Читаем без скачивания Схватка за Европу - Йен Дуглас

— В чем дело, Хастингс? — с улыбкой спросил Джефф. — Уже надоело общество морпехов?

— С ними все в порядке, сэр, — ответил Хастингс. — Не «котики», конечно, но парни неплохие.

— Не волнуйся, Хасти, — сказала сидевшая рядом Бэпэ Кампанелли и хлопнула его рукой по ноге. — Мы проголосовали и решили присвоить вам звание почетных морских пехотинцев!

— Спаси меня, Господи!

Джефф не мог удержаться от смеха, увидев выражение лица Хастингса.

— О'кей, народ! — крикнул он. — Слушай меня!.. Эмберли!

Сержант Роджер Эмберли — тихий, приятный парень из Канзаса, которого дома ждали два мужа. Спокойный и надежный. Отлично владеет «Крылатым драконом»…

— Я.

— Кампанелли.

Крупная, светловолосая, смелая и немного вспыльчивая. Превосходный морпех…

— В порядке.

— Картрайт.

Не в нее ли влюбился Лаки?.. Уж наверняка не в Бэпэ…

— Здесь.

— Карвер.

— Тут.

— Гарсия.

В личном деле упоминается арест за участие в проатланском марше в Сан-Диего. Сторонник образования независимого испаноязычного государства на юго-западе США. Упрямый и несговорчивый парень, но прекрасный морпех…

— Аqui. [18]

—  Хастингс.

— Йя-а-а!

— Камински.

— Ур-ра!

Боевой клич пехотинцев в ответ на «Йя-а-а» «котиков». Джефф видел, как Камински улыбнулся Хастингсу и подмигнул.

— Лэнг.

А может быть, она — возлюбленная Лаки? Красивая чернокожая девушка из Виргинии. Хотя, дома ее ждут муж и жена. Впрочем, это не имеет никакого значения…

— Тут.

— Ноделл.

Здоровый, мрачный, любит выпить, не может жить без приключений, но непревзойденный мастер владения любым оружием. Разведен три раза. Не мыслит жизни без морской пехоты…

— Да.

— О'Дей.

Спокойный рыжеволосый капрал, член общества «Человечность превыше всего», хотя Джефф ни разу не слышал, чтобы он высказывался по поводу политики…

— Угу.

— Петерсон.

Чернокожий парень с непроницаемым лицом из Огайо. Всегда готов показать себя, не взирая на обстоятельства. Еще один ас владения «Крылатым драконом»…

— Присутствует.

— Воджак.

Один из ротных клоунов, но отличный боец…

— Уже здесь.

— И… доктор Исивара.

— Hai! Да.

Когда Джефф произносил имя, в списке, выведенном на дисплее, оно загоралось зеленым. Чести, присутствующий одновременно в его ПАДе и в компьютерной системе «ЕвроГИСа», производил проверку каждого скафандра и сообщал, что все системы работают исправно.

Двенадцать мужчин и женщин, два «котика» и один пассажир из гражданских. Четырнадцать пехотинцев, если считать таковыми «котиков», которые, благодаря опыту и подготовке, ценились на вес антивещества. Еще двенадцать на «Манте-2», под командованием лейтенанта Била. Двадцать семь мужчин и женщин, готовых бросить вызов неизведанным глубинам океана Европы, а потом и военной базе китайцев. Самая дерзкая и рискованная операция из всех дерзких и рискованных…

— «Зебра», вызывает «Ледокол-один», — Джефф вышел на связь на частоте роты. — Мы на борту, полная готовность.

— «Ледокол-один», это «Зебра». «Ледокол-два» доложил о готовности к выходу.

— Отлично. Отдать швартовы. Приготовиться к погружению.

— Роджер вас, первый. Отдать швартовы.

На берегу пехотинцы отдавали швартовы и скатывали электрические нагревательные сети, но Джефф их не видел. Иллюминаторов на «Манте» не было, за исключением лобовых и в куполе, в средней части корпуса. Что-либо видел только Карвер, использовавший подключенный к ВР-шлему оптический кабель.

— «Ледокол», это «Зебра». Швартовы отданы.

Джефф посмотрел на Карвера:

— Ты готов?

— Двигатели в порядке, заборные устройства в порядке. Все в порядке. Можно погружаться.

— «Зебра», это первый. Мы готовы.

— Тогда держись, «Ледокол».

— Роджер вас, «Зебра». Отпускайте.

Джефф почувствовал, что лодка немного накренилась, потом заскользила кормой вперед в воду, удерживаемая группой пехотинцев, связанных страховочными веревками на тот случай, если проломится лед. Лодка заскользила быстрее, и Джефф услышал громкий треск раскалывающегося под ее корпусом льда. Затем последовал удар, возник крен на левый борт, и, наконец, лодка закачалась на волнах. Треск продолжался, эта скалывался из-за легкой деформации корпуса покрывавший его ледяной панцирь.

