похищения людей и вывоза их в третьи страны для последующей выдачи США) до бессрочного содержания в тюрьме в Гуантанамо. Диктаторы – от президента Узбекистана Ислама Каримова до президента Египта Абдул-Фаттаха ас-Сиси – поняли, что под видом борьбы с терроризмом можно терроризировать свое собственное население69. Тем не менее, мы считаем, что расширяющаяся сеть активистов и юристов при поддержке мирового общественного мнения сегодня дает более серьезный отпор бандитам, чем раньше. И несмотря на риторику популистов, ни одна другая модель управления – включая китайскую – не обладает такой привлекательностью в мире, как либеральная демократия70.
Либеральный мировой порядок, как и экономическая глобализация, однажды может потерпеть крах. Но пока, несмотря на все сложности, этого не случилось. И на более общем уровне мы не видим признаков того, что модернизационные силы перестали действовать. До сих пор они достигали впечатляющих результатов. Конечно, недавняя вспышка антиглобализма имела место, но она в основном стала реакцией на беспрецедентные изменения, произошедшие в последние три десятилетия. Страны совершали постиндустриальный переход к более высоким уровням образования и широким международным связям, а их правителям приходилось приспосабливаться – или, по крайней мере, делать вид, что они приспосабливаются. Вместе с третьей волной демократизации стандарты либерализма распространились по всему миру.
Именно сила этого модернизирующего натиска в конечном итоге вынудила проигравших возобновить борьбу71. Сегодня нативистский популизм – и на Западе, и на Востоке – опирается на возмущение новыми экономическими условиями и на архаичные ценности тех, кто пострадал от перехода к постиндустриальному обществу. Рабочие предприятий и другие жители деиндустриализирующихся регионов, владельцы неэкологичных производств и шахт, фермеры и сельхозработники, антилиберальное старшее поколение, дезориентированное сменой ценностной парадигмы, – все они объединены в мощную, но постепенно сужающуюся коалицию. Эта коалиция поддерживает популистов в демократиях и диктаторов обмана в полумодернизированных автократиях. А популисты вместо того, чтобы компенсировать потери пострадавшим от реструктуризации экономики и интегрировать их в новую среду, эксплуатируют их. Насколько демократические сдержки и противовесы смогут устоять под этим давлением, зависит преимущественно от того, насколько сильны те, кто выиграл от постиндустриального перехода, – то есть класс информированных граждан.
Страны, преждевременно подхваченные и выброшенные вперед третьей волной модернизации, в последние годы откатываются назад. Это отступление может и должно нас беспокоить. Но мы считаем, что это лишь отлив, а не смена направления течения. Два шага вперед – один шаг назад.
ДИАГНОСТИКА УГРОЗ
Сегодня автократии бросают новые вызовы демократическим странам Запада. Чтобы справиться с ними, их сначала необходимо понять. Давайте вспомним основные характеристики диктатур обмана, которыми определяется их внешняя политика.
В отличие от тех противников, с которыми Запад боролся в годы холодной войны, у диктаторов обмана нет настоящей идеологии. Они осознают, что население их стран привлекает демократия, и поэтому имитируют ее72. Многие граждане покупаются на эту подделку, а те, кто не готов обманываться, часто деморализованы. Звучит парадоксально, но лицемерие таких правителей подрывает веру не столько в них самих, сколько в демократию. Когда диктатор строит коммунизм – или баасизм, или мобутизм – их оппоненты могут продолжать верить в народное правительство как в лучшую альтернативу. Но когда действующий глава государства объявляет себя «демократом», легко прийти к выводу, что демократия – всегда фикция.
За границей диктаторы обмана используют пропаганду, чтобы воспитывать циников и разделять общество. Если западная публика начнет сомневаться в демократии и перестанет доверять своим лидерам, у лидеров будет меньше возможностей организовывать демократические крестовые походы по всему свету. По-прежнему не установлено, действительно ли имело место вмешательство России в американские выборы в 2016 году. Но сама идея бросила тень на итоги голосования и переключила внимание Америки на себя. Российские интернет-тролли не только подорвали доверие американцев к своей избирательной системе. В их действиях заключалось важное послание и для внутрироссийской аудитории: демократия американского типа ведет к поляризации общества и конфликтам73.
Вторая излюбленная тактика автократов – коррупция. На родине диктаторы обмана тайно подкупают элиты. И за границей, как мы видели, они поступают так же. Наряду с дезинформацией экспортируется продажность. В этом случае они преследуют две цели. Во-первых, ослабить западные правительства и заблокировать их враждебные действия. Они нанимают на Западе помощников для сбора информации и лоббирования своих интересов. Помимо шпионов – которые были всегда – они обзаводятся друзьями в западных политических и корпоративных кругах. Подобные связи приносят практические дивиденды и создают возможности для шантажа. Взятки из кармана автократов наносят ущерб репутации Запада. Западные элиты будут скомпрометированы, когда о подкупе станет известно74. И это имеет непосредственное отношение ко второй цели диктаторов – формированию общественного мнения в собственных странах. Поощряя коррупцию на Западе – а иногда и сливая подробности в прессу – диктаторы обмана обосновывают представление о том, что политика – грязное дело. Когда всплывают сообщения о нечистоплотности чиновников на родине, заступники диктатора могут утверждать, что взяточничество – явление универсальное. Махинации за границей защищают их от последствий домашних скандалов.
Современные диктаторы зациклены на личной власти и своекорыстии, им трудно заключать устойчивые союзы. Сталин сумел создать прочный блок на базе общей идеологии. Сегодняшние автократы сотрудничают друг с другом лишь в рамках отдельных проектов. И при случае легко меняют привязанности. Путин и Эрдоган столько раз ссорились и мирились, что можно сбиться со счета. Чавес обнимался с Кастро и другими леваками по всей Латинской Америке. Но когда после смерти команданте просели поставки венесуэльской нефти, Куба начала закидывать удочки насчет разрядки в отношениях с Вашингтоном75.
Вместо того чтобы объединяться друг с другом для противостояния Западу, диктаторы обмана внедряются в западные альянсы и организации. Как мы видели в шестой главе, они делают вид, что разделяют цели Запада, но исподволь препятствуют их достижению. Работая изнутри таких структур, они вставляют им палки в колеса или перенацеливают их внимание на собственных врагов. Диктаторы обмана поддерживают либеральный интернационализм ради достижения своих целей точно так же, как они дискредитируют либеральную демократию, имитируя ее.
Премьер-министр Венгрии Орбан участвует в принятии политических решений в НАТО, ОЭСР и Европейском союзе. Эрдоган представляет Турцию в НАТО и ОЭСР, а Путин – вплоть до 2022 года! – встречался с ними обоими на полях Совета Европы. Африканские диктаторы общаются с членами британской королевской семьи на саммитах Содружества наций. Палачи заседают в органах ООН, уполномоченных защищать права человека76. Венесуэла, Россия и Катар были соучредителями так называемого «Сообщества демократий», компрометируя это объединение с первого
