Читаем без скачивания КСАПА ХУЛИГАНКА - Павел Шумил

Но вместо парней, прилетает Сергей. Сесть в лесу он не может, поэтому сверху падает веревка, и по ней спускается Вадим. Мы связываем этой веревкой ноги лосю, Сергей поднимает машину выше, и наш лось улетает в небо. А мы возвращаемся пешком.

Когда поднимаемся на холм, вдалеке уже слышится гул двигателей. А Жамах с Ксапой снимают с лося шкуру, подвесив его к какому-то кольцу в том месте, где у вертолета-заправщика хвостовая балка начинается.

- Ребята, если вам шкура не нужна, мы ее себе возьмем, - встречает нас Ксапа. - Надо Фархай к зиме доху справить.

- Шкуру бери, но голову с рогами отдай. Я ее домой пошлю, брат на стенку повесит, - говорит Фред. Я подтверждаю, что это будет справедливо. Он лося завалил. Так мы лося и делим. И пока эвакуаторы думают, как лучше подцепить кругляш, разводим костер и жарим мясо.

А сложность у эвакуаторов в том, что кругляш лежит на склоне холма. Когда пилоты начнут его поднимать, он может вниз по склону покатиться, и вертолет вбок дернет. Так и разбиться недолго. Поэтому мы решаем сытно поесть, а потом скатить кругляш с холма. И, когда он будет внизу, привязать его к вертолету.

Так и делаем. Пилоты заправщиков все на ВИДЕО снимают. И как мы вокруг кругляша возимся, и как он по склону холма катится, и как вертолет с холма к нему перелетает.

Пока мы кругляш туда-сюда перекатываем, чтоб под него тросы подвести, да обвязываем, женщины вчетвером шкуру выделывают. Вбили в землю колышки, растянули и сурукают. Жамах и Бэмби хорошо знают, что делать, Ксапа и Евражка у них учатся.

Парни, у нас проблема, - говорит Сергей, когда подготовили все к полету. - Уже вечереет, а я в темноте не летаю. У меня радара нет.

- Летим завтра утром, - решает самый старший пилот. - Через два часа свяжись с Медведевым и доложи, что мы задержимся с вылетом до утра. Скажешь, что возникли сложности с рельефом местности в районе падения груза.

Так Сергей и делает. Когда начинает темнеть, поднимается на три тысячи метров и говорит с Медведевым. И я говорю. Подтверждаю, что мы готовы лететь, но дело к осени, дни стали короче, а в темноте лучше не летать. Прошу позвонить Мудру и сказать, что мы задерживаемся. Михаил обещает позвонить и желает нам спокойной ночи.

Перед сном мы хорошо посидели у костра. Костер, звезды над головой, еды - сколько угодно, рядом со мной мои женщины, и рассказы о трудных походах и дальних полетах. Пусть я не все в них понимаю, но Евражка тоже не понимает, и теребит Ксапу. А Ксапа тихонько объясняет непонятное. И никуда не нужно торопиться, мы сделали дело, за которым летели. А завтра будет новый день...

Эвакуаторы поднимаются раньше всех. Будят заправщиков, поручают им развести костер, и перетаскивают все лишнее из той машины, которая понесет кругляш во вторую, которая пустой пойдет.

Когда мы встаем, от костра пахнет мясом. В бидончике кипит вода, Фред надрывает пакетики "Кофе, три в одном" и ссыпает в кипяток один за другим. Я одеваюсь, подсаживаюсь к костру, и мне тут же вручают большой кусок мяса на одноразовой тарелочке и кружку кофе. Хорошо утро начинается!

Ксапа ест мясо с хлебом. А Жамах укладывает свой кусок в какую-то коробочку и говорит, что позднее съест. Тут я узнаю слово ДИЕТА.

Вылетаем еще до восхода солнца. Впереди идет пустая машина эвакуаторов. Правее и чуть позади - машина, которая несет кругляш. В ней летят только два пилота. Остальные сидят в первой машине. За эвакуаторами, чуть повыше, летят два заправщика. И последними, еще выше, чтоб всех видеть, идем мы.

Садимся там, где горы начинаются, и заправляем баки всех машин. Сергей говорит, что эвакуаторам как раз до космодрома хватит, если ничего не случится.

Там, где мы нашли кругляш, где и сейчас сидят четыре заправщика, мы садиться не стали. Только поговорили с пилотами. Сергей делает громкий звук, и мы узнаем, что третий ускоритель нашли вчера вечером, а четвертый ищут до сих пор.

До космодрома долетаем без проблем. Первой садится машина с кругляшом, потом остальные. Подъезжает машина с рогами спереди, цепляет кругляш и куда-то увозит. А из другой машины выходит Медведев и пожимает всем руки. Говорит, что всех ждет премия, а группа Ксапы Давидовны вообще выше всех похвал. И спрашивает, в какой валюте Фред хочет получить премию?

А еще сообщает, что звероловы отловили детеныша мамонта. И сейчас он в вольере вместе с оленями. На Землю ему пока нельзя, должен получить курс прививок и пройти карантин.

