«Вам наскучило в Венеции?»
«По всей видимости, наш любезный друг назначил слишком много свиданий…»
Предположение было встречено оглушительным хохотом. За неутомимость графа наполнили кубки, потом еще раз. Разбавили здравицу скабрезной историей и снова выпили. Карнавал провожали весело. Сен-Жермен охотно смеялся и пил вместе со всеми. Он знал, что услышан.
И не ошибся.
На следующий день, незадолго до полуночи, в дверь постучали. Негромко, но уверенно. Граф специально расположился в большом кабинете на первом этаже – из комнаты вела дверь во двор, и, чтобы впустить гостя, ему достаточно было крикнуть:
– Не заперто! – Не отрывая глаз от книги: – Располагайтесь. И извините меня – хочу дочитать главу.
Гость молча снял шляпу, плащ, прошел в комнату, судя по шагам – мужчина, некрупный.
– Вино, сыр…
– Благодарю.
Голос странный, шуршащий, наводящий на мысль о бегущих по лесу сухих листьях. Настолько странный голос, что граф с огромным трудом подавил желание посмотреть на визитера. Вместо этого буркнул:
– Вино придется наливать самим – я отпустил слуг.
– Весьма предусмотрительно.
Пробка с тихим «ох!» вырвалась из объятий бутылочного горлышка. Послышалось бульканье, и через некоторое время на столе, справа от Сен-Жермена, появился бокал с красным вином.
– Благодарю. Мне осталось совсем чуть-чуть.
– У меня есть время.
– Еще раз прошу меня извинить.
– Я сам большой любитель чтения и знаю, как трудно бывает оторваться от умной книги.
Граф захлопнул том и поднял голову.
Красный, расшитый золотом камзол, пышные кружева, невиданной красоты и невиданных размеров рубин на груди, красные тонкие губы и… красные глаза.
– Я знаю, кто вы, – спокойно произнес Сен-Жермен.
– Мы не были представлены, – учтиво качнул головой визитер. – Барон Александр Бруджа. К вашим услугам.
– Кардинал Бруджа, – вкрадчиво улыбнулся граф.
– Прошу, называйте меня бароном.
– Как будет угодно. – Сен-Жермен поднял бокал – Александр ответил вежливым полупоклоном, – пригубил вино. – Что заставило вас искать встречи, барон?
– Безысходность.
Удивленный граф поставил бокал на стол, с интересом посмотрел на вампира:
– Откровенно.
– Я хочу, чтобы наши отношения с самого начала строились на принципах открытости, – серьезно произнес Бруджа. – Тем более что даже мой камень не сможет скрыть от вас ложь. Вы слишком хороший маг.
– Вы искренни, – задумчиво подтвердил Сен-Жермен.
– Увы, я заинтересован в вас, а не наоборот. Поэтому приходится делать все, чтобы вы мне поверили.
Граф издал короткий смешок, но было видно, что он несколько растерян оборотом дел. Впрочем, Сен-Жермену не потребовалось много времени, чтобы взять себя в руки. Глаза похолодели, голос стал жестче, он даже подобрался, словно собрался прыгнуть на барона.
– Вы истинный кардинал Бруджа, хозяин Алого Безумия, могущественнейшего Амулета Крови. Вы пьете кровь и живете черт знает сколько. Мы для вас – пища. Чем я могу помочь вам, кардинал? И для чего?
Александр выслушал графа с непроницаемым лицом. Никаких чувств, никаких эмоций, ничего. Абсолютное спокойствие. Достойно выдержал паузу и, только убедившись, что Сен-Жермен закончил, позволил себе легкую нейтральную улыбку.
– Я знал, что не ошибся.
– В чем? – отрывисто спросил граф.
– Вас выгнали. Не так ли?
– Что… – Старая обида рванула душу Сен-Жермена. – Что вы сказали?
– Позвольте, я закончу мысль? – И тут же, не давая вставить ни слова: – Благодарю. Так вот, любезный граф, будем считать, что вы выполнили долг перед соплеменниками: высказали кровососу в лицо все, что вы о нем думаете, облили презрением и ненавистью. Теперь предлагаю поговорить по-настоящему. Цинично, откровенно и по существу.
Сен-Жермен покачал головой, но вновь не успел вставить ни слова.
– Вряд ли я удивлю вас, сказав, что уничтожение вампиров весьма непростое дело. Вы умный чел и понимаете, что не сможете избавиться ни от меня, ни от моего народа одним щелчком пальцев. Мы есть – это факт. И Тайный Город есть. Это тоже факт. А теперь ответьте, любезный граф, кто является большим врагом вашей расы? Погрязшие в междоусобицах масаны или Великие Дома, терпеливо выжидающие, когда вы совершите фатальную ошибку?
– Не вижу особой разницы.
– А она есть.
– Извольте поведать.
Барон прищурился, нехорошо улыбнулся:
– Источники.
– Что Источники? – не понял Сен-Жермен.
– У моей семьи их никогда не было. И не будет.
– Знаю. Ваша магия имеет специфические особенности.
– Которые делают нас слабее Великих Домов. Мы зло, но зло, с которым можно бороться. С Великими Домами даже Инквизиторы были вынуждены договариваться.
Граф побледнел от бешенства. Но промолчал.
– Так кто же больший враг вашей расы? Вы все еще не видите разницы?
Сен-Жермен поднялся, медленно прошелся по кабинету, потягивая на ходу вино. Бруджа хладнокровно наблюдал за передвижениями чела.
– Вы пьете кровь.
– Мы никогда не высушим всех челов.
– Вы сильнее.
– Но мы живем только ночью. Солнце несет нам смерть.
– Мы все равно будем врагами. Всегда. Вы для нас всегда будете хищниками. Мы для вас – пищей.
– А разве в вашем обществе действуют иные законы? Вы убиваете друг друга в гораздо больших количествах, чем нужно нам для пропитания.
– Это внутреннее дело. Хотим – убиваем.
– Раз уж зашел разговор… Сколько дуэлей вы назначили во время карнавала?
Лгать было бессмысленно:
– Две.
– И скольких челов вы убили?
– Двух и убил.
– Боюсь представить, что было бы, отправься вы в Венецию не развлекаться, а по делу.
– Речь шла о чести дамы, – поморщился Сен-Жермен. – И вообще, давайте заканчивать с душеспасительными проповедями. Мне прекрасно известно, что ни я, ни большая часть моих соплеменников не являются образцом благочестия.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
