В конце 70-х годов в структуре ГРУ было два обрабатывающих управления, связанных с анализом и практическим использованием военно-технической информации полученной пятью добывающими подразделениями.
1-е управление ГРУ осуществляло агентурную разведку на территории Западной Европы;
2-е управление — на территории Северной и Южной Америки;
3-е управление — агентурная разведка в странах Азии;
1-е направление ГРУ — агентурная разведка в Москве. Речь идет о вербовке членов многочисленных политических, военных и научных делегаций, которые посещали столицу;
2-е направление ГРУ — агентурная разведка в Восточной и Западной Европе. Дело в том, что иногда военнослужащие стран НАТО посещали Восточный Берлин, где пытались продать экземпляры секретной военной техники или их пытались завербовать обитатели «Аквариума».
Добытые ими данные по военно-технической тематике, как уже было сказано выше, поступали в два обрабатывающих подразделения.
9-е управление, занимавшееся изучением военных технологий. Оно непосредственно было связанно с ВПК.
10-е управление, специализировавшееся на изучении военной экономики во всем мире, в том числе торговли оружием, военного производства и технологических достижений разных стран, производства и запасов стратегических ресурсов.
Поясним, что эта информация относится к структуре ГРУ начала 80-х годов и изложена на основе зарубежных источников.
В Министерстве внешней торговли на добыче технологий, запрещенных КОКОМ к экспорту в страны Восточной Европы, специализировалось Главное инженерно-техническое управление (ГИТУ). Его часто называли третьим добывающим ведомством[528].
Еще одно шпионское ведомство — Государственный научно-технический комитет (ГНТК). В этом комитете работали многочисленные сотрудники КГБ и ГРУ. Все они специализировались на НТР. Так же ГНТК был одним из координирующих органов в системе советского государственного промышленного шпионажа.
В мае 1955 года был образован Государственный комитет Совета Министров СССР по новой технике (Гостехника). Одна из основных задач этой организации — централизованное руководство процессами по внедрению в народное хозяйство новейших достижений науки и техники. После серии переименований она наконец стала именоваться Государственным научно-техническим комитетом Совета Министров СССР (ГНТК). На него возлагались задачи: изучение достижений отечественной и зарубежной науки и техники, издание научно-технической литературы, контроль за развитием и внедрением новой техники в народное хозяйство страны. Существенных различий между Гостехникой и ГНТК не было — они решали одинаковые задачи[529].
В апреле 1961 года ГНТК был преобразован в Государственный комитет Совета Министров СССР по координации научно-исследовательской работы (ГК по КНИР). Он как общесоюзный орган воспринял задачи функции ГНТК, объединил деятельность Академии наук СССР, академий наук союзных республик, министерств и ведомств в области научно-технических работ, возглавил руководство работой научно-исследовательских учреждений. В его задачи входили: внедрение достижений науки в народное хозяйство, координация международных связей министерств и ведомств, руководство постановкой сети научно-технической информации в стране[530].
В октябре 1965 года ГК по КНИР был реорганизован в общесоюзный Государственный комитет Совета Министров СССР по науке и технике (ГКНТ). Это преобразование преследовало цель превратить Госкомитет из органа по координации научно-технической работы в орган координации научно-технической политики. На него возложена подготовка, совместно с Академией наук СССР предложений по ведущим направлениям науки и техники; разработка межотраслевых научно-технических проблем; обеспечение циркуляции научно-технической информации; контроль за внедрением достижений науки и техники в народное хозяйство; осуществление связей с зарубежными партнерами по вопросам научно-технического сотрудничества.
Комитет мыслился как ведомство, призванное обеспечить проведение единой государственной политики в области научно-технического прогресса. Это подразумевало выдачу технико-экономических оценок уровня научно-технического развития в отраслевом разрезе и т.д. Госкомитет имел полномочия по установлению дополнительных задач научным учреждениям, по перераспределению ресурсов, по рассмотрению спорных вопросов[531].
