Однако подобные объяснения причин частого нездоровья Алексея не могли долгое время удовлетворять окружающих. В обществе стали возникать различные подозрения, которые, в свою очередь, рождали домыслы еще более фантастичные, чем официальные версии. Молва объявляла цесаревича то умственно неполноценным, то эпилептиком, то жертвой анархистского заговора. К царской семье и ее наследнику стали относиться подозрительно, что, естественно, не укрепляло уважения к правящей династии, которое и без того пошатнулось после череды неприятностей во внешней и внутренней политике.
Император и императрица делали вид, что в их семье все благополучно. Но этот спектакль производил на людей такое же впечатление, как французский бал после Ходынки. Если у Романовых все нормально, то что тогда во дворце делает такая жуткая личность, как Распутин; почему императрица настолько привязана к Вырубовой; отчего на официальных приемах царица так холодна, неприветлива и замкнута в себе? Вновь поползли слухи, что Александра Федоровна недовольна своим браком с Николаем II, что она ненавидит все русское и русских, что Распутин – ее любовник. Когда началась Первая мировая война, стали говорить, что императрица – немецкая шпионка. При этом как-то забывалось, что кайзер Вильгельм («дядя Вилли») приходится родственником и императору. Но в Николае все-таки видели русского, а Александра была и осталась «проклятой немкой».
Виновата ли была Александра Федоровна в том, что случилось с ее семьей и Россией? Американский историк Роберт Мэсси, автор известного публицистического романа-биографии «Николай и Александра», отвечает на этот вопрос почти утвердительно. Он пишет: «Падение царской России было титанической драмой, в которой сложились отдельные судьбы тысяч людей. Тем не менее, рассматривая поток исторического бытия как лишенный чьей-то персональной индивидуальности, в подсчете вклада, сделанного министрами, крестьянами и революционерами, есть ключ к пониманию характеров и побуждений центральных фигур. Императрица Александра Федоровна этого понимания была лишена. С того времени, как родился ее сын, средоточием ее жизни стала борьба с гемофилией». Наверное, можно согласиться с американским автором. Конечно, Российская империя рухнула не потому, что императрица была такой, какой она была. Но Александра Федоровна ничего и не сделала для того, чтобы спасти империю, она не справилась с возложенной на нее политической ролью государыни огромной страны. Царица пыталась жить частной жизнью и делала вид, что на свете нет ничего более важного, чем здоровье и благополучие ее сына в данный момент времени. Ее материнский инстинкт не спасал, а губил семью. Как это ни банально звучит, можно сказать, что Александра Федоровна со всеми своими достоинствами и недостатками оказалась не в том месте, не в то время и не соответствовала той социальной роли, которую ей выпало играть.
Через штормы войн, революций, народных волнений и стачек пролетариата корабль Российской империи мчался, все ускоряя ход, к последнему рифу, о который ему предстояло разбиться. А императорская семья продолжала жить так, будто ничего серьезного не происходило.
Царская семья с больным цесаревичем в течение всего года жила в Царском Селе, которое раньше служило летней императорской резиденцией. Но каждый год в начале весны император с женой и детьми отправлялся в путешествие сначала в Крым, потом в Финляндию, потом в охотничьи угодья в Польше, а затем снова в Крым, чтобы вернуться в царскосельский Александровский дворец поздней осенью. Предлогом для этих поездок являлась необходимость увезти болезненную императрицу и детей из сырого петербургского климата, но для Николая это было еще и своеобразным бегством от государственных дел, которыми на отдыхе он, как и его отец Александр III, занимался только при крайней необходимости. Придворные замечали, что во время сборов в дорогу у императора повышается настроение. Он как-то даже не удержался и сказал группе великих князей и сановников, пришедших проститься с ним перед отъездом: «Мне так жалко вас, что вы остаетесь в этом болоте».
В Крым, как и прежде, ездили на поезде. Один за другим на небольшом расстоянии друг от друга двигались два одинаковых состава. Теперь это делалось не только для того, чтобы за один прием перевезти многочисленную свиту и прислугу императорской семьи, но и чтобы запутать возможных террористов, которые никогда не знали наверняка, какой из поездов идет первым. Вагоны были оборудованы всем необходимым, включая ванну. Это был своеобразный дворец на колесах, где императору и его близким был обеспечен тот же уровень комфорта, что и в Царском Селе. Поезд двигался с небольшой скоростью, дабы в случае аварии окружающие могли оказать необходимую помощь царской семье. Хрупкому, невысокого роста Николаю II вряд ли удалось бы повторить подвиг Александра III, которому пришлось принять на себя удар крыши вагона, чтобы спасти жену и детей. В Крым добирались две ночи и день. Чтобы путешествие не было слишком скучным и монотонным, поезд иногда останавливался где-нибудь в тихом местечке, например в лесу, и император с детьми выходили на улицу погулять и размять ноги.
В мае императорская семья возвращалась из Крыма и жила на даче в Петергофе, откуда в июне отправлялась в путешествие по Финскому заливу на одной из императорских яхт. Судно неторопливо передвигалось вдоль линии финского берега, останавливаясь на ночевку возле безлюдных островов.
Любимым судном Николая II была крейсерская яхта «Штандарт» водоизмещением 4,5 тысячи тонн – один из самых элегантных кораблей Европы. С покрытыми черной лаковой краской бортами, золотым бушпритом и тремя мачтами с полным набором парусов судно выглядело весьма импозантно. В то же время это был корабль, оборудованный по самому последнему слову техники своего времени, имеющий кроме парусов и мощную паровую машину, не зависящий от капризов ветра. Размер «Штандарта» позволял оборудовать на нем не только гостиные, столовую, кабинеты для членов императорской семьи и свиты, каюты для офицеров и матросов, но и специальные помещения для слуг и музыкантов (в поездку всегда брали с собой духовой и балалаечный оркестры).
Во время этих «мореплаваний» великие княжны получали возможность пообщаться с молодыми людьми другого социального круга. Они не упускали возможности пококетничать с молодыми офицерами «Штандарта», но императрица и фрейлины строго следили, чтобы эти отношения никогда не заходили дальше легкого невинного флирта.
Когда девочки были маленькими, к каждой из них был приставлен один из матросов яхты, чтобы, расшалившись, великие княжны не упали за борт. Эти же матросы сопровождали их, когда можно было сойти на берег для прогулки. Царская семья опасалась злоумышленников и террористов. В конце путешествия император награждал «усатых няней» своих дочерей именными золотыми часами за верную службу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
