «Мастером» как зеницу ока. И «вкладчики», опьяненные тем, что выгодно пристроили очередной миллион долларов, согласно кивали головами.
Булочника все устраивало: чиновники и разного калибра силовики – из ФСБ, из МВД – несли в Мастер-Банк миллионы, а за это покровительствовали Булочнику. У него была самая хорошая «крыша», все сплошь генералы и выше. В совете директоров Мастер-Банка был даже Путин. Ну и ладно, что Игорь, ну и ладно, что с президентом Владимиром он давным-давно не общался. Зато он был Путин: фамилия поможет, если начнутся проблемы. Булочник первым открыл этот способ – включать в совет директоров банка двоюродного брата Путина. С него начнут брать пример другие банкиры. Правда, это не поможет ни Булочнику, ни его последователям[429].
В какой-то момент Булочнику стало казаться, что он может все, будто он Мастер – именно с большой буквы. Большие связи позволяли ему заниматься настоящим бизнесом. Разве можно разбогатеть, платя большие проценты неформальным вкладчикам? Его реальным бизнесом стал обнал – обналичивание денежных средств (чаще всего от различных сомнительных операций). Многие знали, что Булочник работает за 3,5 % обнала. И почти все знали, что у него всегда можно получить рискованную услугу – обналичить деньги. И делал Мастер-Банк это быстро, в основном через банкоматы. Сначала нуждающийся в наличности должен был открыть счет в «Мастере», потом перевести деньги внутри банка на счет другой компании, а после этого ему выдавалась карточка на Василия Петровича Пупкина и ПИН-код. А дальше предстоял только физический труд: ездить по городу по определенным заранее банкоматам Мастер-Банка и снимать деньги по карточке. Работа в «Мастере» кипела с утра до вечера, броневики банка колесили по банкоматам и загружали их денежными средствами. Банкоматов у Мастер-Банка было достаточно. По этому показателю он уступал только государственному Сбербанку. За один вечер из устройств Мастер-Банка могли вынуть до одного миллиарда рублей[430]. Деньги Булочник покупал на рынках, там наличности всегда было в достатке. К тому же деньги на рынке продавались недорого – всего за 1 %.
Булочник был посредником для криминального мира, помогал обналичивать деньги. Началось это давно, еще в 1990-е. Но в криминальном мире так: сначала ты оказываешь одну услугу, потом вторую, третью и не можешь остановиться. Даже если захочешь. Много раз зампред ЦБ Виктор Мельников вызывал Булочника для бесед, пытался убедить, что не нужно делать то, что делает он, ведь в какой-то момент он станет ненужным; что стоит, по крайней мере, побеспокоиться за свою жизнь, когда на кону такие деньги. Булочник смиренно улыбался:
– Да, да, вы правы, конечно. Я подумаю.
Улыбался и ничего не делал. Но предсказание Мельникова сбылось. Момент, когда Мастер перестал быть нужным, наступил.
Все у Булочника шло хорошо до тех пор, пока силовики – МВД и ФСБ – не начали очередную внутреннюю войну, или, проще сказать, разборки. Для силовиков это обычное дело, они тесно связаны с криминальным миром, поэтому часто правоохранители выбирают модель поведения, похожую на криминальную.
Началась разборка задолго до прихода в ЦБ Эльвиры Набиуллиной, в 2011 году, когда президент Дмитрий Медведев по рекомендации своего помощника по кадрам Евгения Школова назначил молодого генерала МВД Дениса Сугробова на должность руководителя Главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции при МВД России[431]. Сугробов трудился активно, открывал дела одно за другим: махинации в Росагролизинге, Минобороны, при строительстве олимпийских объектов. И деятельность Мастер-Банка тоже начал расследовать Денис Сугробов. В 2012 году он представил ЦБ материалы о работе Мастер-Банка[432], но тот спустя полгода, сказав очередное «ай-яй-яй» Булочнику, закрывать банк счел нецелесообразным[433]. Центробанку было страшно у «Мастера» отзывать лицензию, потому что вкладчики принесли в банк около сорока миллиардов рублей.
Центробанк мог использовать шанс внутриведомственной войны и закрыть наконец Мастер-Банк. Ведь о его махинациях ЦБ знал уже лет десять как. И Булочник не раз приходил на ковер в ЦБ, и в Мастер-Банк постоянно посылались проверки с Неглинной. Но это не помогало, Булочник привык быть под постоянным давлением. Считал, что такие условия – часть его работы. Булочник давно понял, что Игнатьев не закроет «Мастер», а сам он имел слишком много обязательств перед разными представителями элиты, чтобы свернуть свой бизнес. У Центробанка была главная трудность: по закону «О банках и банковской деятельности» невозможно было отозвать лицензию у Мастер-Банка. Долгие годы – целых десять лет – ЦБ будет пытаться ввести в закон о банках понятие мотивированного суждения. Оно нужно, чтобы не откладывать решение по отзыву лицензии на время сбора доказательств: узнал ЦБ, что риски банкиров превысили допустимый максимум, – сразу отзываешь лицензию и только потом представляешь доказательства. Но депутаты все время отклоняли законодательную инициативу ЦБ. Ввести понятие мотивированного суждения удалось только в 2013 году[434], а применять и того позже – с 2015 года для определения круга связанных с банком лиц.
Так что Булочник ЦБ не боялся, зная, что закон на его стороне и Госдума много лет стоит на страже его интересов. ЦБ будет только грозить пальчиком, а сделать ничего не сможет.
Игра в поддавки ЦБ, Мастер-Банка и МВД шла почти десять лет. Она стала обыденностью, частью экономического ландшафта России. Игнатьев понимал, что «Мастер» – кость в горле, но не вынимал ее, так как осознавал величину последствий. Что происходит с рынком обнала, когда уходит крупный игрок? Растет стоимость услуги, давление на теневой сектор экономики усиливается. Игнатьев давно понял, что дело не в посреднике, которым был Мастер-Банк, а в самом явлении – теневой
