Ведь Фозер предупреждал его. Педантичный и осторожный Фозер не раз достаточно резко говорил начальнику, чтобы тот взял с собой посох. Но Сигурд только отмахивался. А Фозер все удивлялся такой легкомысленности магистра. Ведь раньше Сигурд никогда не расставался со своим главным оружием…
Стоп. Раньше… До того как в Эрине появилась я, главный маг города всегда брал свой посох. Но вот пришла я, самоуверенная огневичка, способная творить заклинания хоть голыми руками. И он все чаще начал оставлять его в башне.
Ох, Сигурд, глупый-глупый Сигурд… Ты хотел доказать, что не хуже меня? Что ты — магистр Воздуха! — способен справиться со своим делом и без помощи посоха? Или ты просто хотел… хотел произвести на меня впечатление? А потому вел себя столь необдуманно и безрассудно? Как и любой мальчишка, пытающийся привлечь внимание девочки, которая ему приглянулась.
Ох, Сигурд… Моя бедная нижняя губа снова пострадала от моих же зубов. Значит, и тебя тоже погубила я. Смертельный удар нанесла тебе тень таинственного древнего некроманта, но именно я сделала этот удар возможным. Если бы у тебя был посох, ты бы размазал тень по всей поляне. Наверняка. Ведь ты был очень опытным и сильным магом. Но у тебя его не было… Твой посох остался в Башне.
Я села на подвернувшийся камень и заплакала. Гарл, мой верный и мудрый волкодав, снова уткнулся мне в бок своей теплой мохнатой мордой.
Глава 13. За Стеной
Теневое море, остров Дороттайн,
подпольная таверна.
13-й день месяца Надежд, год 493-й от В.Л.
Джереби уже ждал меня.
Я отправился в таверну сразу, как вышел из покоев архимага, но он сумел меня опередить. Я постучал в дверь, привратник, услышав знакомую комбинацию ударов, открыл сразу и, не говоря ни слова, повел меня на второй этаж. В таверне было настоящее столпотворение. Кто-то отмечал отъезд с Дороттайна, кто-то, наоборот, оплакивал свою жизнь и карьеру. Многие прожили на острове долгие годы и, кроме изучения Тьмы, были мало на что способны. Перспектива отправиться на войну с ее порождениями их откровенно пугала.
Магистр сидел в том же самом кабинете, где мы разговаривали в первый раз, перед ним стоял графин с водой. В руке он сжимал кружку, смотрел в нее и что-то бормотал себе под нос. Он принюхался к ее содержимому, немного отхлебнул и тут же сплюнул прямо на стол.
— Не получается, — недовольно сказал магистр и выплеснул воду на пол.
Теперь он смотрел на меня. Жуткие мешки под глазами, страшная бледность и безумный блеск во взоре. Парваль по сравнению с ним выглядел бодрячком.
— Отмечаете, господин магистр? Вы ведь знали все с самого начала, так? Все, почти все были потрясены, но у вас даже легкого удивления на лице не было!
— Ты о чем, Людвиг? А, о речи Шрестика? Ну, так чего мне ее слушать, половина — точно моя работа. Сам-то он красноречием не отличается. А у меня были мысли и поважнее, — меланхолично закончил Джереби, налил в кружку воды из графина и протянул мне. — Пожалуйста, мой мальчик, уважь друга Ногодила.
Я выбил кружку из его руки, она ударилась о стену и разлетелась, меня забрызгало с ног до головы. Но мне было плевать.
— Чего тебе от меня надо, Ногодил? Почему ты ко мне прицепился? Задание Подогайна ты выполнил, я так никому про "Леди" и не рассказал. Я что, напомнил тебе погибшего брата, сына, друга, любовника? Просвети же меня, наконец!
Мой эмоциональный выплеск произвел на него заметное впечатление. Он оживился и посмотрел на меня с интересом.
— Неплохо, очень неплохо. Но ты переоцениваешь себя, мой мальчик. Ты отличный парень, да. И мне было бы очень приятно, если бы у меня был такой брат, сын, друг или… хм… друг. Но дело не в тебе, Людвиг. Да, не в тебе.
— А в ком же? — магистр опять сумел меня заинтриговать.
Джереби не ответил. Он налил воды в оставшуюся кружку и пододвинул ее ко мне. Затем вытащил из-под стола еще одну, пробормотал: "Так и знал, что она пригодится", — и выжидательно посмотрел на меня.
Я сел напротив, взял кружку и очистил в ней воду. Джереби поставил рядом вторую. Я отлил в нее часть воды, поставил свою кружку на стол и посмотрел на магистра. Тот хмыкнул и выбрал кружку с осадком. Он сделал большой глоток и улыбнулся. Левый глаз задергался, выдавая сильное напряжение.
— Я слушаю, Ногодил.
— Я никогда не был женат, Людвиг, но однажды в одном из канийских городов у меня родился сын. Да, сын, и не смотри на меня так. Не имеет значения, как это вышло и кто его мать. Был ли он ошибкой или плодом любви? Не знаю, Людвиг. Да, не знаю. Прошло столько лет, а я до сих пор не знаю. Я редко видел его. Одно время я хотел забрать его к себе в Лакрис, но к несчастью у мальчика открылся магический дар. Почему к несчастью? Потому что это был дар к водной магии. Да, к водной. А я уже был в свите Подогайна. Ты же знаешь, как он относится к водным?
— Знаю, Ногодил.
Мы выпили, у Джереби задергалась левая рука. Он убрал ее под стол.
— Выбирая между сыном и архимагом, я выбрал архимага. Мальчик рос, однажды у него погиб любимый котенок. Мать хотела выбросить труп, да. Но он так переживал, что она не решилась силой отрывать ребенка от еще теплого тела друга. Наутро ребенок снова играл со своим любимцем.
Я опрокинул кружку себе на мантию.
— Да, мой сын оказался некромантом. Сильным природным некромантом. Он захотел, чтобы котенок ожил, и тот ожил. И наутро выглядел как живой. Почти. Он даже не пах, да. Замечательный зомби. Мать перепугалась и сообщила мне. Я предложил им уехать подальше от людных мест и переслал денег. Они так и сделали. Но однажды меня вызвал Подогайн. У него отличные ищейки, да, они узнали все, и архимаг потребовал, чтобы я сам отдал ребенка инквизиторам. Это должно было искупить мою вину, ведь я пытался скрыть его.
Магистр посмотрел в закопченный потолок. Из соседнего кабинета доносилась веселая песня.
— Я снова выбирал между сыном и архимагом. И снова выбрал Подогайна. Я пошел к инквизиторам, да. Меня принял магистр Огня, некий Джефар Стамли. Я рассказал ему обо всем, а потом мы вместе поехали туда, где скрывался мой сын, да. Мать кричала и сопротивлялась. Она не хотела отдавать ребенка инквизитору, но я убедил ее, что так будет лучше. Что инквизиторы позаботятся о нем, что помогут ему отринуть Тьму и стать нормальным ребенком. А потом и нормальным магом. Стамли стоял рядом и ничего не говорил. Я убедил ее, да. И инквизитор забрал моего сына с собой. С тех пор прошло три месяца.
Магистр протянул мне пустую кружку. Я сделал вторую порцию. На этот раз я оставил кружку с осадком себе. Джереби благодарно кивнул.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
