Читаем без скачивания Китайская петля - Вячеслав Антонов

— Ну да, приду, наверно. — Татьяна неуверенно улыбнулась.

Тут как раз подошел ее автобус, Чен попрощался и, что-то насвистывая, вновь скрылся в ночной тени.

Все было сделано качественно. Конкурентам показали, кто теперь хозяин, сборы с мясных рядов пойдут китайцам. И Мастер скоро приедет. На семинар по даосской магии, намеченный в Красноярском государственном университете. Впрочем, все это лишь повод, а настоящая причина была совсем недалеко — озаряя ночь огнями плавки, изрыгал на полнеба фтористый дым Красноярский алюминиевый завод — второй по величине в России. Так что новые приказы не преминут последовать, это уж точно.

В Ситуационном зале Кремля проходило заседание Совета Безопасности Российской Федерации. Перед Президентом РФ лежал еще не подписанный указ о начале выполнения российской части совместного проекта с Китаем.

Все силовые министры объявили о готовности своих министерств к началу проекта. Министр иностранных дел предупредил о крайне негативной реакции США и их союзников — «Вы же понимаете, какой вой поднимется!» Поскольку формально проект был ответным шагом на действия Запада, вой решено было проигнорировать. Кроме того, шум по поводу первой части проекта должен был прикрыть подготовку его второй части, имеющей даже более важное значение.

В этот момент пришло сообщение — только что закончилось заседание Совета Безопасности Китайской народной республики, и Председатель ЦК КПК подписал аналогичный указ. Через некоторое время должен состояться визит в Москву представительной китайской делегации. В ходе этого визита будет подписан долгосрочный межгосударственный договор, который затем ратифицируют парламенты двух стран.

— Так что, товарищи? Есть замечания, вопросы, возражения? — последний раз спросил Президент, сняв колпачок с ручки и придвигая к себе текст указа.

Летний дождь, тихий и теплый, застал Андрея на берегу реки. Светлая енисейская вода покрылась рябью, исчезая в тумане, растворяющем лесистые горы на другом берегу. Легкие волны набегали на береговую гальку, на которой валялись выбеленные куски старых бревен и тяжелые якорные цепи, покрытые рыхлой коричневой ржавчиной. Влажный воздух наполнился запахом большой реки — рыбы, сухих водорослей, далекого дыма. Ветер стих, слышался лишь шорох дождя да мерный стук капель по капюшону старой штормовки.

Все замерло — время остановилось, пространство сузилось, очерченное линиями крутых склонов, растворяющихся в дожде. Потемнели коричневые скалы и осыпи, светлые прозрачные капли повисли на зеленых листочках акации и завитках ее коры, отслоившейся от крепких изогнутых, стволов.

«Что же мы сделали? Что за совместный проект? Что дальше?»— Андрей снова и снова задавал себе вопросы. Он многое помнил, понимая, — или догадываясь? — что экспедиция была успешной. К тому же в Академгородке у него была назначена встреча, на которой он надеялся выяснить если не все, то многое.

«Здесь, кажется». Постояв перед знакомым подъемом, Андрей двинулся вверх по овражку, стиснутому каменными стенками. Земля на скалах набухла, пропиталась водой, на подъеме она легко сдвигались ногой, оставляя на чистом камне темные следы. На середине склона подъем вывел на скальную полку, образованную ребром выступающей плиты. Плоскости скал гладко и тускло блестели под дождем, полка была покрыта мокрой щебенкой, в центре ее образовалась лужица, на поверхности которой непрерывно возникали-пропадали круги от дождевых капель. Капля — легкая быстрая волна — качание воды, пропадающее без следа…

Андрей подошел к невысокому отвесу, внимательно осмотрел место своего прыжка. Ничего особенного — скалы, осыпи, мокрые кусты акаций. Никакого волнения внутри. Машинально он поднял с земли две плоских каменных плитки и несколькими уверенными ударами отбил на одной из них заостренную кромку. С удивлением посмотрев на свою собственную работу, Шинкарев повернулся и двинулся дальше. Дождь тем временем стих, заголубело небо, блеснул первый солнечный луч, отражаясь на влажных ребрах скал. Мокрые леса на заречных хребтах засияли изумрудными пятнами и синими, как морская вода, тенями в распадках, по которым поползли полосы белого тумана.

