Никита, не снимая с глаз очков повернулся к Виктору, которого он видел без очков на лице, и с улыбкой сказал:
— Я заметил это, командир. Знаешь, а из тебя получился бы отличный пилот-риманщик. Тебе только четыре шурупа в голову вкрутить, чтобы гнездо не соскакивало, ну, а командиром боевого крейсера ты и без этого можешь быть. Так, теорию космических полётов подучить немного и всё. Поверь, это не сложно. Думаю, что не сложнее, чем колонией управлять.
Бинго, который уже успел снова вывести реактор на полную мощность и подготовить корабль к обратному прыжку, сказал:
— Парни, лично я своим железным телом ни хрена не почувствовал, зато зафиксировал небольшой всплеск на детекторе гравитационных полей. Если хочешь, Ник, могу показать.
— Спасибо, Бинго, — Ответил Сердитый — Но лучше не надо. Понимаешь, во мне ведь тоже есть та струна, о которой сказал Виктор, и она эти вещи фиксирует намного лучше. Правда, теперь, когда у нас будет запись этого полёта в оба конца, любые корабли, способные выходить в риман, смогут делать это даже без помощи человека. Хотя спешу заметить, ребята, электроника чуть ли не на порядок хуже выводит корабли на курс, чем хорошо надроченный пилот-риманщик. Тут человека никакая электроника не заменит. Кроме разве что роботов. Среди них тоже есть пилоты, что называется от Бога. Ну, что же, полетели обратно, теперь это уже будет полёт без риска, по прожженному туннелю.
Виктор покивал головой и сказал:
— Кстати, если разговор зашел о риске. Бинго, с Никитой всё ясно, он профессионал, старый пилот-испытатель и ему сам Бог велел быть психом, когда речь заходит о чём-то таком, что кто-то не смог довести до ума. Обо мне тоже речь не идёт, я и так конченый псих, раз ввязался в это дело с колонизацией, но ты-то зачем за нами увязался, Бинго? Ты что, тоже псих, как и мы?
— Нет, Вик, я не псих. — Серьёзным и даже каким-то мрачноватым голосом ответил Бинго — Просто я твой друг и поэтому как только узнаю, что ты снова вздумал влезть в какую-то задницу, извини, что так говорю, но этот полёт только так и можно оценивать, то снова пойду с тобой плечом к плечу.
Обратный полёт действительно был намного проще. Никита Колпин заложил в космическом пространстве элегантный вираж с ускорением, в конце которого он точно вышел на курс, ведущий «Дракар» к Виктории, плавно увеличил скорость, на что ушло всего минут десять, и вошел в риман. Пройдя через планету, на самой планете этого никто даже не почувствовал, космический корабль вышел в той же точке пространства, где он вошел в риман, только теперь он двигался уже к Виктории. С борта «Дракара» тотчас была послана в кабинет Алексея Кабанова победная реляция и тот, облегчённо вздохнув, сказал:
— Сукин ты сын, Витька. Ну, вот, Машенька, как я тебе это и говорил, Витька мужик фартовый и Фортуна от него, как и любая другая баба, просто млеет и целует его взасос. Так, дорогая моя девочка, а теперь давай срочно думать, как нам начать качать из той планеты, как там её Витька назвал, Колпин? Вот-вот, как нам качать из Колпина гелий три, которым он обещал меня завалить, с наименьшими затратами. Извини, но я в этом ничего не понимаю, но обещаю тебе изготовить для этого любое оборудование. Даже такое, которого ещё и в чертежах не существует, у меня знаешь какие мощности для этого имеются? У-у-у, просто шик!
Космос-адмирал Гагарина от избытка чувств вскочила со своего кресла, расцеловала в обе щёки Алексея и воскликнула:
— Алёша, да, нам теперь с Земли за методику короткого прыжка через риман что угодно пришлют! А Виктору за этот полёт командование военного космофлота точно присвоит адмиральское звание, да, и Никита Колпин не только будет восстановлен в своём прежнем звании кап-раз, но и получит звезду Героя Земли, только я думаю, что свою самую главную награду он уже получил, ведь теперь не только эта планета будет называться в честь него — Колпин, но и его манёвр войдёт в историю космонавтики, как прыжок Колпина. А на счёт оборудования ты хорошо сказал, оно нам теперь срочно понадобится и его придётся как раз изготавливать, но ты не волнуйся, все чертежи у нас давно уже имеются и нам не хватало только одного, научиться проводить корабли через риман на близкие расстояния. Очень многие учёные мужи считали, что для этого нужны особые корабли, правда, не могли сказать, какие именно, но Никита всем им натянул нос.
Первый и самый главный заместитель Виктора Боброва ухмыльнулся и сказал своей коллеге:
— Всё это прекрасно, Машенька, но как говорится, до Земли далеко, а до Бога высоко, поэтому давай, ты вызывай на совещание своих спецов, а я вызову своих. Пора готовиться к регулярным полётам на Колпин за гелием этот газ, как мне объяснили, зараза ещё та, но без него мы не сможем производить очень много нужных и полезных людям вещей. В том числе вам, космолётчикам. Вы же не откажетесь сменить батареи на своих малых летательных аппаратах на мини и микрореакторы?
Совещание в кабинете Алексея Кабанова началось буквально через четверть часа. Никита Колпин в это время уже готовился к завершающей фазе этого короткого, но крайне важного для всей пилотируемой космонавтики полёта, — к посадке. «Дракар» он посадил на ту же самую площадку с ювелирной точностью и вскоре они полетели в Персеполис, только теперь на голове Виктора красовалась капитанская фуражка, которую ему вручили космодесантники, охранявшие космопорт, на выходе. Встречали их без какой-либо помпы и это был единственный знак внимания со стороны тех людей, для которых слово космос не было пустым звуком, как и то, что они только что сделали. Виктор снял эту фуражку только тогда, когда вошел их общий с Виктором круглый зал заседаний и присоединился к совещанию. Учёные и инженеры из числа наземников уже давно нашли общий язык с теми разработчиками, кто работал исключительно на космос, так что к моменту его возвращения многое было уже решено.
Особенно Виктора интересовало даже не то, когда и как с Колпина начнут качать гелий три. Куда больше его интересовало совсем другое, когда космолётчики-исследователи смогут посетить самые интересные с его точки зрения планеты Любианской системы, третья и пятая от Любы, не только имевшие атмосферу пригодную для дыхания, но и кое-какую биосферу. Да, и многие другие планеты теперь также представляли из себя большой интерес, как сырьевые придатки Виктории, куда можно было начинать перебрасывать горнодобывающие комплексы, а также металлургические предприятия. Мария Гагарина, выслушав пространный и длинный вопрос Виктора, ответила:
— Не волнуйся, босс, уже завтра утром «Дракар» снова стартует с «Севера» в боевом режиме, но на этот раз в ходовой рубке будет сидеть в пилотских креслах столько пилотов, сколько в ней можно будет установить дополнительных кресел. Эти уже занимаются и к утру всё будет полностью готова.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
