После сего Остан паки принялся благодарить Светлосана и объятиями своими доказывать ему усердие свое и приязнь, напротиву чего и другой равномерным образом старался ему ответствовать. По сказании друг другу равных учтивостей, просил древлянин Славенского князя рассказать ему подробно и о своих приключениях, которые были ему виною путешествия его в Индию, в чем Светлосан немедленно его и удовольствовал. По окончании его истории, рассуждали они все совокупно, куда им надлежит прежде ехать, и по нескольких словопрениях усоветовались они побывать у всех славных прорицалищ, дабы от них уведать, где сыскать и как победить Карачуна. По низложении ж сего страшного врага, обещал Славенский князь Остану возвратить древлянский престол вооруженною рукою, но неисповедимое в судьбах своих небо инако случай сей расположило.
Во время сих их рассуждений и предприятий солнце начало спущаться в океан, а небо покрываться мрачными и пространными облаками, которые угрожали путешественникам престрашною бурею. Чего ради, желая отвратить от себя ее нападки, понудили они коней своих поскорее бежать, дабы заблаговременно, сыскав ночлег, укрыться от непогоды. Но однако ж намерения своего совершить они не успели: буря предупредила оное и ужасными ветрами и мраком, соединенными с престрашным громом, с беспрестанным сверканием молний, с пресильным дождем и градом, сокрыла от очей их дорогу. Испужанные их кони сим беспримерным волнением природы весьма рассвирепели и помчали всадников своих туда, куда влекло их стремление и страх. Сколько славяне сил своих ни прилагали, дабы удержать устрашенных сих животных, но они, закуся удилы, разбежалися с седоками своими в разные стороны. Наипаче Светлосанов конь, будучи прочих сильнее и упрямее, умчал его тотчас у прочих из вида и, заблуждая с ним в темноте, носил его по долинам, горам и лесам, будучи непрестанно подстрекаем ударами грома и блистаниями молний.
Напоследок, по прошествии уже целой ночи, когда буря стала утихать и солнечные лучи освещать и согревать землю, конь его остановился в пространной долине, будучи весьма утомлен. Светлосан, лишась подобно сил своих, слез с коня и пустил его, стреножа, пастися по полю, а сам бросился в траву, чтоб получить себе между тем некое отдохновение. Однако ж весьма долго не мог заснуть, будучи тревожим мыслью о своих сопутниках и страшась потерять их в такое время, когда они были ему весьма нужны. Напоследок восшедшее солнце, начав испущать жарчайшие лучи и ослабив утомленные его члены, склонило нечувствительно ко сну, который был ему весьма нужен, по то ликом его изнеможении.
На сем пустом месте, окруженном отвсюду лесами, проспал бы он, может быть, до вечера, ежели бы не прервало его покоя следующее сновидение: представилось ему, будто бы он шел по пространному полю, украшенному цветами и тернием, во храм славы, который стоял на конце его поля; и когда уже он оканчивал к нему свой путь, тогда вылетевшее вдруг из оного чудовище, наподобие приближающейся смерти, застановило ему в оный вход и бросилось на него с остервенением; но в самое то время Вельдюзь, зять сего князя, отдернув его в сторону, поразил сие чудовище своим мечом. От сего тревожного видения Светлосан проснулся и увидел около себя бегущего зайца, который, посмотрев на него несколько, побежал от него прочь и в ту ж минуту, превратясь в соловья, улетел у него из глаз. Светлосан, обратясь в другую сторону, по причине происходившего оттуда рева, увидел коня своего терзаема двумя львами, из которых один, усмотри Славенского князя, бросился на него стремительно, чтоб его растерзать подобно, но Светлосан, вооружась Левсиловым мечом, укротил вскоре его стремление, рассекши его пополам. Другой лев, усмотря сражение своего товарища, кинулся ему на помощь, но князь умертвил и оного по недолгом его сопротивлении.
Избавясь таким образом от предстоявшей себе опасности, размышлял он долго о сем приключении и не мог надивиться, каким образом заяц, будучи толь робок и дик, осмелился ему помочь, но, вспомнив о вороне, превратившемся в сего рода зверка, начал он думать, не человек ли уже какой в толь странных видах помогает людям, будучи сам гоним, может быть, лютостью какого-нибудь чародея. Сие размышление привело ему на мысль бедного Вельдюзя, Видостана и прочих бедствующих от злобного Карачуна. При воспоминании их, горесть объяла его сердце, он пал ниц на землю, принося молитвы отечественным своим богам, и наипаче Белбогу, своему покровителю. Во время сей его молитвы услышал он следующий к себе глас: «Мужайся и дерзай!» Сей божественный глас вселил в него паки ослабшую его бодрость, он паки простерся на землю и принес благодарение ниспославшему сии слова.
По окончании своей молитвы пошел он в ту сторону, в которую полетел соловей, превратившийся из зайца. Целый день он шел, не евши ничего, кроме нескольких попадшихся ему на пути древесных плодов. Ночь препроводил он в лесу, тревожим будучи непрестанно лютыми зверями. И так, препроводи ее весьма худо, шел он на другой и на третий день без всякой почти пищи. Наконец, на четвертый уже день, будучи весьма утомлен и обессилен, усмотрел он вдали замок и весьма был тому рад, уповая в нем найти себе спокойное отдохновение от претерпенных им трудов.
Подошед поближе к оному, увидел он на воротах сего замка того же самого светозарного духа, который его избавил от Карачуна. При виде оного Светлосан пал ниц пред ним на землю, а дух изрек к нему следующее:
Здесь смерти одр,Жилище при;Будь, смертный, бодрИли умри.
Проговоря сие, дух стал невидим, а Светлосан остался рассуждать о его проречении. Он был в недоумении о словах его, которые грозили ему смертью в сем замке, ежели не будет он бодр, из чего заключил он, что должно тут скрываться важной тайности, которую весьма желалось любопытству его уведать. Приходило ему на мысль, что могут тут быть заключены родственники его либо друзья; вспомнилось ему и проречение Чернобогово, что он не инако достигнет до окончания бедств, как по пути напастей и предводительством неустрашимости. И так вообразя все сие и вооружась всею своею храбростью, предприял он вступить в замок и познать его таинства, во что б то ему ни стало.
По входе его в оный, медные ворота замка затворились за ним сами с превеликим скрипом и стуком, после чего увидел он по всему двору премножество людей из разных земель, в разнообразных положениях: иные из них были удивлены, другие испуганы, третьи той и другой страсти имели на лице своем знаки, а некоторые казались призывающими небо к себе на помощь. Светлосан, подошел к первому из них, хотел от него уведать причину странного сего зрелища, но нашел его окамененна. Он обратился к другому, но и того увидел в таком же состоянии; и напоследок усмотрел, что они все были камни, сохранявшие человеческий вид. Сие его удивило, однако ж не привело в робость. Но когда он прошел несколько по двору, то все сии окамененные люди учинили за ним превеликий крик и гарк: иные из них плакали, другие смеялись над ним, а третьи вопили:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
