Когда в комнате появилась Велвет, он не взглянул на нее, а сидел, глядя прямо перед собой. Велвет закусила губу, чтобы остановить навернувшиеся на глаза слезы, и едва удержалась, чтобы не окликнуть его. Она знала, как нужна ему сейчас, хотя никто не мог бы сказать этого, глядя на его спокойное лицо. Возможно, он и сам этого не знал.
Она заняла место за другим столом рядом с Литчфилдом и адвокатом. Парментер, высокий и представительный мужчина лет сорока, седеющий шатен с кустистыми бровями, несколько секунд изучал бумаги, а потом взглянул на нее и ободряюще улыбнулся.
После соблюдения обычных формальностей Томас Рэндалл, исполнявший обязанности председателя суда, перешел к сути дела:
— Позвольте мне напомнить всем вам, что настоящее заседание — это только слушание, представление доселе неизвестных свидетельств преступления, совершенного восемь лет назад. Обвинения по этому делу влекут за собой весьма тяжелые последствия. Более того, эти обвинения выдвигаются против герцога Карлайла, что делает их еще более серьезными. Если бы они исходили от другого человека, а не от титулованного лица с незапятнанной репутацией — маркиза Литчфилда, мы даже не посчитали бы нужным принять их к рассмотрению. — Он пошелестел лежащими перед ним бумагами, перебирая их. — С другой стороны, герцог Карлайл выдвинул обвинения против своего брата не только в убийстве отца, в чем заключенный уже был признан виновным, но также и в убийстве графини Брукхерст.
Велвет вздрогнула. Джейсон издал неопределенный звук. Литчфилд весь напрягся.
«Боже милосердный!» Волна негодования, смешанного с яростью, захлестнула Велвет, голова у нее закружилась. Не осмеливаясь посмотреть на Джейсона, она бросила взгляд на сидящего рядом маркиза. Он успокаивающе похлопал ее по руке.
Адвокат встал:
— Обвинения в адрес моего клиента в убийстве леди Брукхерст абсурдны, милорд. Нет никаких оснований считать, что человек, убивший Силию Роллинс, — Джейсон Синклер.
— Герцог считает, что такие основания есть. Есть свидетель, который видел убийцу, выходящего из жилища графини. Обвинитель просит привести леди к присяге, чтобы она могла дать описание человека, которого видела на месте убийства.
«Боже мой, они говорят обо мне!» Велвет почувствовала, что готова упасть в обморок.
— Насколько я понимаю, вы говорите не о жене моего клиента, — произнес адвокат, зная, что присутствие Велвет в день убийства в доме графини запечатлено в обстоятельствах дела.
Из угла зала раздался голос Эвери — до сих пор он молча сидел там с представляющим его адвокатом:
— Я имел в виду жену моего брата, если она и в самом деле его жена.
Смысл сказанного был ясен всем присутствующим. Литчфилд хлопнул ладонью по столу. В зале стал нарастать шум, и председатель постучал по столу своим молоточком:
— Слушайте, слушайте!
— Ваша честь, нет причин злословить о моральном облике миледи, — холодно произнес адвокат, парируя выпад Эвери, и Литчфилд понял, что он заслуживает своего гонорара. — Брак заключен официально. Мы можем представить все необходимые документы, если судьи затребуют их. Я не нахожу связи между браком моего клиента и сутью дела.
— Ваша точка зрения понятна, — произнес Томас Рэндалл. — Мы хотим слышать показания леди.
Велвет покачала головой.
— Нет, — прошептала она. — Мои слова будут неверно истолкованы. Прозвучит так, словно я видела тогда Джейсона. Я не могу…
— Милорды, — встал из-за стола Литчфилд. — Леди явно взволнована, чтобы давать показания. Позвольте напомнить вам, что, как и сказал мистер Парментер, человек, которому предъявлено обвинение, — ее муж. Кроме того, она уже давала показания представителям властей. В процессе расследования преступления она уже дала описание человека, которого видела на месте преступления, констеблю, который вел дело. Полагаю, эти показания удовлетворят высокий суд.
Рэндалл сделал знак одному из секретарей суда.
— Вполне возможно. Думаю, у вас есть это описание, которое нам любезно предоставил констебль Уиллс. Пожалуйста, прочитайте его.
— Слушаюсь, ваша честь.
Невысокий коренастый клерк откашлялся и принялся читать показания Велвет:
— «Это был высокий мужчина, мускулистого сложения. У него темные волосы, без пудры и перевязанные на затылке ленточкой. Лица его я не видела».
— Нет! — вскочила с кресла Велвет. — Это был не Джейсон! Я бы его узнала! Я не могла не узнать его!
Молоточек в руках председателя суда снова воззвал к порядку. Слово взял другой судья:
— Как вы сами заявили в показаниях, миледи, вы не видели его лица. Так вы видели его или нет? Что здесь правда?
Сердце Велвет колотилось так, словно было готово вырваться из груди. Ложь могла только осложнить положение.
— Я… я не видела.
— Благодарю вас. Пожалуйста, присядьте.
Она повиновалась, горло ее пересохло, в ушах все еще стоял стук молотка.
— Я напоминаю всем вам, — произнес Томас Рэндалл, — что настоящее заседание является неофициальным. Заключенный уже был приговорен. Мы собрались здесь только для того, чтобы решить, заслуживают ли открытые обстоятельства нового рассмотрения и достаточно ли их для того, чтобы изменить решение предыдущего суда. Мистер Парментер, вы можете огласить ваши доказательства?
Замерев на краешке кресла, Велвет во все глаза смотрела, как адвокат передал тощую стопочку бумаг шести королевским судьям.
— Если суду будет угодно, — сказал Парментер, — свидетельница Бетси Маккарди прибудет по первому требованию. Ее показания устранят любые сомнения, которые судьи могут испытывать при установлении виновного в этом деле.
— Я хотел бы задать вопрос лорду Литчфилду, — произнес один из судей, вперя в Люсьена вопросительный взгляд. — Мне хотелось бы знать, почему вы не пришли к лорду Рэндаллу со всей этой информацией? Чего вы хотели добиться в присутствии лорда Рэндалла, пригласив герцога Карлайла в пустой склад?
— Мы надеялись добиться признания герцога, милорд. Оно значительно облегчило бы вашу задачу.
— Совершенно верно, как и признание, полученное от заключенного. К сожалению, ни одна из сторон не намерена сделать это. Поэтому нам придется принимать решение, основываясь на полученных нами документах. — Он взглянул на свои пометки на бумагах, потом на Джейсона. — До того как мы примем решение, заключенный останется под стражей в Ньюгейтской тюрьме.
Новый удар молотка.
У Велвет перехватило дыхание. О Ньюгейтской тюрьме говорили, что она немногим отличается от ада. А Джейсону так много пришлось пережить…
