полоска тростника. Вдруг баас закричал. Леопард лежал в этом тростнике и набросился сзади на бааса Лееба, прежде чем тот успел выстрелить. Баас пытался руками оторвать его от своего тела, но зверь перекусал ему пальцы. Я подскочил и несколько раз воткнул копье в спину леопарда. Несмотря на это, зверь продолжал тянуться к голове бааса, вот почему у него на голове такие страшные раны. Наконец баасу удалось сбросить с себя леопарда. Выпрыгнув из тростника, мы бросились сюда. А зверь еще жив, поспеши туда, господин, чтобы он не ушел».
Африканцы хотели тут же отправиться с Фекете к реке, но я не разрешил, потому что у Фекете был приступ лихорадки. Обследовав голову Лееба, я установил, что резцы леопарда трижды вонзались в кости черепа, но не прокусили их. Куда больше пострадали руки. Леопард повредил сухожилия средней части левой руки, прокусил и изуродовал мизинец и безымянный палец. Я сделал все, что можно было сделать, располагая лишь тупыми ножницами да ножом, и за отсутствием каких-либо медикаментов промыл раны холодной водой. Лееба наполовину уложили, наполовину усадили, и двое слуг день и ночь меняли у него на голове компрессы, пока жар не спал. Лееб потерял два пальца, две раны на голове его зажили через двадцать дней, на третьей же образовался свищ. Целых восемь недель я боролся со свищем, пока наконец не добился победы.
Ощутимые результаты моего путешествия заполнили восемьдесят семь больших тяжелых ящиков.
Пребывание в Капштадте
Возвращение на родину
День расставания с Африкой приближался неумолимо. Чем ближе он подходил, тем тяжелее становилось у меня на душе. Непостижимое движение человеческого сердца заставило меня позабыть все невзгоды и страдания, перенесенные за последние годы на «Черном материке». Все пережитое предстало передо мной в розовом свете.
От страны Машукулумбе до мыса Доброй Надежды мысль о грядущей посадке на судно и о возвращении на любимую родину служила нам путеводной звездой даже в самые тяжелые часы. И вот теперь, когда пароход, на котором нам предстояло покинуть Африку, высился передо мной, испуская черные клубы дыма, мне вдруг стало грустно. Покидая материк, я тихо произнес: «До свидания!».
Путешествия Эмиля Голуба
Вклад, который внес доктор Голуб в историю изучения Африки, в значительной степени определяется тем, что он еще застал некоторые племена, не знавшие колониального гнета и жившие согласно вековым традициям и законам. Его книги позволяют восстановить действительную картину жизни африканского населения до прихода колонизаторов. Сам Голуб писал: «Я отправился в Южную Африку без каких-либо предубеждений за или против африканцев. Я узнал о них кое-что из книги Ливингстона, но в остальном был в полном неведении». Изучив и описав их жизнь, Голуб оставил свидетельства о культуре, быте и общественном устройстве племен Южной и Центральной Африки конца XIX века. В его книгах запечатлен навсегда ушедший мир прежней Африки, знакомство с которым позволяет узнать ее прошлое, постараться понять его и благодаря этому лучше оценить ее настоящее.
Голуб отправился в Африку в 1872 году. В феврале 1873 года он организовал первую экспедицию. За два месяца Голуб дошел до Трансвааля и собрал коллекцию, которую отправил в Прагу, где в 1874 году была устроена первая выставка его экспонатов.
Вернувшись в район алмазных разработок, Голуб организовал вторую экспедицию, во время которой достиг Шошонга, резиденции Камы, верховного вождя племени бамангвато, расположенной на территории нынешнего государства Ботсвана (в 1885–1966 годах — британский протекторат Бечуаналенд).
Третья экспедиция, в которую Голуб выехал в марте 1875 года, привела его к водопаду Виктория на реке Замбези и к северу от нее, в тогдашнее государство Марутсе-Мабунда, в Шешеке, резиденцию его правителя Сепопо.
Эти три экспедиции составили в целом первое путешествие Голуба по Южной Африке. Семь лет, проведенных в этой стране, подготовили его к изучению Африки, выработали в нем качества настоящего ученого, проявляющего интерес не только к ее экзотике, но и к исследовательской деятельности. Несмотря на трудности и неудачи, он собрал большие этнографические и природоведческие коллекции, с которыми стремился ознакомить как можно больше людей. С этой целью он устроил выставку в центре алмазных разработок Кимберли (1877 год). Выставка оставила там след: в местном музее до сих пор хранятся экспонаты из коллекций Голуба.
Ко второму путешествию Голуб тщательно готовился. Он занимался астрономией, топографией, естественными науками и геологией. Экспедиция везла приборы для научных наблюдений, что с самого начала определило ее характер.
В 1883 году в путешествие отправился уже не никому не известный врач, а прославленный исследователь Африки. На этот раз он собирался пересечь Африку с юга на север и достичь Египта или, если это не удастся, выйти к Индийскому океану. Но затем его намерения изменились, и он решил изучить области, лежащие к северу от реки Замбези, и дойти до озера Бангвеоло в нынешней Замбии.
Голуб отправился из Кейптауна, пересек Капскую провинцию (в то время английскую колонию), а также территории Оранжевого Свободного государства и республики Трансвааль, принадлежавшие бурам. Ныне все эти области входят в состав Южно-Африканской Республики. Затем Голуб прошел через нынешнюю Ботсвану и достиг реки Замбези в месте впадения в нее реки Чобе. Перейдя Замбези, он оказался на территории современной Замбии, где в то время находилось государство Марутсе, в котором правил верховный вождь Леваника. Несколько севернее жило племя матока, а к северу от него лежали владения машукулумбе. Голуб пересек их с юга на север.
По своей этнической принадлежности население территории, по которой путешествовал Голуб, разбивается на две группы. В первую входят бушмены и готтентоты, два различных народа, объединенных по антропологическим признакам в койсанскую расу. Ко времени появления в Южной Африке в середине XVII века голландских колонистов многочисленные скотоводческие племена готтентотов занимали всю южную оконечность Африки — от мыса Доброй Надежды до реки Кей. Каждое племя говорило на особом языке и имело своего вождя.
Бушмены жили в глубине материка и по своему быту и культуре значительно отличались от своих соседей-готтентотов: они были охотниками. Основным оружием им служил небольшой лук со стрелами.
Европейские колонизаторы изгоняли готтентотов и бушменов с их земель, уничтожая при этом как диких животных. Бушмены оказались загнанными в безводные области пустыни Калахари, где были обречены на вымирание. Голуб считал, что в его время оставалось не более двух процентов прежнего числа бушменов.
Вторую, гораздо более многочисленную группу населения Южной и Центральной Африки образуют племена негроидной расы, говорящие на языках банту. Они стояли на
