— Если встретите Альмавер, скажите ей, что зла не держу и буду ей рада всегда.
Рохо пообещал, но не сказал Бонасис, что её дочь вряд ли вернётся, пусть у неё будет хоть какая-то надежда. Самусь, покинув Мессаку, отправился в сторону столицы, Арбинара.
— Полетели к Лотту, — сказала Маргина, — в такой ветер король вряд ли начнёт празднества.
Рохо летел впереди, а за ним Русик и Лоори. Замыкали эскадрилью Онти с Доомом и Маргина с Мо. Лотт и Вета рады гостям, но их удивило их количество.
— Что-то случилось? — спросил Лотт, а Вета внимательно рассматривала грязного Русика и такую же Лоори, не понимая, откуда они прибыли. Балумут, обрадовавшись возвращению Мо и Блуждающего Нефа, тут же пристал к ним со своими крыльями.
— Хорошо, — согласился Мо, — только ты закрой глаза и сиди, не шевелясь.
Балумут обосновался посредине двора, а Мо и Блуждающий Неф, каждый со своей стороны принялись сооружать ему крылышки. Через некоторое время Балумут принялся хихикать.
— Ты чего? — спросила Маргина.
— Щекотно, — ответил Балумут.
Когда Мо и Блуждающий Неф закончили работу, окружающие тоже хихикали в ладошки. Балумуту сказали открыть глаза и он принялся поворачивать морду, пытаясь увидеть свои крылья.
— Попробуй взлететь, — предложил ему Вава, облетая маленькие белые крылышки медведя. Балумут усиленно замахал, отчего Вава отлетел в сторону.
— Ого, вот это да! — восхищённо воскликнул Вава. — А взлететь можешь?
Балумут попробовал, но не поднялся даже на вершок.
— Балумут, если ты не сядешь на диету, летать ты не сможешь, — сказала ему Маргина, прикрывая рот. Балумут на её слова не обратил внимания, для него важен факт наличия крыльев, а не их функциональность.
Пока помылись, покушали, на землю опустился вечер. Маргина зажгла шар во дворе, как маленькую, домашнюю звезду и сказала:
— Где же, всё-таки, Сергей?
— Давайте проанализируем всё, что мы знаем, — предложил Блуждающий Неф.
— Так, первыми на Глаурию отправились Элайни и Бартазар Блут, — начала Маргина, но Рохо её перебил: — Первым на Глаурию, находящуюся пятьдесят два мегапрасека назад, отправился Хамми, желая проверить, что затевает Бартазар Блут. Он вернулся на Деканат, а станцию из Глаурии автоматически отправил на Гренааль.
— Зачем? — не поняла Маргина.
— Пошутил, чтобы сбить с толку Бартазара Блута, — ответил Рохо.
— Хороши шутки, — хмыкнула Маргина. — Пусть, первым был Хамми, а потом на Глаурию отправились Элайни и Бартазар Блут.
— Нет, — сказал Рохо.
— Что ты меня перебиваешь? — возмутилась Маргина.
— Элайни на Глаурию отправилась одна, а за ней станция репликации, — сказал Рохо и добавил: — На планете Деканат пропали три глея, я думаю, что они отправились вместе с Элайни.
— А куда девался Бартазар Блут? — спросила Маргина.
— Бартазар Блут на тарелке прилетел на Контрольную и, вместе со станцией репликации, отправился на Деканат, — сказал Рохо и добавил:
— А Хамми, в это время, с помощью прибора в лаборатории на Деканате прыгнул на планету Контрольная.
— И по моей просьбе забросил Анаписа и Альмавер на планету Деканат, — добавил Блуждающий Неф.
— И им досталось, — улыбнулась Маргина.
— В это время Бартазар Блут из Деканата отправился на Глаурию на пятьдесят два мегапрасека назад, — добавил Рохо.
— А мы с Хамми, Онти и Рохо на тарелке летели на Парники, чтобы перебраться на Гренааль, думая, что Элайни полетела туда, — вставил слово Русик.
— Ага, летели, как пауки в банке, — хихикнула Онти, а потом вспомнила: — На этих Парниках меня чуть не съели.
— Из Парников вы прилетели на Гренааль и узнали, что Элайни туда не перемещалась, а были мы с Мо, — констатировала Маргина.
— Мы с Хамми попали в вашу ловушку, — сказал Рохо.
— Которую мы благополучно отправили на Деканат, — засмеялся Мо.
— И из которой мы выбрались на Глаурии, куда попали вместе с Анаписом и Альмавер, — заключил Рохо.
— Всё как будто понятно, только неясно, куда же девался Сергей? — сказала Маргина, обведя всех вопрошающим взглядом.
Все молчали, так как ответ на такой вопрос никто дать не мог. Молчанье неожиданно нарушила лошадь, появившаяся из темноты и сказавшая:
— Всем добрый день.
Все уставились на тёмную лошадь, которая рассматривала сияющий шар наверху.
— У вас романтично, — сказала лошадь, в упор рассматривая всех.
— Вы кто? — спросил Доом.
— Перед вами товарищ Тёмный, Наблюдатель Кольца, — сообщил Блуждающий Неф.
— Мы в чём-то провинились? – спросила Маргина, на что лошадь ответила:
— Есть немного.
— И что нам грозит? — спросила Маргина.
Товарищ Тёмный вытащил откуда-то листок бумаги и, присев на зад, развернул её передними копытами. Обведя всех внимательным взглядом больших влажных глаз, он, шевеля лошадиными губами, принялся читать.
«Властью, данной мне Кольцом:
1) Мо, назначается Хранителем на планету Парники,
2) Блуждающий Неф, назначается Хранителем на планету Гренааль,
3) Маргина, назначается Хранителем на планету Глаурия,
4) Онти, назначается Хранителем на планету Контрольная,
5) Рохо, назначается Хранителем на планету Деканат.
Приказ обсуждению не подлежит, и вступает в силу с момента оглашения».
Все застыли на месте, ошарашенные известием.
— Я не могу быть Хранителем, — отозвалась Онти, — я ещё маленькая.
— А что будет, если кто-то откажется? – спросила Маргина.
— В ином случае – дезинтеграция, — тихонько сообщил товарищ Тёмный, и добавил: — Я, надеюсь, все знают, что это такое?
Все замолчали, а потом принялись обсуждать, не обращая внимания на товарища Тёмного.
— А куда тогда денется Хаммипапа, если я назначена Хранителем на Глаурию? — удивлённо спросила Маргина.
— Я думаю, что это профессор Бартазар Блут, — ответил товарищ Тёмный, — который тут покуролесил.
Маргина открыла рот и присела на траву. Остальные продолжали обсуждать сообщение Тёмного, пытаясь соотнести свои назначения со своими намерениями.
— Ещё вопросы есть? — спросил товарищ Тёмный.
— Скажи, Тёмный, почему на Земле нет станции репликации? – задала неожиданный вопрос Маргина: — А то, знаешь, так неудобно туда добираться.
— Там слишком умный и озорной народ, — ответил товарищ Тёмный, — того и гляди, революцию в Кольце сделают.
Маргине показалась, что товарищ Тёмный знает об этом не понаслышке, а принимал в революциях на Земле самое непосредственное участие. Только, непонятно, в каком обличье: либо человека, либо лошади. «Может, он был лошадью товарища Будённого?» — предположила она, зная немного историю Земли и подумала: «Как бы он не услышал». Отогнав крамольные мысль, она спросила у Тёмного:
