В ходе этой операции 13 августа смершевцы группы капитана Крамара задержали более полусотни агентов ЯВМ.
Это только одна из многочисленных страниц деятельности военных контрразведчиков в борьбе с японской разведкой на территории Маньчжурии.
Дальнейшая служебная судьба нашего героя такова.
В 1957 году подполковник Павел Крамар с отличием окончил Высшую школу КГБ при СМ СССР в Москве. С 1963 по 1972 год руководил военной контрразведкой Белорусского военного округа, а следующие девять лет до увольнения из органов безопасности 6 июля 1981 года возглавлял особый отдел КГБ по Одесскому военному округу.
* * *
Японская разведка активно вербовала в свои сети представителей так называемых малых народностей Сахалина, Приморского и Хабаровского краев, Камчатки и Чукотки. В период 1941–1945 годов японцы предпринимали попытки создать из них разведывательно-диверсионные подразделения. По мнению специалистов из Токио, именно представители малых народностей больше всего отвечали требованиям эффективных агентурных кадров в связи с определенными оперативными параметрами:
– физическая выносливость,
– умение быстро приспосабливаться в условиях сложной обстановки,
– наличие способностей выжить в неблагоприятных условиях, в том числе без пищи и воды,
– хорошее ориентирование на незнакомой местности, прежде всего в сопках и тайге,
– трудность в идентификации этих народностей европейцами из-за похожести друг на друга,
– знание некоторыми японского языка, и многое другое.
Так, дальневосточными военными контрразведчиками
в 1945 году была разоблачена резидентура ЯВМ, расположенная в поселке Карафуто. Японская разведка с контрразведывательной целью посадила на границе между Северным и Южным Сахалином своих агентов под «крышей» охотников.
Они жили в тайге в специально построенных домах, снабженных телефонной связью с резидентом. Их задачей было постоянное наблюдение за состоянием границы и за лицами, переходящими кордон в обоих направлениях. Нарушителей задерживали и доставляли к резиденту.
Каждый «охотник» обслуживал участок протяженностью 3–5 км в зависимости от рельефа местности. Руководство ЯВМ платило им жалованье или вознаграждение за эту работу в пределах 40–60 иен в месяц.
Одним из таких задержанных «охотников» в 1945 году был некий Хасимото, с которым провел вербовочную беседу начальник ЯВМ Ота. Хасимото была поставлена задача задерживать русских, подозреваемых в проведении развед-деятельности, и обеспечивать переброску японской агентуры на советский Сахалин.
Через несколько дней после этого события чекисты захватили резидента ЯВМ японца Карасаву. В его распоряжении был специальный дом, в котором проходили явки официальных сотрудников ЯВМ с «охотниками», которых он снабжал деньгами, оружием, боеприпасами, продовольствием.
От каждого домика «охотника» к Карасаве была протянута замаскированная проводная телефонная связь. По телефону он принимал доклады, анализировал их содержание и обобщенными справками доносил в ЯВМ города Хутору.
На следствии и суде они полностью признались в своей враждебной деятельности и были приговорены соответственно: Карасава к 8, а Хасимото к 10 годам заключения.
Отделами контрразведки СМЕРШ ТОФ на территории Кореи было заведено более десятка розыскных дел на сотрудников Расинской ЯВМ. В ходе розыска выяснилось, что все они сбежали 10 августа в момент, когда уходил пароход, на котором уезжали сотрудники ЯВМ и их семьи.
В начале августа 1945 года на имя начальника управления КР СМЕРШ ТОФ за подписью руководителя 2-го отдела Главного управления контрразведки СМЕРШ НКО СССР полковника С.Н. Карташова ушла шифрованная телеграмма с постановкой и такой задачи:
«Кроме того, примите срочные меры по розыску официальных сотрудников японской радиостанции особого назначения, подчинявшейся дешифровальному отделению особого отдела Генерального морского штаба (ГМШ) Японии…»
Для флотских контрразведчиков это был приказ обезвредить один из важнейших каналов вероятной утечки секретных данных по нашим войскам. Сотрудники этой радиостанции занимались перехватом наших шифровок, передаваемых советскими военными кораблями и базами. Вскоре в ходе розыскных и других агентурно-оперативных мероприятий удалось задержать большинство кадровых разведчиков этой радиостанции.
Дело оперативной разработки (ДОР) под названием «Полицейские» на трех лиц, в том числе Чан Ден Су, являвшегося начальником корейской полиции Сейсана, было реализовано 17 сентября 1946 года.
В ходе проведения мероприятий по делу оперативного учета удалось установить, что Чан Ден Су в 1932 году выдал японцам прибывшую шхуной на корейское побережье со спецзаданием группу советских разведчиков. Он длительное время сотрудничал с японской контрразведкой, и, для того чтобы скрыть свое прошлое, по его инициативе в сентябре 1945 года без суда и следствия было расстреляно трое сотрудников японской полиции, которые знали о его преступлениях и могли разоблачить своего начальника.
В развитии указаний Центра начальник отдела КР СМЕРШ ТОФ генерал-майор Д.П. Мерзленко 30 августа 1945 года подготовил и подписал местный нормативный документ – директиву № 10758, адресованную всем начальникам отделов и опергрупп флотской контрразведки. Она называлась «О работе органов СМЕРШ на территории, освобожденной от противника». В ней, в частности, говорилось:
«Территория, освобожденная Красной Армией и Военно-морским флотом от противника, представляет собой базу, весьма удобную для ведения антисоветской работы оставленных в тылу наших войск шпионов, диверсантов и террористов, состоящих на службе японской и других иностранных разведок.
Во время отхода японских войск в Корее, Маньчжурии, Сахалине и Курильских островах японская разведка, безусловно, оставила кадры своей агентуры с заданием подрывной деятельности против СССР, как непосредственно против частей флота, так и для проникновения вглубь Советского Союза.
Как японская агентура, так и оставшиеся на территории, занятой нашими войсками, представители всяких антисоветских организаций в первые же дни будут перестраиваться, уходить в глубокое подполье, организовывать явочные квартиры, налаживать технику связи, создавать склады оружия и т. п.
Оставленная противником агентура будет прибегать под всяким благовидным предлогом к завязыванию связей с нашими военнослужащими, к расспросам их о численности частей Красной Армии и Флота, о состоянии боевой техники, дисциплине, оборонных предприятиях и другом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