Подъем стал положе, появилась тропа, идущая по узкому гребню травянистого склона. Встретилась первая пустая бутылка, покрытая каплями. Из-за края горы показались типовые пятиэтажки Академгородка. Там, на конечной остановке, стояло небольшое кирпичное кафе — туда и направился Андрей. Повесив мокрую куртку на спинку стула и взяв чашку кофе, он сел лицом к широкому окну, глядя на прояснившееся голубое небо, мягкие зеленые горы и теплые коричневые скалы на их вершинах.

«Азия, в сущности… А вот мы, русские, — чужие здесь или свои? Должны мы здесь жить или лучше, чтобы нас тут не было?» Кто ответит? Только сам себе — больше некому.

— Красивая природа, — послышался сзади знакомый голос.

Андрей обернулся — Мастер. Все правильно, так они и договорились.

— Здравствуйте, Ши-фу.

— Здравствуй. Что ж, теперь ты совсем дома.

— Похоже, не совсем.

— Почему? — Китаец вприщур глянул в глаза Андрею.

— Мне кажется, вое вокруг какое-то непрочное. Будто ненастоящее.

— Как сказал один из патриархов Чань: «Много лет я искал дорогу домой, а теперь забыл, откуда пришел». Ты помнишь что-нибудь?

— Какие-то женщины, лошади, огонь. Я все позабуду?

Шинкарев помнил почти все. Но говорить об этом не собирался.

— В дневном сознании — да, — ответил господин Ли Ван Вэй. — Но в снах это будет возвращаться. Правда, все реже и реже.

Мастер отошел к стойке, взял себе стакан минеральной воды. Вернувшись за столик, достал из внутреннего кармана титановые часы, положил перед Андреем.

— Твои. Нам чужого не нужно.

— Спасибо. И спасибо вам за Таню, — сказал Шинкарев, защелкивая «Ориент» на запястье.

— Это не моя заслуга, — спокойно ответил Мастер. — Твоя. Таня встречается с Ченом, ты это знаешь?

Андрей знал это. Знал и о том, что произошло на темной заводской окраине. Достойный поступок, ничего не скажешь. И тем не менее Андрей не хотел видеть Чена рядом с Татьяной. По той же причине, по которой и сам прервал отношения с ней. Но кто он такой, чтобы вмешиваться в личную жизнь двух взрослых людей?

— Таня самостоятельный человек и способна решить, с кем ей встречаться. Я слыхал, Чен собирается уезжать?

— Он уже уехал.

— Куда?

— А вот сейчас и посмотрим, — ответил Мастер, глядя на синий экран телевизора, по которому прыгала белая стрелка. Приближались «Новости». Прошла заставка, послышался голос диктора:

…после принятия в Европейский Союз Литвы и Польши и блокирования этими странами сухопутного сообщения с Россией экономика и управление Калининградской области столкнулось с большими трудностями. В этих условиях Президент и Правительство Российской Федерации приняли решение удовлетворить просьбу Китая и передать ему в аренду территорию Калининградской области сроком на пятьдесят лет. Согласно условиям аренды, Россия сохраняет контроль над следующими объектами: янтарным комбинатом, базой Балтийского флота, городом и портом Калининград, главными международными автомагистралями и границами…

«Ну ни хрена себе, сказал Внутренний голос. Мать твою, что же мы наделали?!»

А диктор продолжал:

…на территории Калининградской области предполагается создание мощных производственных комплексов, ориентированных на выпуск товаров для европейского рынка. Для работы на этих предприятиях и обеспечения сопутствующей инфраструктуры, а также сельского хозяйства, будет организовано переселение нескольких сот тысяч граждан КНР. В течение срока аренды китайское население этой территории может достигать нескольких миллионов человек…

— На этой территории китайцы будут производить свой ширпотреб? — спросил Андрей.

— Почему ширпотреб? Хорошие товары. Главное, рядом европейский рынок.

— Но кто их пустит на европейский рынок? Ведь производство будет на территории России?

— Не совсем. Калининградская область получит международный статус «арендованной территории». Такой же, как, например, зона Сайменского канала, используемого Финляндией. Кроме того, если головная фирма зарегистрирована в Китае, то где бы ни была произведена ее продукция, на ней будет стоять «Made in China».

— Будет стоять, и что?

— Как что? Китай же член ВТО, Всемирной торговой организации. А значит, европейский рынок открыт для его товаров. Я тебе больше скажу — само вступление Китая в ВТО было сделано в расчете на появление такого европейского плацдарма.

«Хитро! Почти как с Джунгарией».

— Да… — покачал головой Мастер. — В перспективе: два-три миллиона китайцев. И это только легальных. Со своими кланами, «триадами», нарко-траффикантами. По восемь-десять детей в каждой семье. Много работы.