забыл, какой дискомфорт мне доставляет его незнание личных границ.
Слева раздаются тихие шаги, энергия меняется, и я понимаю, что Ясмин здесь, еще до того, как вижу ее.
Когда она входит на кухню, её взгляд прикован ко мне, и на лице появляется улыбка. Моё сердце замирает, потому что, чёрт возьми, она так красива, когда улыбается. Вся такая заспанная и растрепанная.
Ее внимание привлекает резкий вздох на другом конце комнаты, и она замирает, прежде чем дойти до меня.
Зеленый змей медленно оборачивается вокруг моего горла, и я отвожу взгляд.
— Эйдан, — выдыхает она.
Иэн смотрит на меня с любопытством.
— Что? — резко спрашиваю я.
— Твоя встреча с Дэррином состоится только на следующей неделе, — говорит он, делая глоток кофе из своей чашки. — Поэтому я подумал, что ты будешь позже.
— Неважно. Мы всё равно уезжаем. Отмени встречу.
Я перевожу взгляд с Иэна на Эйдана и Ясмин, которые стоят друг напротив друга, и стараюсь не обращать внимания на эмоции, которые вижу в их глазах.
Ясмин зевает, прикрывая рот рукой, и я начинаю двигаться, чтобы взять чашку кофе, но Эйдан опережает меня, обходя остров. У меня сводит желудок, внутри всё вспыхивает, а горло обжигает.
Он достаёт из холодильника сливки и добавляет их в её чашку, прежде чем подойти к ней и вложить чашку ей в руки.
Я поджимаю губы, наблюдая и ожидая, не заговорит ли она о том, что он сделал что-то не так. Я запомнил, какой кофе она предпочитает, уже на второй день совместной жизни. Он знаком с ней уже много лет и до сих пор не знает.
Она улыбается, когда берет кружку, заглядывает в неё, тихо произносит «спасибо», но не подносит её к губам.
— Почему ты приехал так рано? — спрашивает Иэн.
— Потому что могу.
Я поворачиваюсь и беру другую кружку, наливаю в неё свежий кофе, затем кладу на дно два кубика сахара и размешиваю.
— Подождите, — раздается голос мальчишки. — Мы уезжаем?
Я поворачиваюсь к ним лицом и подхожу к Ясмин.
— Да, — говорю я.
Я забираю у неё кружку с густыми сливками и даю её новую, прежде чем вернуться на прежнее место и поставить посуду в раковину.
Парень хмурится, наблюдая, как Ясмин делает глоток и наслаждается вкусом. Его взгляд скользит вниз, к моему обручальному кольцу, а затем к огромному бриллианту на её пальце.
Он подходит к ней, засунув руки в карманы, его каштановые волосы падают на глаза.
— Принцесса, мы можем поговорить?
Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не наброситься на него и не придушить.
Она смотрит на меня пристально, её губы слегка приоткрываются, и я вижу на её лице сомнение. Но прежде чем она успевает что-то сказать, я вижу в её взгляде согласие.
Мои зубы сжимаются с такой силой, что я чувствую, как они начинают скрипеть.
Я делаю вид, что не замечаю, как они уходят, ни разу не обернувшись.
35. ЯСМИН
Я видела, что Джулиан не хочет, чтобы я шла с Эйданом. Это было понятно по тому, как он пытался делать вид, что не обращает на меня внимания. По тому, как дернулся мускул на его челюсти, как это всегда бывает, когда он говорит не то, что на самом деле хочет.
Но я должна была это сделать, несмотря ни на что. Во-первых, потому что, несмотря на то, что мои чувства к Эйдану изменились, он по-прежнему остается моей первой любовью. В детстве он был моим лучшим другом. И у меня до сих пор болит в груди, когда я думаю о том, что потеряю его.
И ещё: что бы ни думал Джулиан, если он не позволит мне залечить наши с Эйданом раны, он никогда не поверит мне, когда я скажу, что выбираю его. В глубине души у него всегда будут сомнения, он будет гадать, вернулась ли бы я, если бы мне только дали шанс.
Это плохо закончится для нас обоих.
Я следую за Эйданом по узкому коридору, и мы оказываемся в небольшой спальне с большой кроватью. Он явно чувствует себя как дома: на спинке стула в углу разбросана одежда, а постель не заправлена и в беспорядке. На стене висит пробковая доска, а спереди прикреплены какие-то предметы. Подходя, я вглядываюсь в них, мне любопытно узнать, чем он тут занимался, пока игнорировал меня, и мое сердце разрывается от всего того, что я должна была ему сказать, но не могла дозвониться.
На доске нет ничего, кроме карты и нескольких записок. Я наклоняюсь, чтобы прочитать их.
Прошлая ночь была весёлой, с сердечком и именем Джинни было написано на одной из них.
— Это не то, на что похоже, — говорит Эйдан, стоя позади меня.
Я поворачиваюсь к нему, мои руки скользят в задние карманы. Я верю ему, но даже если бы и не верила, это не имело бы значения.
— Ничего страшного, если это так.
Он стоит по другую сторону от кровати, скрестив руки на груди и нахмурив брови. Он закусывает нижнюю губу, прежде чем её отпустить.
— Потому что ты его любишь?
Вопрос застаёт меня врасплох, моё сердце срывается с того опасного обрыва, на котором оно балансировало, кружится и ударяется, падая на пол.
— Потому что я причинила тебе боль, когда вышла за него замуж, — отвечаю я. — И раненные люди ранят других.
Он медленно кивает.
— Джинни работает здесь археологом. Она стала моей подругой… в некотором смысле. Но в последние несколько дней она стала другой. Она не в себе. Мы провели вечер вместе, смотрели смешные фильмы и говорили о том, как скучаем по дому. На этом всё.
— Хорошо, — отвечаю я с лёгкой улыбкой.
— Значит, ты мне доверяешь?
— Что?
— Ты доверяешь мне? — повторяет он.
Я пожимаю плечами.
— Доверие к тебе никогда не было проблемой, Эйдан.
— Тебе было бы больно? — продолжает он. — Если бы это и было нечто большее?
— Мне больно осознавать, что мы так легко дошли до этого, — я пытаюсь сглотнуть комок, который подступает к горлу. — Меня заставили выйти замуж за Джулиана, и если бы ты только послушал меня, то понял бы, что я верила в тебя. В нас.
— Не разыгрывай передо мной эту карту, — усмехается он, прищуриваясь и качая головой. — Ты не была жертвой в наших отношениях, принцесса. Ты никогда не защищала меня или нас. Ни перед кем. Это всегда был я, кричащий в пустоту, умоляющий тебя дать мне хоть один, блять, шанс, — он прижимает руку
