Я не стала договаривать. Этот выбор дался мне нелегко, так что не стоило лишний раз сыпать соль на рану.
— Знаешь, куда она могла пойти?
Я стала ломать голову, однако на ум ничего не приходило. Из того, что я знала, в последнее время она была дома или ходила в Викер Парк, да в скобяную лавку. Она занималась где-то в Шаумбурге и в спортзале Катчера в северной части города. Но ни одно из этих мест не подходило, чтобы творить столь сильную магию.
Но раз я не могла найти Мэллори, возможно могла бы отыскать книгу…
Достав телефон, я набрала номер библиотекаря.
— Малефиций пропал, — сходу сообщила я. — Его украла из хранилища Мэллори Кармайкл во время своего пребывания в Доме. Ты случайно не можешь его отследить?
Мэллори бы не обрадовалась, услышав словесный поток, разразившийся в трубке — ну или нелестным комментариям касающихся нравственности и волшебниц. Но как только он выговорился, сразу же перешел к делу.
— Никто не охраняет Малефиций, не имея плана на случай форс-мажорных обстоятельств, — сказал библиотекарь.
Послышался шелест.
Я выдохнула с облегчением.
— У тебя есть отслеживающее заклинание или что-то в этом роде?
— Можно сказать и так. Я установил жучок в корешок книги. Разумеется, я не говорил этого Ордену. Они бы распяли меня за то, что я повредил книгу, но это неважно. Вот поэтому-то я так и поступил. Дай-ка мне определить местоположение.
Пока он управлялся с техникой, я посмотрела на небо. Темно-синий цвет начал сменяться грязно-красным. Не было сомнений, что вода потемнела, а где-то по городу перемещались горы.
Она уже начала.
— Нашел, — сказал библиотекарь. — Она поблизости и не перемещается.
— Город большой, так что твое «поблизости» мне не сильно поможет.
— Подожди, я ссужу поиск, — он умолк. — Мидвэй! — наконец воскликнул он. — Книга в Мидвэе.
Поблагодарив его, я повесила трубку и указала на дорогу.
— Она в Мидвэе. Я туда, а ты найди Люка, Малика и Катчера и расскажи им, что происходит.
— Я не хочу отпускать тебя одну.
Я посмотрела на него с печальной улыбкой.
— Шестьдесят седьмое правило Красной Гвардии — доверяй своему напарнику.
— Вообще-то второе.
— Еще лучше, — ответила я, сымитировав улыбку.
Джонах стиснул челюсть, но уступил.
— Тогда найди ее. Останови. Любым способом.
Этого-то я и боялась.
Пробежав четыре квартала, я остановилась посреди улицы, разинув рот.
Весь Мидвэй Плежанс был охвачен огнем. Да только не обычным земным зотисто-оранжевым огнем, а прозрачными голубыми языками пламени, которые устремлялись в небо заостренными, похожими на когти завитками. Но несмотря на другой цвет, эффект был тот же: деревья на краю Мидвэя затрещали и стали вспыхивать из-за жара.
Небо полностью побагровело, став яростного пульсирующего красного цвета, словно свежая кровь. Такого я еще не видела. Небо рассекали молнии, от чего у меня по рукам побежали мурашки.
Я ощущала под ногами монотонную дрожь. Несомненно, где-то вырастали горы. По мере того, как Мэллори творила магию, каждый элемент выходил из равновесия.
Послышались гудки пожарных машин и вой сирен. Пожарные припарковались на краю Мидвэй и тут же направили водометы на огонь. Немногим помогло. Пламя ревело подобно торнадо. По мере распространения огня, жар потоком разливался по парку, становясь все горячее и интенсивнее.
Мэллори стояла возле статуи Масарика. Возле ее ног лежала стопка книг и принадлежности. Самая большая книга — Малефиций — была открыта и светилась. На странице завитками лежал текст. Светлые волосы, развеваемые горячим ветром, который исходил от огня, хлестали ее по лицу.
Казалось, она не обращала внимания, на то, какую опасность она создавала. Так что я не сомневалась, что Мэллори разрушила бы город, если б могла. Я просто не совсем определилась, что делать. У меня не было ни меча, ни кинжала. Может я смогла бы подобраться достаточно близко, чтобы ее вырубить, или, по меньшей мере, блокировать магию, хотя я сомневалась, что она подпустит меня так близко. Но пока не прибыла кавалерия, нужно было хотя бы попытаться.
Я бы ни за что не пошла между ней и огнем, поэтому я оббежала статую и подошла к ней сзади. Приблизившись настолько, что стало видно ее подпиленные ноготки, покрытые матовым голубым лаком, я окликнула ее по имени.
Она обернулась с легким беспокойством, бормоча заклинание.
— Немного занята, Мерит.
— Мэллори, ты должна это прекратить, — прокричала я сквозь рев пламени. Земля под ногами задрожала, и меня слегка кинуло вперед. — Разве ты не видишь, что ты делаешь с городом?
Дерево треснуло, хрустнуло и упало. Огонь устремился к нему и поглотил. Пройдет немного времени, прежде чем среди деревьев появиться брешь, и пламя вырвется на улицы.
— Нет, сначала я закончу заклинание, — прокричала она. — Вот увидишь, мир станет намного лучше, когда добро и зло сольются вновь. Мир станет целым.
Она погрузила трясущиеся руки в склянку с порошком и посыпала им открытые страницы Малефиция. Я осмотрела все, чем она пользовалась для своей магии, но не увидела и намека на урну с прахом Этана.
Они пропали, возможно, использовались для активации заклинания. А когда мы прервем заклинание — если прервем — у меня даже не останется его праха.
— Мэллори, пожалуйста, перестань.
Она продолжила, однако я замерла при звуках другого голоса.
— Так и знал, что все из-за вампиров!
Я оглянулась. К нам направлялся МакКетрик, наведя на меня большой пистолет.
— Почему бы тебе не отойти от этой девушки, Мерит?
— Эта девушка пытается разрушить город, — предупредила его я.
В ответ он закатил глаза. Мэллори ослепила ее пристрастие к черной магии. А МакКетрика ослепляло его невежество, его непоколебимая уверенность, что во всех бедах Чикаго надо обвинять вампиров.
— Создается впечатление, будто она пытается остановить это, — сказал он.
— Ты не можешь ошибаться сильнее, — сказала я. — Ты — невежественный дурак.
— Благодаря мне приняли закон о регистрации.
— Потому что ты соврал и забыл упомянуть, что ты напал на меня на улице, в общественном месте. Ты борешься с тем, что не причиняет тебе никакого вреда, абсолютно не замечая реальных угроз.
В одно из деревьев на другом конце Мидвэя ударила молния, расколов его надвое. Обломки дерева рухнули в огонь.
Мэллори все еще шептала заклинание, и в ту же секунду языки пламени поднялись выше.
Да, МакКетрик мог использовать пистолет. И да осиновое серебро в сердце возможно бы прикончило меня. Но я устала от МакКетрика, и прямо сейчас мне было не до его глупостей.
