их красоту. Впрочем, у Кая тоже были необычные, тёмно-красные. Ей нравилось рассматривать чужие глаза, но понимала, что это не очень нравится людям, а потому сильно не задерживала внимание на чужих глазах. Вот и сейчас она поступила также, отвернулась, захлопнула книгу и положила на место.
И всё же украдкой бывшая фея внимательно рассматривала магов, пока Хельга представляла Тил и Виоль Фриару, которого в отличие от Кая, они видели впервые. Фриар имел золотистый цвет волос, такой она прежде не видела, а вот Кай был светло-русым, вполне обычный цвет.
Ваэм тоже выглядел необычно, тёмные волосы и смуглая кожа, вот только к нему Ви уже привыкла. Она понимала, что для неё даже обычная внешность экзотична, ведь слишком долго Ви жила в своём мирке, где все были так похожи друг на друга.
«А ты когда-нибудь думала, что ты тоже очень необычно выглядишь для них»? ― вдруг спросила Элки.
Нет, почему-то прежде Виоль о том не задумывалась. Она ещё раз окинула магов взглядом, все они были разными, каждый со своей историей, кто-то попал сюда практически случайно, например, Тил, кто-то здесь давно. Даже сама Виоль даже не представляла, что когда-нибудь окажется в Городе Кристаллов в качестве ведьмы.
«Это так странно. Что все мы здесь», ― поделилась она с Элки.
«Тоже это чувствуешь? Так вершится история», ― ответила ей Элки.
Ваэм протянулся к камню, что ярко освещал их закуток, от его касания свет померк и стал более приглушённым.
― Чтобы на нас не так сильно обращали внимание, ― пояснил он, поймав несколько взглядов. ― Эх, жаль я в этот раз не прихватил бутылочку лайтанского вина, ― волшебник улыбнулся уголком губ.
Хельга покачала головой.
― Ой да ладно, мы в прошлый раз неплохо выпили и посидели, ― тут же добавил Ваэм, предостерегая дальнейшие возражения.
― Ага, вот только тогда ты напился и испортил книгу, ― вставил Фриар. ― Скажи спасибо Хельге и её заклинанию, иначе бы тебя выгнали.
― А ты так и не перестал быть занудой, ― фыркнул Ваэм.
Виоль встретила взгляд необычных глаз Кайя, он вначале смотрел на Тил, потом на неё. Но Тил была так увлечена беседой магов, что не заметила взгляда. Виоль же посмотрела в ответ, и неожиданно для себя прочитала на его лице понимание. Действительно, у этих троих была своя компания, а остальные здесь чужаки, не знающие, что сказать или вставить. Интересно, когда это Ви начала так хорошо понимать людей?
― Да ты тоже не меняешься, ― ответил Фриар.
― Ладно, давайте сразу к делу, ― перебила их Хельга, положив на стол вначале кристалл, тот замерцал и их словно накрыло невидимым куполом, но Виоль почувствовала его своим даром. ― Барьер от лишних ушей, ― пояснила чародейка, положив следом перед собой книгу в серой обложке. ― Это дневник Морвиля. Кай, прошу тебя.
Тот открыл её, передал Хельге. Она произнесла заклинание и на глазах непонятные буквы сменились на читабельные. Все, словно по команде, склонились над дневником. Уже отсюда Ви заметила, что первая страница представляла собой вклеенную страницу из какой-то книги.
― Ладно, я зачитаю, ― сказала Хельга. И начала чтение.
Первая страница повествовала о Белом Волшебнике, который путешествовал по миру и помогал людям, оживляя их умерших родственников. Хельга остановилась после прочтения истории. Немного помолчала и прочитала подпись от руки внизу страницы.
― «Некогда некромантия называлась белой магией или стихией смерти и жизни, странно, почему сейчас уже никто об этом и не помнит?»
Хельга вновь оторвалась от чтения, нахмурилась, но молчала.
Глава 56
Дневник Морвиля в основном оказался дневником о заметках по некромантии, но иногда встречались и повседневные записи или мысли по поводу того или иного аспекта. После фразы Морвиля о том, что Совет Магов давно себя изжил, и его неплохо бы встряхнуть и реформировать, Хельга оторвалась от дневника, переглянулась с Фриаром и Ваэмом и произнесла:
― Иногда и у таких людей встречаются здравые мысли, ― с улыбкой прокомментировала чародейка. ― Хотя… Возможно, тогда он просто не был так безумен. Обычно безумие с возрастом усиливается.
Позже Фриар отметил, что в дневнике действительно много полезных знаний о некромантии и было бы неплохо сделать некоторые моменты более общедоступными, они бы сильно помогли в обучении некромантов.
― Ага, ты так говоришь, словно некроманты толпой бегут в Академию учиться, ― сказал Ваэм, взглянув на Кая.
― Если бы не вы, ноги бы моей здесь не было, ― подтвердил он.
― Это пригодиться и нам. О враге нужно знать, как можно больше.
Однако все явно ожидали от дневника Морвиля куда большего, разочарование явно проглядывало в выражениях лиц Ваэма, Хельги и Фриара. Периодически чародейка пропускала страницы, пробегалась по ним взглядом, сообщала общую мысль и листала дальше.
После очередной паузы Хельга подняла взгляд на Виоль, прежде чем вновь уставиться в текст.
― Кажется, здесь находятся его ранние идеи по созданию искусственных фей. Он описывает крылья настоящих фей, их свойства и применение в запрещённых заклинаниях, а также предполагает, как их можно использовать ещё. Думает, что можно создать с помощью крыльев фей искусственного мага. Однако здесь его рассуждения касаются только мёртвых.
Видимо, с мёртвыми Морвиль потерпел неудачу и стал экспериментировать и на живых, Виоль была прямым тому доказательством. Точнее уже не совсем, ведь её крылья были вырваны, а магия стала работать нестабильно. Возможно, кто-то из этих магов смог бы ей помочь и починить собственные силы, однажды ведь ей удалось создать полноценный ледяной клинок.
― Ладно, давайте пока прервёмся, ― предложил Ваэм. ― А то наша Тил уже засыпает.
Та правда смотрела в одну точку и находилась словно не здесь, а потом заморгала. Подняла взгляд и заметила пристальное внимание.
― Что? У меня видение было. Кто-то из вас знает парня по имени Хард?
Все отрицательно помотали головой, кроме Виоль. Торговцы, Рант, артефакт, словно история из прошлой жизни…
― Знаю, ― ответила бывшая фея.
― Э-э, на него напали чёрные псы. С ним был старик ещё, в общем, старика убили, Харду повезло, там ещё какой-то фургон был, его закопало под обломками, потом псы отвлеклись на кого-то ещё.
Виоль моргнула. Тил сообщила об этом достаточно спокойно и сухо, также отреагировала и Виоль, вежливо кивнув. Тем не менее в душе бушевала буря. Старик Бэнт! Его убили! А ведь она защитила их обоих ещё в