Джефф почти мгновенно почувствовал первые симптомы морской болезни и подумал, что она тяжелее переносится на пустой желудок. Оставалось только держать себя в руках и надеяться на то, что удастся избежать позора и не заблевать шлем изнутри.

«Манта» была тяжелее воды и быстро уходила на глубину кормой вперед. Карвер коснулся нескольких иконок на сенсорной консоли, и сразу же послышался шум двигателей субмарины.

— «Зебра», это «Ледокол-один», — сказал он. — Двигатели на мощности двадцать процентов. Рули работают нормально. Лед с крыльев скалывается. Отдавайте страховочный трос.

После спуска на воду субмарину соединял с берегом единственный страховочный трос. «Манта» не имела балласта и двигалась сквозь толщу воды подобно летящему самолету. Если бы не включились двигатели, лодка неминуемо пошла бы ко дну, поэтому трос страховал ее от погружения в бездну.

Двигатели работали ровно, и пехотинцы на берегу отпустили конец троса и быстро протащили его сквозь стропальное кольцо.

— «Ледокол-один», можете управлять судном.

— Роджер вас, «Зебра». Начинаем погружение. Увидимся через пару дней!

Джефф почувствовал, как лодка накренилась на левый борт, отваливая от станции. Качка прекратилась — значит, они уже ушли с поверхности воды. Он сожалел о том, что не видит то, что видит сейчас Карвер. Возможно, он почувствовал бы себя лучше в этом тесном и душном отсеке.

Подняв руки, он сдвинул запорное кольцо шлема и снял тяжелую полусферу с головы. Положил ее рядом с М-580 и отстегнул перчатки.

— Народ, можете разгерметизировать шлемы. Скафандры не снимать, без надобности по отсеку не бродить.

Карверу будет трудно вести лодку в темных водах подо льдом, если пассажиры постоянно будут менять центр тяжести.

— Шлемы и перчатки можно положить под скамьи, — продолжил Джефф. — Оружие установите на стойки. Разрешаю вставать только по двое. Не забывайте о низком потолке, чтобы не разбить дурные головы.

Он осторожно лег ничком на правое ложе, подтянулся обеими руками так, чтобы лицо оказалось в нескольких сантиметрах от иллюминатора. От этого маневра тяжеленный ранец сместился к плечам и больно давил на спину.

Вода была сине-зеленой — сверху еще пробивались слабые лучи света. Мощные прожекторы, установленные на концах крыльев «Манты», выхватывали из темноты кружащиеся, как снежинки, твердые частицы. В данный момент прожекторы освещали черно-белую конструкцию, состоящую из гладких поверхностей и правильных углов, кое-где покрытую какими-то коричневыми пятнами.

Джефф почувствовал, как кто-то неуклюже заполз на левое ложе. Сигэру прижался к иллюминатору лицом, озаренным отраженным снаружи ярким светом.

— Я должен это видеть, — сказал он. — Вы даже не представляете, как мне хотелось увидеть все собственными глазами, а не через оптические датчики дистанционно управляемых зондов!

— Это одна из форм жизни на Европе? — спросил Джефф. Коричневые пятна были похожи на мох с колышущимися длинными нитями в созданных лодкой потоках воды.

— Мы так считаем.

— Так считаете? То есть, наверняка не знаете? Вы разве не взяли образцы?

— Конечно, взяли, и даже присвоили временное название Muscomimus или «похожий на мох». Но доктор Редмондсон, наш главный экзобиолог, не уверен, что это можно считать настоящей формой жизни. Это может оказаться всего лишь необычным образованием из серы и углеродных соединений, состоящим из молекул с длинными цепями, то есть, явно неорганическим.

— Но оно выглядит так, словно растет и… размножается. По всему корпусу «ЕвроГИСа».

— Мы обнаружили целые заросли на нижней поверхности льда. И оно получает питательные вещества — пищу, если хотите, — из морской воды и энергию для роста — из теплой воды от антиобледенителей станции. Но мы еще напряженно работаем над определением «форма жизни».

— Неплохое замечание, — насмешливо произнес Джефф.

— Что вы имеете в виду?

— Чем больше мы узнаем об окружающей нас Вселенной, тем тяжелее ответить на простой вопрос: «Что такое жизнь?»

— Да, майор, этот вопрос совсем не прост. На самом деле, возможно, это самый сложный вопрос.

— В самом деле?

— Да, можете поинтересоваться у искусственного разума.

«Манта» продолжала медленный разворот, и корпус «ЕвроГИСа» исчез из вида. Твердые частицы продолжали свой замысловатый танец в ярких лучах прожекторов подводной лодки.

— Europamegabactersulfurphilos, — сказал Сигэру. — Определенно форма жизни.