В его задачи также входила организация поездок советских специалистов за рубеж и визитов их иностранных коллег в СССР. Несмотря на то, что часть ее сотрудников были офицерами «действующего резерва» КГБ и ГРУ, в шпионских скандалах времен «холодной войны» название ГКНТ прозвучало лишь один раз — в деле О. Пень-ковского. Объяснение этому простое. Эта организация не занималась вербовкой западных специалистов, она лишь давала наводку на потенциальных кандидатов. А ее реализацией занимались сотрудники разведки. Аналогичная ситуация с добычей информации по научно-технической и военно-технической тематике. Если ее удавалась получить, не вступая в конфликт с законом, например во время посещения выставки или компании собрать все рекламные материалы, то этим занимались сотрудники ГКНТ. А вот если интересующая их информация охранялась собственником, то тогда ее добычей занималась разведка.
Ежегодно ГКНТ приобретал полтора миллиона экземпляров западных научно-технических журналов. Все полученные издания скрупулезно обрабатывались советскими специалистами. Наиболее информативные издания доставлялись в Москву рейсами «Аэрофлота» и переводились во время полета. Кроме этого, по линии этого ведомства три с половиной тысячи специалистов ежегодно посещали зарубежные выставки, из них две тысячи — в США.
С помощью ГКНТ систематически организовывались стажировки сотрудников институтов Академии наук СССР в лучших западных университетах. Например, в 1980 году 374 советских гражданина посетили знаменитый Массачусетский технологический институт и приняли участие в международных конгрессах и конференциях.
В период с 1979 по 1981 год советские специалисты активно участвовали в 35 международных форумах с единственной целью: собрать необходимую для военной промышленности информацию (в области космической промышленности, радаров, микроэлектроники, солнечной энергетики и т. п.). Среди делегатов из СССР большинство офицеров КГБ или ГРУ.
В своих отчетах ВПК отмечала, что полученная таким образом информация позволила сэкономить миллионы рублей на научных исследованиях, что эквивалентно трехгодичной работе группы из сотни ученых[532].
За скромной вывеской Всесоюзного института межотраслевой информации (ВИМИ) скрывалась мощная организация, которая перерабатывала поступающую из-за рубежа научно-техническую информацию. Кроме этого она принимала заявки на получение новых технологий и изделий, определяла их возможное местонахождение и назначала задания добывающим органам.
Например, в 70-е годы срочно потребовались электронные компоненты американских крылатых ракет. ВИМИ определил компании, которые занимались их разработкой, сумму, которую можно потратить на приобретение образцов, и исполнителя — КГБ.
Самым важным подразделением в системе научно-технической разведки была Военно-промышленная комиссия (ВПК). Она координировала деятельность добывающих органов (распределение заказов) и раздачу добытой информации девяти министерствам, отвечающим за вооружение, и трем министерствам — химической промышленности, электроники и нефтехимии[533].
Аббревиатура ВПК идентична сокращенному названию «военно-промышленный комплекс». И это не случайно. Комиссия была управляющим и координирующим органом советской оборонной промышленности. Дело в том, что по многочисленным оценкам западных экспертов, информация, добытая по линии научно-технической и военно-технической разведок, сыграла важную роль в развитии отечественного оружия.
Алгоритм работы ВПК был простым, но оптимальным:
1. Комиссия собирала заявки от 9 министерств оборонной промышленности.
2. На основе этих заявок совместно с ВИМИ разрабатывался разведывательный план на год.
3. Затем план передавался всем добывающим органам не только Советского Союза, но и разведок соцстран.
4. Сбор данных, добытых за год, их обработка совместно с ВИМИ и распределение по «заказчикам».
5. Подсчет средств, сэкономленных промышленностью и научно-исследовательскими учреждениями.
Руководил ВПК с 1963 по 1985 год Л. Смирнов, а затем его сменил Ю. Маслюков[534]. Ежегодно в распоряжение ВПК выделялся специальный фонд в размере около 12 млрд. французских франков для финансирования конкретных операций[535].
