Инос приветствовала его ослепительной улыбкой, ее изумрудные глаза ярко блестели. Шанди присел на корточки возле нее, при этом его глаза оказались на уровне лица дварфа.
– Есть какие-нибудь новости? – требовательно спросил император.
Распнекс поскреб бороду. Последние несколько дней его не было видно, он оставался в своей каюте, похоже пребывая в мрачном настроении.
– Нету. Вокруг слишком много посторонней силы. Она повсюду. Меня бросает в дрожь от этого места.
– Вполне естественно, что Сговор выслеживает нас здесь. Это главные ворота в Двониш.
– Вы, случайно, не видели Гэта? – спросила Инос, приподнимаясь. Шанди покачал головой. Она нахмурилась:
– Он отправился куда-то с Ворком. Надеюсь, они не затевают какую-нибудь проказу.
– Ему же четырнадцать лет, – фыркнул Распнекс. – А в четырнадцать лет проказы мальчишкам просто необходимы.
– Ворку пятнадцать.
– Это еще хуже.
– А как насчет шестнадцати? – поинтересовался Шанди.
– Шестнадцать уже лучше. Тут, по крайней мере, известно, какого рода приключения им нужны.
Инос и Шанди обменялись улыбками. Суховатые остроты дварфа были редкими, как крупные самородки, и в той же степени достойны лучших коллекций.
Под звуки проклятий, свист кнута и пронзительный скрип колес загруженная телега двинулась прочь от причала. Обнаженные по пояс гиганты на мгновение опустили плечи, молча истекая потом, пока дварфы приводили в порядок свои записи. Подъехала пустая повозка, и шумная суматоха началась опять.
Шанди перешел к деталям:
– Что вы двое думаете по поводу сходки в Нинторе? Инос?
Зеленые глаза несколько секунд внимательно изучали его.
– Безумие. Если Рэпа схватили, он наверняка сказал, что предложил вам отправиться туда, а если и не сказал, то это и так очевидно.
– Я согласен, – проворчал чародей.
– И я тоже, – признался Шанди, удивляясь, что по этому поводу не возникло спора.
– Трюк с Директоратом во второй раз не пройдет, – проговорила Инос.
– Скорее всего нет, – после продолжительной паузы согласился Распнекс.
– Что произошло бы в том случае, если бы вы попытались повторить этот трюк и они вас поймали? – спросил Шанди. – Я имею в виду, если бы вы перенесли себя в будущее, а они уже поджидали вас там? Вы смогли бы как-нибудь выпутаться?
– Пш-ш-ш! – фыркнул чародей. – Я бы вернулся поджаренным. Едва кто-либо встанет на сходке и начнет говорить о волшебстве – его мгновенно поразит громом. Да как только кто-либо из нас троих ступит на материк, он будет схвачен. Не устрой мы даже этого фокуса с Директоратом, в Нинторе – слишком значительное явление, чтобы мой племянничек упустил его из виду. А теперь, когда он приблизительно знает, где мы и что собираемся делать, непременно устроит там ловушку. По-моему, мы должны выкинуть танов из головы и двинуться на юг.
Инос вздохнула и улыбнулась:
– Я еще раньше хотела это предложить, но боялась, что вы назовете меня пугливой старой девой.
– Я тоже! – ухмыльнулся Шанди. – Я пока еще не самоубийца. И кроме того… сколько вообще волшебников в Нордленде?
– Чертовски мало, – проворчал Распнекс. – Джарга не знает никого.
– Тан Келькор был волшебником, – заметила Инос. – Тот, которого убил Рэп.
Дварф пожал могучими плечами:
– Ну, в таком случае он был исключением. Как правило, етуны не ввязываются в волшебство.
– Так что игра не стоит свеч, – сказал Шанди. – Забудем о Нинторе. Вот только как мы сообщим о нашем решении старому Крагтонгу? Он-то смакует идею поставить сходку на уши и будет, мягко говоря, разочарован.
– Старый кровожадный убийца, – фыркнул Распнекс. – Если хочет, пусть отправляется туда один, но я уверен, он не скажет и пяти слов, как у него загорится борода.
После минутного молчания Инос спросила:
– Если не Нордленд, тогда Гувуш?
– Гм! – буркнул Шанди и содрогнулся.
Возможно, Зиниксо и не слишком внимательно наблюдает за гномами, но чисто земных опасностей там превеликое множество. Мятеж все еще гнездится в горах и лесах. Сам Шанди заслужил горячую ненависть, когда помогал подавить предпоследнее восстание гномов. Импы под его командованием уничтожили тысячи маленьких негодяев в Крутом Откосе. Более того, трудно даже представить, на какую помощь гномов можно рассчитывать, слишком уж невзрачный и скрытный народец. Хотя при желании гномы могли быть неумолимыми бойцами, как крысы.
– Думаю, нам лучше здесь разделиться, – сказала Инос. – Одни из нас пересекут Гувуш по суше, другие обогнут его на корабле. Мы сможем встретиться где-нибудь на побережье Утреннего моря. Возможно, даже в самом Оллионе.
– Гоблины. – Очевидно, чародей хотел выразить согласие с помощью этого слова. Двух гоблинов должны были бы вынести с «Гуркса» ночью, может быть, даже в мешках, причем это будут первые гоблины, которые осмелятся показаться в Гувуше со времен сотворения мира.
– Мы можем попросить посланника найти нам корабль, – предложила Инос. – Или сами наймем судно. А вот, кстати, он идет сюда.
– Старый негодяй будет презирать нас как компанию трусов, – предупредил Шанди. – Кто рискнет сообщить ему, что мы не собираемся с ним в Нинтор?
Громадный торс Крагтонга постепенно вырастал над палубой, как кит, всплывающий на поверхность моря. Он сошел с трапа и, тяжело ступая по палубе, направился к заговорщикам, не обращая ни малейшего внимания на матросов, которые как раз подняли из трюма следующую сеть, набитую всевозможными железками. Вынырнув из люка, сеть закачалась на канате. Матросы предостерегающе завопили. Дюжина моряков – и етуны и дварфы – пытались удержать смертоносный груз. Инос, Шанди и Распнекс с тревожными криками вскочили на ноги. Катастрофа казалась неизбежной. Но вот дергающаяся груда под крики и ругательства остановилась в нескольких дюймах от посланника, который прошагал мимо, словно ничего особенного не случилось.
Инос и Шанди остались на своих местах, а чародей взобрался на скамью. Тан остановился и посмотрел сверху вниз на всю компанию. Его лицо покраснело, белая раздвоенная борода сверкала на солнце, как лед.
– У меня плохие новости!
– И какие же именно? – спросил Шанди.
– Но по секрету. Не проговоритесь импам!
Шанди едва не сказал: «Но я же имп! Главный имп!» Впрочем, это не так. Как ни отвратительна ему эта мысль, сейчас он вне закона, мятежник в своей Империи, враг собственного народа. Он почувствовал, что его свежевыбритое лицо вспыхнуло.
– По секрету, так по секрету.
– «Кровавая волна» в порту.
О Бог Убийства! Шанди хотелось бы знать, какая из галер, мимо которых он проходил, была пресловутым пиратским судном. Все они выглядели одинаково смертоносными. Драккор! Шанди когда-то самолично назначил цену за его голову, огромную цену, хотя и знал, что все это впустую. Даже наполовину цивилизованные, рожденные в Империи етуны скорее умрут под пыткой, чем выдадут тана.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
