о том, как трудно быть твоим лучшим другом! – буркнул Гермес. – Но лучшие друзья не используют своих заклятых врагов, не так ли? Нет. Знаешь, что самое дурацкое в электронной почте? Есть более быстрые способы общения! Телефоны! Ты мог бы просто отправить сообщение! Но ты такой старый, что даже не подозреваешь об этом!
Аид медленно моргнул.
– Ты закончил?
Гермес покраснел и тяжело дышал.
– Нет, – отрезал он, скрестив руки на груди, но ничего больше не сказал.
– Я прекрасно знаю, что существуют сотовые телефоны. У меня есть такой, но на кого я всегда полагался, когда передавал свои послания? На тебя.
– Не заставляй меня чувствовать себя виноватым. Я бессилен!
Аид прищурился:
– Быть богом – это нечто большее, чем сила, Гермес.
– Тебе легко говорить. Когда ты в последний раз оставался без своей силы?
– В лабиринте, – ответил Аид.
Лицо Гермеса вытянулось, и он побледнел.
– Аид, прости меня. Я…
Он помолчал, а затем потер лицо обеими руками.
– Хорошо, я позову Илиаса и Аполлона, но не мог бы ты хотя бы перенести меня? У меня нет никакого желания снова путешествовать по подземному миру.
– Конечно, – сказал Аид и призвал магию.
– Подожди! Дай мне одеться…
Но прежде чем Гермес успел договорить, он исчез. Аид отправил его в мир смертных совершенно голым.
Возможно, подумал Аид, это даст средствам массовой информации еще одну тему для обсуждения в разгар скандала, который вызвал Дионис.
Аид вздохнул. Внезапно у него заболела голова.
Гермес был чертовски утомителен.
* * *
Аид вернулся в свои покои, где принял душ и побрился. Одевшись, он стал ждать в кабинете прибытия своих союзников. Он даже налил себе стакан виски, который так и остался нетронутым на столе. Несмотря на то что он был похож на самого себя, он никогда не чувствовал себя так странно. Трудно было точно сказать, как он изменился. Он знал только, что в ближайшие дни, недели и месяцы он в полной мере осознает последствия своего тюремного заключения, как и тогда, когда был освобожден из лона отца.
Он боялся того, как это проявится и как повлияет на Персефону, которой и так уже приходилось справляться с последствиями общения с Тесеем и Деметрой. Теперь ей предстояло еще и разобраться с тем, что произошло в лабиринте.
Аид знал, что она не в порядке.
Он видел это по ее лицу и чувствовал по ее энергии, но в основном он знал это из того, что она говорила, когда расплакалась в его объятиях. Обнимая ее, Аид остро осознавал, что ему не удалось развеять ее горе, что он оставил ее уязвимой, что он подвел ее.
Он привел Персефону в этот мир, и он не подготовил ее к этому, будучи абсолютно уверенным, что сможет защитить ее от любого зла, но в конце концов не уберег ее.
В конце концов, она спасла его.
Пока Аид переживал из-за того, что сделал, из-за ошибок, которые совершил, на янтарной жидкости в стакане вдруг появилась рябь. Он нахмурился, а затем поднял взгляд – и как раз в этот момент дверь распахнулась.
Илиас стоял, широко раскрыв глаза и тяжело дыша. Похоже, он бежал. Увидев Аида, он на мгновение замер, а затем издал странный хриплый смешок.
– Ты вернулся.
Аид заколебался. Он не знал, что ответить. Он не ожидал, что Илиас почувствует такое… облегчение от его возвращения. У него защемило в груди.
Улыбка Аида была короткой и искренней.
– Да, – ответил он, слегка кивнув. – Какие новости?
– Ничего хорошего, – сказал Илиас. – Тесей публично призвал смертных отказаться от богослужений. Он утверждает, что какой-то бог несет ответственность за похищение его жены и ребенка.
Илиас говорил так, словно не верил полубогу.
– Он назвал имя? – спросил Аид.
– Что? – спросил Илиас, удивленный его вопросом. – Ты же не думаешь, что…
Аид просто уставился на него, и глаза Илиаса расширились, когда он осознал реальность.
– Он не назвал ничье имя, – подтвердил сатир. – Аид, ты не…
– Нет, – сказал он. – Дионис.
Илиас сжал руки в кулаки. Аид понимал его злость. Действия Диониса затронули не только его самого и его территорию. Они затронули всех богов.
– Тем не менее он, должно быть, хочет умереть, раз вызвал гнев богов.
– Напротив, – сказал Аид, глядя в окно. С того места, где он стоял, была видна только полоса зеленых деревьев, окутанных туманом. – В данный момент Тесей чувствует себя непобедимым. Ему удалось погрузить Зевса в вечный сон и украсть его молнию.
– Почему ты не сказал мне, что Зевс спит? – спросил Гермес.
Аид обернулся и увидел, что бог прибыл с Аполлоном.
– Думаю, когда он умрет, к нам вернутся наши силы, – сказал Аполлон, и тут Афродита, Гармония и Сивилла вошли в комнату. – Черт!
– Такими темпами твое желание может исполниться, – сказал Аид. – Мы знаем, что Тесей намерен принести Зевса в жертву Кроносу.
– Если мы не спасем его, – сказала Гармония.
– А давайте не будем сходить с ума, – вступил Гермес, оглядывая комнату. – Я имею в виду, кто-нибудь реально хочет видеть Зевса свободным?
– Я не прошу будить его ото сна, – сказала Гармония. – Но правильно ли оставлять его с нашим врагом?
– Я думаю, Гармония хочет сказать, что мы должны сами найти и перепрятать Зевса, – сказала Афродита, устремив взгляд в угол комнаты, где появился Гефест, не сводя с нее горящих глаз. – Тогда, по крайней мере, Тесей не сможет его использовать.
Аид и не помышлял о спасении Зевса. Он смирился с тем, что его младший брат погибнет от рук их отца, и не хотел этому препятствовать, даже если это означало, что Кронос объединится с Тесеем.
Еще был вариант, что один из двух оставшихся гекатонхейров освободит Зевса, как это сделал ранее их брат Бриарей – если, конечно, Гера не прикажет убить и их.
После совещания Аиду придется послать Илиаса предупредить сторуких.
– Приятно узнать, что собрание началось без нас, – сказал Дионис, входя в сопровождении Ариадны. Они явно пришли прямо из бани. С кончиков волос Диониса капала вода, а волосы Ариадны были закручены в пучок на затылке.
– Может, ты и пришел бы вовремя, если бы не трахался, – сказал Гермес.
– Я думаю, Дионис и Ариадна пришли как раз вовремя, – сказала Персефона, входя в комнату.
Аид выпрямился, их глаза встретились.
– Прости меня, – сказал он. Взяв ее за руку, он коснулся губами костяшек ее пальцев. – Наш разговор вышел из-под контроля.
Персефона улыбнулась мужу.
– Ты прощен, – сказала она и обратила свое внимание на остальных. – Я правильно расслышала? Мы обсуждаем спасение Зевса?
– Спасение Зевса не нейтрализует угрозу Кроноса, – сказал Аид. – У Тесея есть и другие козыри, среди которых молния и мой шлем.
Наступила тяжелая пауза, пока новость доходила до тех, кто еще не был в курсе, что два величайших оружия олимпийцев теперь в руках их врага. Аид продолжил:
– На данный момент я предлагаю сосредоточиться на Тесее. Он обладает наибольшей властью, и у него есть оружие, которое