Тут Ксапа берет Медведева под локоток, отводит в сторону и говорит, что накопилось много животрепещущих тем для разговора.

- Если много, тогда лучше у меня в кабинете, - говорит Медведев.

Пока мы беседуем, заправщики подкатывают бочки и заправляют нашу машину. Им важно избавиться от бочек, чтоб возврат на склад не оформлять. Как я понял, это скучное и муторное дело. Сложнее, чем что-то со склада получить.

Летим высоко, и видим, как чудики склон горы взрывают. Звук знакомый, такое раскатистое БА-БА-БА-БА-БА-БАХ! подрывник у нас в пещере устраивал. Но здесь намного сильнее! Весь склон горы вниз пополз.

- Вроде, горные разработки в этом мире запрещены. Или я чего-то не знаю? - оборачивается Ксапа к Медведеву.

- Горные - запрещены. Но здесь ничего такого нет. Пустая порода. Просто дорогу прокладываем, площадку выравниваем.

- Какую дорогу? Эту черненькую? Четырехполосную? - не унимается Ксапа.

- Железную. Сортировку. Слушай, давай у меня в кабинете поговорим?

Когда садимся у портала, договариваемся, что Сергей нас ждать не будет. Мы прилетим позднее, вместе с Медведевым. Ксапа хватает мою ладонь и просит Жамах забрать у Вити наши коробки с одеждой. Я понимаю, что оставаться наедине с Медведевым она боится. Ну, боится - сильно сказано. Опасается.

Вслед за Медведевым мы поднимаемся на второй этаж. Кабинет оказался просто комнатой, по центру которой стоит длинный стол, а вокруг - много стульев. Вдоль стены - шкафы, как у главврача в больнице. Из одного шкафа Медведев достает две бутылки и три пузатых стеклянных посудинки.

- По-нашему это называется БОКАЛ - Ксапа крутит одну посудинку в пальцах и ставит передо мной. - А это - коньяк. Сильный алкоголь.

Тем временем, Медведев достает из белого шкафа несколько маленьких тарелок.

- Это сыр. Это буженина. Это копченая колбаска. Ой, шпротики! - поясняет Ксапа. - Миш, а чего так мало? Я их сто лет не ела!

- Слопали утром, извини. - Он наливает коньяк на донышко в два бокала. А в мой бокал плеснул до половины из другой бутылки. - Клык, тебе алкоголь не наливаю. У тебя виноградный сок. А нам с Оксаной для снятия стресса коньяк - самое то!

Ксапа поднимается со стула, заглядывает в шкаф, ставит передо мной еще один бокал. Наливает в него коньяк, столько же, сколько у всех. Заглядывает в белый шкаф.

- Миш, а хлеба нет?

- Говорю же, слопали все.

- Жалко... Клык, я тебе всегда говорила, чтоб алкоголь не пил. Но если никогда не попробуешь, не будешь знать, что это такое. Поэтому сегодня один раз можно. Только сразу соком запей и закуси, понял?

Я киваю и подцепляю белой пластмассовой вилкой кусок сыра.

- Ну, за что пьем? - спрашивает Ксапа.

- А давай за новый портал! - Михаил одним глотком опустошает бокал и кидает в рот кружок колбасы. Ксапа отпивает половину, морщится и жмурится.

- Отвыкла за год на натуральных продуктах.

Я, помня все, что говорили об алкоголе, беру в рот немного коньяку. Думал, он горький или жгучий. А он в нос шибанул. Да так, что ни вдохнуть, ни выдохнуть. Или чихну, или закашляюсь. Проглатываю, напрягаюсь, желваками играю, вдохнуть боюсь. Прикрываю глаза. Не зажмуриваюсь, а просто прикрываю. Медленно выдыхаю. Постепенно отпускает. Почти... Открываю глаза - Ксапа и Михаил на меня смотрят. Если спросят что, я же ответить не смогу, закашляюсь. Смотрю, у меня на вилке кусок сыра наколот. Сую в рот, жую. Хорошо стало. В смысле, в себя пришел.

- Клык, запей, - говорит Ксапа. Чтоб протянуть время, накалываю на вилку кружок колбасы, сую в рот и запиваю соком.

- Ну как? - спрашивает Ксапа.

- Как вы эту колбасу едите? Такое можно только голодной зимой есть, чтоб с голода не помереть.

Михаил громко смеется и ударяет ладонями по коленям.

- Это точно! В старину так и делали! Ну а коньяк как прошел?

- Не распробовал. В нос сильно бьет.

- Ладно, Миш, хватит моего мужа спаивать. Ты объясни, как все это вокруг понимать?

- Ты же все своими глазами видела.

- Видела. Но ни... Нифига не понимаю. Как это согласуется со всеми протоколами, которые мы подписали с надзорщиками?

- А разве мы их хоть на букву нарушили?

- Миш, это ты мне расскажи.

- Вот я и говорю. Мы соблюдаем все протоколы. Ну, за исключением тебя. Тебя мы потеряли, упустили и недоглядели. А теперь не можем убрать из зоны контакта в связи со сменой гражданства. Слушай, а может, пойдешь ко мне в заместители? А? Через три дня будешь знать ответы на все свои вопросы.